Песнь о Нибелунгах

Страница 1
Страница 2
Страница 3
Страница 4

XXI авентюра
Как ехала Кримхильда к гуннам

1290 Но пусть посланцы скачут! Мы вам должны сказать,
Как по стране пришлося Кримхильде путь держать,
Иль где Гернот и Гизельхер расстались с ней. Они,
Как повелевал им, служили верно ей те дни.

1291 Они вплоть до Дуная, до Фергена[56] скакали,
Дать отпуск им Кримхильду они просить тут стали:
Скакать теперь хотели назад на Рейн князья.
Без слез не обошлися при этом добрые друзья.

1292 Сказал проворный Гизельхер: «Коль, госпожа моя,
Когда-нибудь, быть может, понадоблюся я
Тебе в беде-напасти, не медля, знать мне дай,
И поскачу я тотчас служить тебе в далекий край».

1293 Всех родичей, она тут поцеловала в рот[57],
Прощались задушевно, сердечно, в свой черед
Маркграфа Рюдигера бойцы; с собою много
Девиц своих пригожих взяла Кримхильда в путь
дорогу,

1294 Сто четырех в богатых одеждах парчовых,
Расшитых чудно; много виднелось подле них
Щитов[58], широких, славных, сопровождавших дам.
Пришлось расстаться с ними теперь достойнейшим
бойцам.

1295 Вниз по стране баварской помчали кони их.
Дошла молва, что много пришло гостей чужих,
Туда, где и доселе есть монастырь один:
Стоит он там, где ныне в реку Дунай впадает Ин.

1296 В том городе Пассау епископ власть имел;
Все домы и владычий двор сразу опустел;
Спешили в край баварский все в встречу пришлецам.
Пригожую Кримхильду узрел Пильгрим епископ
там;

1297 Бойцы земли Баварской, конечно, уж, при виде
Ее девиц прелестных, остались не в обиде:
Все рыцарские дочки! ну, просто загляденье!
Тут отвели высоким гостям на славу помещенье.

1298 С племянницей епископ в Пассау поскакал.
Из горожан, конечно, уж каждый услыхал,
Что прибыла Кримхильда, сестры владыки дщерь,
И встречу оказали на славу ей купцы теперь.

1299 Епископ мнил, что гости побудут у него,
Но Эккеварт промолвил: «Не может быть того:
В край Рюдигера надо скорее нам скакать,
Бойцов немало ждет нас: вперед о том им дали
знать».

1300 И до Готлинды славной весть тоже донеслась:
Она с своею дочкой сбираться принялась;
Велел достойный Рюд(и)гер ей, гостье оказать
Почет и королеву в ее печали утешать;

1301 Чтоб ехала ей в встречу, взяв всех мужей тотчас,
Из Бехелар(е)на к Энее. Исполнен был приказ:
Вдруг ожили дороги от множества людей,
Пешком или верхами спешили все встречать
гостей.

1302 Кримхильда в Эфердинген приехала; тогда
Бавар нашлось бы много таких, что, как всегда,
Не прочь бы на дороге ограбить пришлецов,
И причинить им горе не трудно б было для воров.

1303 Но помешал разбою достойнейший маркграф,
Сот десять или боле бойцов с собою взяв.
Поехала Гот(е)линда, Рюдгерова жена,
Немало пышных, знатных мужей с собой вела она.

1304 Когда ж чрез Траун у Энсы они перебрались,
Раскидывать палатки на поле принялись:
Устроить надо было им здесь ночной привал,
И ужином их тут же достойны Рюд(и)гер угощал.

1305 Пригожая Гот(е)линда, оставив лагерь свой,
Поехала; немало скакало той порой
Коней прекрасных, лихо звенели удила.
По сердцу Рюдигеру та встреча пышная была.

1306 Вот, с двух сторон примчалась толпа лихих мужей
(Всё рыцари на славу) встречать своих гостей.
Девицы любовались их шумным состязаньем;
Была и королева довольна рыцарей стараньем.

1307 Когда бойцы Рюд(и)гера приблизились к гостям,
Что вверх обломков копий вдруг полетело там
Из рук мужей (обычай уж рыцарский таков).
Пред дамами на славу скакал тут целый рой
бойцов.

1308 Затем, между бойцами приветствия пошли
От всей души. Не медля, Готлинду повели
Туда, где маркграфиня Кримхильду увидала.
Тем, кто служить мог дамам, хлопот досталось
тут немало.

1309 Фогт Бех(е)ларена тотчас к супруге подлетел,
И маркграфиня рада была, что жив и цел
Супруг ее вернулся к ней с Рейна, витязь верный.
У ней исчезла сразу тоска от радости безмерной.

1310 Он после встречи тотчас велел слезать с коней
На травку всем тем дамам, что находились с ней.
И ряд мужей достойных был не без дела там:
Уж как же тут усердно они служили госпожам!

1311 Увидев маркграфиню со свитой впереди,
Кримхильда не пустила коня вперед идти
И, натянув поводья, его остановила
И снять с седла скорее себя на землю попросила.

1312 И вот, Готлинде в встречу повел вперед теперь
Епископ с Эккевартом своей сестрицы дщерь;
И тотчас расступился пред ними весь народ:
Чужанка[59] Готелинду тогда поцеловала в рот.

1313 Супруга Рюдигера сказала ей тотчас
Приветливо: «Так рада я, госпожа, что вас
Во всей красе узрела воочью в сей стране».
«Да, ваш приезд приятней всего на свете будет мне».

1314 Кримхильда ж ей: «Готлинда, да награди вас, Боже!»
«Коль буду я здорова и сын Ботлунга[60] тоже,
Тогда за вашу встречу вам отплачу добром».
Неведомо им было, что с ними станется потом.

1315 И девушки учтиво друг к дружке подходили,
А кавалеры дамам служить готовы были.
Уселись все на травке; знакомство той порой
Свели бойцы поближе с приезжих девушек толпой.

1316 Был полдень; приказали дам обнести вином.
Не оставались доле они на месте том:
Помчались. Ряд палаток просторных увидали.
Услуг гостям, столь знатным, тогда немало оказали.

1317 Ночь провели они там до раннего утра.
Меж тем, уж бехеларнцам тогда пришла пора
Готовить помещенья для дорогих гостей.
Хотел Рюдгер их с честью принять теперь
в земле своей.

1318 Вот, стены показались; открыты окна в них
И бург бех(е)ларнский тоже открыт был в этот миг.
В бург гости поскакали; там рады были им.
Дал отдохнуть на славу хозяин тут гостям своим.

1319 Дочь Рюдигера тотчас со свитою пошла
И королеву с честью радушно приняла.
Была и мать ее тут, маркграфова супруга.
Что девушек тут стало скорей приветствовать
друг друга!

1320 Взяв за руки друг друга, все гости поспешили
В просторные палаты; они на славу были
Построены, под ними Дунай, струяся, тёк.
И отдохнуть уселись они, где дул в них ветерок.

1321 Что делали ещё там, я не могу сказать.
На медленность поездки тут начали роптать
Дружинники Кримхильды: им ехать надоело.
Ух! что мужей в путь с ними из Бехеларна полетело!

1322 Гостям усердно Рюд(и)гер прислуживал теперь.
Почтила королева тогда Гот(е)линды дщерь:
Златых двенадцать колец и платье ей дала.
То платье было лучшим из тех, что в путь она взяла.

1323 Хотя клад Нибелунга у ней успели взять,
Всё ж тех, кто ее видел, могла располагать
Она к себе и малым, оставшимся, добром.
Да, щедро одарила она своих хозяев дом.

1324 И госпожа Гот(е)линда спешила в свой черед
Гостям достойным с Рейна оказывать почет.
Таких не находили среди чужих мужей.
Которым не дала бы она одежд или камней.

1325 Откушав, путь хотели они свой продолжать.
Хозяйка всем старалась тут гостью ублажать
И Этцелеву даму усердно угощала.
За то, и королева ее дочь долго целовала.

1326 Сказала та царице: «Вот, только любо ль вам,
А то, я верно знаю, что батюшка мой сам
Меня к вам в землю гуннов рад всей душой послать!»
Как предана ей дева, Кримхильда тут могла узнать.

1327 Пред Бехеларном кони стояли той порой.
Простилась, пред отъездом, с Рюд(и)геровой женой
И дочкой их пригожей столь знатная царица.
Что девушек пригожих спешило с ними
распроститься.

1328 Уж больше не видались они нигде потом.
Из Меделике много им принесли с вином
Сосудов на дорогу, богатых золотых:
С приездом поздравляя, вина отпить просили их.

1329 Астольт сидел там некий (то он их угощал),
Он в Остерланд на Мутарен дорогу указал
Вниз по реке Дунаю приехавшим гостям.
Богатой королеве уж как потом служили там!

1330 Расстался тут епископ с племянницею нежно,
Не раз он пожелал ей жить в счастье безмятежно
И там почет такой же, как Гельха, заслужить.
В какой чести Кримхильде пришлось потом
у гуннов жить!

1331 Вот, до реки Трейзема уж гости добрались.
Как мужи Рюдигера о них тогда пеклись,
Покамест гунны мчались им в встречу по стране!
Да, был почет оказан не малый царственной жене.

1332 У Трейзема богатый, известный бург стоял,
Тем бургом богатейшим царь гуннов обладал,
Он звался Трейзенмуре; в нем раньше пребывала
Царица Гельха; редких достоинств было в ней немало,

1333 И с ней могла сравниться Кримхильда лишь одна.
После беды, утеху нашла себе она
Хоть в том, что уваженье потом за то питали
К ней Этцелевы мужи и честь всегда ей воздавали.

1334 Мощь Этцеля далеко известна всем была
И постоянно слава к его двору влекла
Мужей наисмелейших, какие только были, —
Крещёных и поганых. С ним в путь они теперь
спешили.

1335 При нем Христова вера с поганою всегда
Была бок-о-бок. Больше не встретишь никогда
Того нигде: там каждый свой соблюдал закон.
Так милостив король был, что всем дарил
довольно он.

XXII авентюра
Как Этцель повенчался с Кримхильдой

1336 Она уж в Трейзенмуре четвертый день жила.
Всё время на дороге в движенье пыль была,
Взвиваясь вверх, как будто там все поля пылали:
То Этцелевы мужи к гостям по Австрии скакали.

1337 Как след, тут сообщили известье королю
Про то, о чем при мысли, забыл он грусть свою, —
Что славная Кримхильда уж прибыла в страну.
Король спешил скорее увидеть чудную жену.

1338 Пред Этцелем скакало немало в путь бойцов,
Отважных. Сколько было тут всяких языков!
Что верных и неверных взял в путь король с собой!
Как важно повстречались бойцы с своею госпожой.

1339 Скакало много русов и греков в встречу ей;
Полян и влахов много видали, как коней
Они своих отменных тут во всю прыть пускали;
И норов свой, и силу они ничуть уж не скрывали.

1340 Мужей немало было из Киевской земли
И диких печенегов; тут показать могли
Себя они, из луков в птиц на лету стреляя
И изо всей-то мочи из луков стрелы выпуская.

1341 Есть Тульне у Дуная (так город тот зовут)
Там, в Остерланде; сколько пришлось увидеть тут
Ей нравов незнакомых. Здесь многие её
Встречали. Пострадать им пришлось потом из-за нее.

1342 Пред Этцелем скакала дружина; было в ней
Веселых, богатейших, учтивейших князей
Двадцать четыре, славных. Хотелось одного
Им: госпожу увидеть скорей и больше ничего.

1343 Земли Волошской герцог Рамунг семьсот мужей
Привел туда с собою, спеша предстать пред ней;
Бойцы его, как птицы, летели той порой.
Явился и князь Гибехе с своей дружиной удалой.

1344 Хорнбог проворный тоже от короля отстал
И с тысячной дружиной пред госпожой предстал.
Поднялся шум (обычай в стране уж был такой).
Что родичей тут гуннских в турнир вступило удалой!

1345 Пришел и Тенемаркский Хаварт, боец лихой,
И Иринг, витязь быстрый, правдивый и прямой,
И Ирнфрид Дюрингенский, достойный муж.
Встречали
Они Кримхильду (это они за честь себе считали)

1346 С толпой бойцов (всех было двенадцать сотен их).
Привел и витязь Блёделин три тысячи своих
(Владыка гуннов, Этцель ему был брат родной),
Пришел и он так важно навстречу гостье дорогой.

1347 За ними прибыл Этцель и господин Дитрих
С дружиною своею. Что витязей лихих,
Отважных, знатных, гордых тут было у него!
Дух госпожи Кримхильды поднялся сразу от того.

1348 И молвил королеве так Рюдигер: «Здесь я
Сейчас сбираюсь встретить могучего царя.
Кого я укажу вам, вы поцелуйте тех:
Нельзя ж вам королевских бойцов приветствовать
так всех».

1349 Тут королеву сняли с коня ее скорей.
Царь Этцель богатейший и множество мужей
Не стали медлить доле, с коней своих сошли
И госпоже Кримхильде навстречу, радуясь, пошли.

1350 Князей богатых двое (как нам передавали),
Идя за королевой, шлейф госпожи держали
В руках, пока царь в встречу ей шел. Его потом
Она поцеловала, радушный оказав прием.

1351 Отдвинула повязку она назад: блистал
Средь золота румянец ее. Тут всяк признал,
Что не могла и Гельха ее красивей быть.
Брат королевский Блёделин стал к госпоже
тут подходить.

1352 Его и Гиб(е)хе Рюд(и)гер ей указал, чтоб их
Она поцеловала. Затем, предстал Дитрих.
Поцеловав двенадцать бойцов, она одним
Поклоном лишь почтила толпу бойцов, прибывших
с ним.

1353 Пока стоял царь Этцель рядком с Кримхильдой здесь,
Юнцы скакали лихо, как водится поднесь.
И не один тут славный пунейс тогда был дан
Бойцами вер различных из нехристей и христиан.

1354 Как Дитриховы мужи пускали тут древки!
Как, в щепки разлетаясь, из рыцарской руки
Высоко вверх взлетали их копья над щитами!
Пробито было много щитов немецкими гостями.

1355 Ломались копья с треском; был слышен шум и гам:
Еще б! ведь, все из края бойцы сошлися там
Да столько королевских достойнейших гостей.
Пошел король оттуда с Кримхильдой, госпожой
своей

1356 Они шатер роскошный узрели пред собой.
Усеяли всё поле палатки той порой,
Где отдохнуть могли бы они после труда,
И девушек пригожих ввели воители туда.

1357 Там села королева на стул, на нем лежал
Ковер богатый; это маркграф всё приказал
Устроить так, что всякий прекрасным находил
Кримхильдин стул, и Этцель уж как тогда доволен
был.

1358 Про то мне не известно, что Этцель тут сказал;
В своей деснице руку он белую держал;
Любясь, сидели оба, но короля маркграф
Не допускал до тайных с Кримхильдой свадебных
забав.

1359 Бугурд велели кончить везде лихим бойцам,
Был он окончен с честью, смолк говор, шум и гам.
Все Этцелевы мужи к шатрам скорей пошли;
Немало для покоя везде им места отвели.

1360 День кончился; в палатках бойцы започивали
До бела утра; вместе с рассветом, повскакали.
Толпа мужей пустилась тогда к своим коням.
Что тут забав пришлося начать в честь короля
бойцам!

1361 Чинить всё это с честью царь гуннам приказал.
Из Тульне в город Вену им путь теперь лежал;
Нашли они там много нарядных дам: оне
С почетом вышли в встречу царя могучего жене.

1362 Всё нужное уж было готово для гостей
С излишком; ликовала толпа лихих мужей,
Веселье предвкушая. Их стали размещать.
Превесело царь свадьбу свою намерен был
справлять.

1363 Но всех приезжих город не мог в себя вместить:
Тех, что не гости были, стал Рюдигер просить
В селеньях разместиться за городом. Видали,
Я чай, там, как Кримхильду все время окружали

1364 Толпа мужей отважных и господин Дитрих;
Все отдыха не знали, сил не щадя своих,
Чтоб только распотешить, развеселить гостей.
Не дурно веселился тут Рюдигер с толпой друзей.

1365 В день Троицын царь Этцель ее супругом стал:
Тогда он в Вене (город так звался тот) лежал
С Кримхильдой. Не случалось, при первом
муже, ей
Вдруг приобресть столь многих, служить готовых
ей мужей.

1366 Не видевшие раньше ее, тут по дарам
Её узнали; всякий так говорил гостям:
«Не мнили мы, что столько у ней добра с собой!
Здесь много натворила она чудес своей казной».

1367 Семнадцать дней продлился пир свадебный честной.
Я чай, не говорили нигде, чтоб царь иной
Справлял богаче свадьбу: мы что-то не слыхали.
В одеждах самых новых все, бывшие там, пировали.

1368 Я чай, и в Нидерландах с таким бойцов числом
Она не восседала; да, убежден я в том,
Что, хоть богат был Зигфрид, всё ж не имел мужей
Столь много, знатных, храбрых, как здесь пришлось
увидеть ей.

1369 Никто, сам в брак вступая, не раздавал таких
Вместительных, широких плащей, столь дорогих,
И славной столь одежды, как то они творили.
Все для Кримхильды то-то тут на подарки щедры
были.

1370 Друзья бойцов и гости сошлись тогда в одном:
Без жалости сорили они своим добром.
Кто что ни спросит, тотчас давали всем они.
Что голыми осталось бойцов от щедрости в те дни!

1371 Но вспомнила Кримхильда свое житьё-бытьё
На Рейне с милым; стали мокры глаза ее.
С большим трудом сумела скрыть грусть от всех она.
Как, после бед, столь многих, была она тут почтена!

1372 Как ни щедры все были, то был лишь ветр один
В сравнении с Дитрихом: что Ботелунга сын
Ему сам дал, все то здесь он дочиста спустил;
И щедрый Рюд(и)гер тоже чудес немало натворил.

1373 И князь земли Угорской достойный Блёделин
Ларцов с сребром и златом дорожных не один
Изволил опорожнить: все это раздарили,
И можно было видеть, как все бойцы в восторге
были.

1374 Вербель и Свеммелин, два царских игреца.
На пире том зашибли с начала до конца
По тысяче, чай, марок иль больше. С королем
Пригожая Кримхильда тогда сидела под венцом.

1375 В осмьнадцатый день утром из Вены поскакали,
Игрою потешаясь. Что тут щитов пронзали
Бойцы, пуская копья могучею рукой,
Пока не прибыл Этцель в край гуннский с витязей
толпой.

1376 В старинном Хеймбурге им ночь пришлось провесть
Народа тьму не в силах никто был перечесть.
Как лихо по стране той их кони понесли!
Ах, сколько дам пригожих они в земле царя нашли!

1377 В богатом Мизенбурге все сели на суда;
Конями и мужами покрылась вдруг вода:
Как будто всюду суша, куда ни глянь. В пути
Устав, могли все дамы приятный отдых здесь найти.

1378 Судов немало крепких сплотили, чтобы их
Река не повредила напором волн своих;
Раскинули немало палаток на судах,
Как будто находились не на реке, а на полях.

1379 До Этцельнбурга вести об этом долетели;
Все женщины и мужи там вдруг повеселели.
Покойной Гельхи свита, взлелеянная ей,
Пережила с Кримхильдой потом в веселье много
дней.

1380 Девиц немало знатных ее там поджидали;
Со дня кончины Гельхи они всё тосковали.
Еще нашла Кримхильда семь королевн. Оне
Блеск придавали также собой всей Этцеля стране.

1381 Пока, девица Херрат пеклась о чади всей,
Дщерь Гельхиной сестрицы; достоинств было в ней
Немало, королевна была обручена
С Дитрихом, дочь Нентвейна; жила потом
в чести она.

1382 Обрадовался дух их с приходом дорогих
Гостей. Что запасли уж они добра про них!
Кто скажет вам, как Этцель лотом там восседал?
Ни при одной царице край гуннский лучше не живал,

1383 От берега царь Этцель с супругой поскакал.
Кто каждая девица, Кримхильде царь сказал.
Тем горячей Кримхильда привет им оказала.
Как властно после Гельхи она на троне восседала!

1384 Что было ей усердных оказано услуг!
Сребром, камнями, златом, одеждой верных слуг
Царица наделяла. Что к гуннам привезла
Она за Рейн, – всё это раздать она должна была.

1385 И короля родные, и вся толпа мужей,
Все ей подвластны стали и так служили ей,
Что никогда и Гельха так не была сильна.
Служили так Кримхильде, пока не умерла она.

1386 В такой чести высокой жил двор и вся земля.
Не прекращались игры в палатах короля:
Все тешились, чем каждый хотел, чтоб угодить
Царю и от царицы за то подарок получить.

XXIII авентюра
Как Кримхильда задумала отомстить за свое горе

1387 В такой чести высокой (то правда, лжи тут нет)
Они друг с другом жили уже шесть с лишком лет,
И на седьмой год сына царица родила.
Та весть царю на свете всего приятнее была.

1388 Она не уступала, добилась, наконец,
Что сына согласился крестить его отец
По-христиански: чадо Ортлибом нарекли.
Что радости-то было тогда для всей его земли.

1389 Немало было всяких достоинств в Гельхе, с ней
Сравниться всё старалась Кримхильда много дней:
Её чужанка Херрат всем нравам научала;
Сама ж она по Гельхе тайком куда как тосковала.

1390 Туземцам и чужим всем она известна стала,
Твердили, что доселе царицы не бывало
Нигде щедрей: всяк в этом уверен был вполне.
Тринадцатый год в славе жила она в чужой стране.

1391 Она тогда узнала, что там ей все друзья
(Поднесь везде так служат бойцы жене царя).
Всегда пред ней бывало двенадцать королей.
Как тут про зло не вспомнить, что дома
причинили ей!

1392 Земля Ниблунга также на память ей пришла
И то, какая честь ей принадлежать могла;
После Зигфрида смерти у ней всё Гаген взял:
Ах, если бы за это когда-нибудь он пострадал.

1393 «И сбудется, вот только б сюда он прискакал».
Не раз ей снилось, будто с ней рядышком стоял:
Брат Гизельхер: лобзала нередко в сладком сне
Она его. Да, гибель их всех ждала в чужой стране.

1394 Сдается мне, злой дьявол Кримхильде нашептал
И с Гунтером вновь дружбу порвать ей приказал,
Кого она в знак мира в Бургундии лобзала.
От слез горячих снова мутнеть ее одежда стала.

1395 И в ранний час, и в поздний всё думала она
О том, что без причины была принуждена
Язычника-супруга любить теперь, а кто?
Всё Гаген, ведь, да Гунтер ей горе причинили то.

1396 Та мысль не покидала ее, о том она
Всё думала: «Теперь я богата, есть казна
Такая, что могла б я врагам зло причинить,
А Гагену всем сердцем готова я за всё отмстить!

1397 По верном друге сердце мое еще болит:
Когда б была поближе я к тем, кем был убит
Мой муж, я б отомстила за друга моего!»
Царица говорила: «Когда дождуся я того?»

1398 К ней царские все мужи одну любовь питали,
Дружинники Кримхильды, и верно поступали.
Экк(е)варт был казначеем и тем друзей привлек,
Никто Кримхильды воле из них ничем мешать
не мог.

1399 Всё думала царица: «Дай, попрошу царя»,
Пусть он исполнит просьбу ее, чтобы родня
Ее могла в край гуннский приехать. Хоть бы кто
Подумал, что на сердце таит она совсем не то.

1400 Раз, ночью, с нею Этцель на ложе возлежал,
Обняв ее руками (так он всегда ласкал
Супругу): как себя, он любил ее всегда;
Пришли враги на память жене достойнейшей тогда.

1401 Она царю сказала: «Мой господин, просить:
Осмелюсь вас; вы милость должны ко мне явить,
Коль я то заслужила, прошу мне доказать,
Что родичам моим вы готовы милость оказать».

1402 Сказал король богатый (был он душою прям):
«Всё сделаю для вас я, что делают бойцам,
Честь им воздать желая. Уж как я рад, что мне
Пришлось друзей отменных обресть через любовь
к жене».

1403 Она сказала: «Ваша речь мне люба. Родни
Есть у меня немало высокой; но они
(Мне это очень больно) меня не навещают:
И то, здесь все чужанкой меня, я слышу, называют».

1404 «Любезная супруга», царь Этцель вновь сказал:
«Коль не сочтут путь дальним, я б тех за Рейн позвал,
Кого вы видеть рады здесь, в области моей».
Узнать цареву волю уж как приятно было ей!

1405 Сказала: «Господин мой, коль дружбу доказать
Не прочь вы, то извольте гонцов за Рейн послать
В Вормс: пусть родня узнает, что на душе моей:
Придет тогда немало сюда отменнейших мужей».

1406 Сказал он: «Как хотите, пусть будет так! Я рад
Не менее увидеть здесь знатной Уты чад,
Чем вы увидеть рады опять своих родных.
Меня и то печалит, что здесь давно не видно их.

1407 Милейшая супруга, звать родичей твоих,
Коль ты не прочь, охотно я скрипачей моих
Пошлю туда; в бургундов край им велю скакать».
И славных скрипачей тех велел, не медля, он позвать.

1408 Они туда спешили прийти, где восседал
Король подле царицы. Обоим он сказал,
Что надо им гонцами в бургундский край спешить.
Одеждой богатейшей король их приказал снабдить.

1409 Двадцать четыре мужа одежды получили;
Царь объявил посланцам тогда, чтоб пригласили
Там Гунтера с бойцами у гуннов погостить.
Потом Кримхильда стала отдельно с ними
говорить.

1410 Царь сильный молвил: «Верно! скажу, что
делать там:
Всех благ вы пожелайте от нас моим друзьям!
Пусть погостить изволят они в земле моей:
Видал я очень редко, пока, столь милых мне гостей.

1411 И, раз мое желанье исполнить захотят
Кримхильдины родные, то пусть же поспешат
Приехать этим летом ко мне на пир честной.
Я ж родичей супруги рад видеть буду всей душой».

1412 Скрипач один промолвил, надменный Свеммелин:
«Когда же состоится здесь пир ваш, господин?
Чтоб там могли мы это сказать им в свой черед».
Ответил им царь Этцель: «В ближайший солнца
поворот».

1413 Тут Вербелин промолвил: «Исполним ваш приказ».
Царица попросила в светлицу к ней тотчас
Привесть их потихоньку и молвила гонцам
(Потом не сладко было от речи той лихим мужам);

1414 Она гонцам сказала: «Мне службу сослужите!
Коль вы, согласно с волей моей, передадите
В моей земле, что вам я сказать там поручу, —
За то одежд вам пышных я дам и вас обогачу.

1415 Когда на Рейне, в Вормсе придется вам предстать
Перед моей роднею, должны вы утверждать,
Что грустной не случалось меня здесь видеть вам
Ни разу. Передайте поклон мой удалым мужам.

1416 Просите, чтобы просьбу исполнили царя
И тем освободили от всех скорбей меня,
Подумать могут гунны: мол, нет у ней родных.
Будь рыцарь я, не раз бы сама я навестила их.

1417 Скажите и Герноту, (то – знатный братец мой),
Что не любим на свете никем он так, как мной.
Его вы попросите с собой сюда привесть
Друзей вернейших наших и этим оказать нам честь.

1418 Скажите Гизельхеру: пусть вспомнит он, что мне
Не приходилось в горе быть по его вине:
Его увидеть снова – глазам моим отрада,
За верность столь большую его здесь встретить
я бы рада.

1419 Да матушке скажите, какой мне здесь почет…
А что? коль с Тронеге Гаген в путь с ними не пойдет
Кто им тогда укажет, как к нам сюда прийти?
Ему вполне известны сыздетства в гуннский край
пути».

1420 Бойцы совсем не знали, зачем им так стараться
Приказано, чтоб Гаген не вздумал там остаться
На Рейне. Много горя потом досталось им:
Смерть лютая столь многих бойцов ждала там
вместе с ним[61].

1421 С наказом письма дали теперь им; повезли
Они добра немало и славно жить могли.
Дал отпуск им царь Этцель с пригожею женой;
Снабдил он их в дорогу одеждой пышной, дорогой.

XXIV авентюра
Как Вербель и Свеммель исполнили порученье

1422 Когда на Рейн царь Этцель гонцам скакать
велел,
Из края в край об этом слух тотчас полетел:
Через гонцов проворных просил он и сзывал
На пир честной. Час смертный на пире многих
ожидал.

1423 Гонцы из края гуннов меж тем уже скакали
К бургундам: в эту область просить их посылали
Трех королей могучих и их мужей прибыть
Всех к Этцелю. Недаром они так начали спешить.

1424 Гонцы до Бехеларена домчались уж меж тем;
Конечно, постарались им угодить там всем.
И Рюд(и)гер, и Гот(е)линда, и с ними дочка их
Просили там, на Рейне, поклоны передать от них.

1425 Они их без подарков никак не отпускали:
Чтоб веселей им было скакать, они желали.
И Уте с сыновьями сказать Рюд(и)гер просил,
Что нет нигде маркграфа, что б так же их, как он,
любил.

1426 Просили и Брунхильде поклон их передать
И верность, и готовность во всем ей угождать.
Речь выслушав, хотели гонцы в путь поспешить.
Просила маркграфиня Царя небес их сохранить.

1427 И прежде, чем Баварию им всю пришлось пройти,
Заехал быстрый Вербель к владыке[62] по пути.
Что наказал он в Вормсе сказать своим друзьям,
Мне не известно; только[63], что он столь красного
гонцам

1428 Дал золота на память, скакать дозволив им.
«Я рад бы», так промолвил епископ Пильгерим:
«Детей моей сестрицы узреть в моей стране:
На Рейн к ним съездить вряд ли когда-нибудь
удастся мне».

1429 Каким путем помчались они на Рейн, про то
Сказать я не умею. Не взял у них никто
Ни серебра, ни платья: гнев Этцля всех пугал,
Царь знатный, благородный великой мощью обладал.

1430 На Рейн туда, где Вормс был, в двенадцать ровно дней
Пришли Вербель и Свеммелин; тотчас до королей
И до мужей их также об этом слух дошел:
Мол, там гонцы чужие пришли. Тут Гунтер речь
повел.

1431 Сказал тогда фогт рейнский: «Кто может нам сказать,
Откуда б иноземцы могли к нам прискакать?»
Никто не знал, покуда гонцов не увидал
Гаген из Тронеге. Вот, как он Гунтеру сказал:

1432 «Вот, новость-то! могу я уверить в этом вас:
Здесь скрипачей, ведь, Этцеля увидел я сейчас;
На Рейн сестрица ваша послала их; принять
Нам надо их получше, чтоб честь царю их оказать».

1433 Меж тем, уже к палате подъехали гонцы,
Пышнее не въезжали ни разу игрецы
Князей; тотчас на встречу им Гунтерова чадь
Пошла; покой им дали, велев одежды их убрать.

1434 Богаты были платья дорожные гонцов,
И в них могли бы с честью войти под царский кров,
Но ко двору являться они в них не желали:
Не хочет ли кто взять их, гонцы на то ответа ждали.

1435 Нашлись, конечно, люди, что рады были взять
Их платье: приказали его им отослать.
Надели платье гости такое, что пышней
Одежд носить не могут нигде посланцы королей.

1436 И, где в ту пору Гунтер сидел, идти гонцам
Дозволили; их видеть все были рады там.
К гонцам, не медля, Гаген учтиво подскочил,
От отроков за встречу, спасибо он тут получил.

1437 Осведомляться начал у них он о вестях:
О Этцеля здоровье и о его мужах;
Скрипач сказал: «Доселе край лучше не живал,
И веселее, знайте, народ ни разу не бывал».

1438 К хозяину в палату ввели их, было там
Полным-полно; радушный оказан был гостям
Прием, какой обычен в землях других царей.
Нашел у Гунтера Вербель там много удалых мужей.

1439 Король учтиво начал приветствовать гонцов:
«С приездом поздравляю вас, гуннских игрецов,
И спутников всех ваших. Велел, конечно, вам
Скакать богатый Этцель сюда, в бургундов область,
к нам?»

1440 Они все поклонились, и молвил Вербелин:
«Тебе поклон шлет низкий мой милый господин
И госпожа Кримхильда, сестра твоя. Сюда,
Бойцы, нас с верой доброй послали наши господа».

1441 Сказал король богатый: «Рад вести этой я!
Как поживает Этцель и с ним сестра моя,
Кримхильда, в крае гуннов?» сказал король опять.
Скрипач тогда примолвил: «Готов я всё вам
рассказать,

1442 Что никому на свете уж лучше не жилось,
Извольте знать, чем жить им обоим довелось
И чади всей придворной, родне и их мужам.
Уж то-то были рады они, велев в путь ехать нам!»

1443 «Спасибо за поклоны, что мне оттуда шлют
Он и моя сестрица. Так, значит, там живут
Все в радости: и мужи, и царь. А то, уж был
В тревоге я, признаться, когда у в ас о том спросил».

1444 Туда пришли тут также два юных короля,
Лишь весть ту услыхали. Сестру свою любя,
Там с радостью, конечно, посланцев увидал
Млад Гизельхер; любезно гонцам сестрицы он сказал:

1445 «Желанными гостями вы были б здесь всегда,
Когда б на Рейн езжали почаще к нам сюда;
Вы здесь друзей нашли бы, что рады всей душой
Вас видеть; быть не может беды здесь с вами
никакой».

1446 «Мы вам готовы верить», промолвил Свеммелин.
«Я выразить не в силах вам, как мой господин,
Царь Этцель, вместе с вашей столь знатною сестрой
Вам кланялись сердечно. Живут они в чести большой.

1447 Она напомнить просит вам здесь про верность к ней,
Как преданы вы были душой и телом ей,
Но главное, послали нас к вам, король, просить,
Чтоб вы не отказались туда, в край Этцеля, прибыть.

1448 Просить вас здесь об этом прекрепко наказал
Богатый Этцель, в гости всех вас он приглашал.
Коль не любо вам, чтобы сестрица ваша там
Вас видела, скажите ж, что сделал он такое вам,

1449 Что вы не посетили досель его страны?
Хотя бы вы не знали совсем его жены,
Всё ж заслужить он мог бы, чтоб вы прибыть к нему
Изволили. Уж как бы тогда был рад король тому».

1450 Сказал король им Гунтер: «Вам, семь ночей спустя,
Дать знать про то я мог бы, на что решуся я,
С родни моей совета. Пока же, отправляйтесь
Вы в ваши помещенья и там покоем наслаждайтесь».

1451 Вновь Вербелин промолвил: «Возможно ль повидать
Нам госпожу мою здесь, нельзя ль сперва предстать
Пред Утой богатейшей? Наш отдых не уйдет».
Учтиво знатный Гизельхер сказал на это: в свой черед.

1452 «В том вам помехи нету. Коль вы пойдете к ней,
То этим угодите вы матушке моей:
Ведь, ей Кримхильды ради приятно будет с вами
Увидеться; придете вы к ней желанными гостями».

1453 Привел туда их Гизельхер, где госпожу застал.
Приход гонцов от гуннов ей радость доставлял;
Привет от доброй Уты сердечный услыхали
Они, и ей учтиво гонцы про все тут рассказали.

1454 Так Свеммелин промолвил: «От госпожи моей
Большой поклон вам. Если б возможно было ей
Вас видеть там почаще, поверьте, ничему
На свете не была бы она так рада, как тому».

1455 Сказала королева: «Никак тому не быть!
Дочь милую не раз бы я рада навестить,
Да вот беда: далёко царицына страна.
Пускай живут счастливо весь век и Этцель и она!

1456 Пред тем, как вы отсюда уйдете, дайте знать
Мне об отъезде вашем. Давно уж мне встречать
Гонцов таких приятных не приходилось». – Тут
Ей отроки[64] сказали, что ей об этом знать дадут.

1457 Пошли гонцы в покои, что отвели им там;
Велел король богатый тогда своим друзьям
Собраться. Знатный Гунтер спросил мужей своих:
Люба ль им речь посланцев. Сказали многие из них.

1458 Чтоб в Этцелев край с честью он ехал. Услыхал
Совет тот он от лучших меж ними, не давал
Его лишь Гаген. В гневе и в горе королю
Сказал он тихо: «В этом найдете гибель вы свою.

1459 Что мы ей причинили, про то известно вам:
Побаиваться надо всегда Кримхильды нам;
Ведь, собственной рукою ее супруга я
Сразил на смерть, так как же нам ехать в Этцеля
края!»

1460 Сказал король богатый: «Сестра, оставив гнев
И поцелуй сердечный на нас запечатлев,
Нам все вины простила, пред выездом своим,
И, если зло питает, то разве, Гаген, к вам одним».

1461 «Смотрите», молвил Гаген: «в обман бы не ввела
Вас речь посланцев гуннских, и, раз вам мысль
пришла
Увидеться с Кримхильдой, сгубить вам жизнь
и честь!
Ведь, Этцеля супруга всю жизнь готовить будет
месть».

1462 На совещанье начал князь Гернот говорить:
«Вы умереть боитесь не даром, может быть,
Там, во владеньях гуннских, но по причине той
Нам было бы неловко не свидеться с родной
сестрой».

1463 Князь Гизельхер сказал тут бойцу: «Коль за собой
Вину вы сознаете, любезный Гаген мой,
То вам остаться надо и укрываться тут,
А смелые пусть с нами туда к моей сестре идут».

1464 Взял гнев бойца из Тронеге: «Я не хочу, чтоб в путь
Из витязей вы взяли с собой кого-нибудь,
Кто б с большею отвагой мог ко двору скакать,
И, раз вы непреклонны, не прочь я это доказать».

1465 Тогда промолвил Румольт, боец и стряпчий их:
«Вы угостить на славу своих всех и чужих
Могли б, как вам угодно: не мал у вас запас.
А Гаген, чай, доселе не предавал ни разу вас.

1466 Не слушаетесь Гагена, послушайтесь тогда
Румольта: верой-правдой служу я вам всегда.
Здесь для меня останьтесь, таков совет мой вам,
И пусть царь знатный Этцель живет себе
с Кримхильдой там.

1467 Ну, можно ли вам лучше на этом свете жить,
Здесь вороги не могут ничуть вам повредить,
Ходить в богатом платье судьбою вам дано:
Любите ж дам пригожих да пейте славное вино.

1468 Отборнейшие яства вам подают, каких
Царь ни один не кушал. Да и не будь хоть их,
Все ж для супруги милой остаться надо вам,
Чтобы своею жизнью не рисковать безумно там.

1469 Советую остаться я вам: ваш край богат,
Здесь легче, ведь, конечно, вам выкупить заклад[65],
Чем в крае гуннов. Что там теперь, Бог весть один.
Таков совет Румольта: останьтесь дома, господин».

1470 «Остаться не хотим мы», ответствовал Гернот:
«Моя сестра и Этцель богатый, в свой черед,
Так дружески зовут нас, ну, как нам отказаться?
Кого туда не тянет, тот может дома здесь остаться».

1471 Ответил Гаген: «Эти слова мои не след
Вам понимать так худо, что там ни будь. Совет,
Как верный друг, даю вам, коль вы себя спасти
Хотите, то в край гуннский с опаской надо вам идти.

1472 Коль бросить не хотите вы это, то созвать
Мужей вам надо лучших: здесь иль инде достать
Вы их могли б; коль тысячу из них лихих бойцов
Я выберу, не будет вреда вам от Кримхильды ков».

1473 «Я это рад исполнить», тотчас король сказал.
Окрест в свои владенья гонцов он разослал:
Три тысячи иль боле пришло бойцов тогда,
Не чаяли они все, что ждет такая их беда.

1474 Веселые в край Гунтера они теперь скакали,
Там и коней, и платье всем выдать приказали,
Кто из Бургундов края был должен в путь идти.
Бойцов идти готовых немало мог король найти.

1475 Велел из Тронеге Гаген, чтоб Данкварт, брат его,
Дружину их обоих привел на Рейн; всего
Их восемьдесят было, по-рыцарски пришли
Проворные и латы, и весь доспех свой привезли.

1476 Пришел и смелый Фолькер, то знатный был игрец,
Привел с собою тридцать своих мужей боец,
Да всё в таких одеждах, лишь королю под стать.
Просил сказать он Гунтеру, что к гуннам путь готов
держать.

1477 Кто был тот Фолькер, это сказать я вам готов:
Он господин был знатный, подчинено бойцов
Ему немало было в бургундском крае том,
Умел играть на скрипке, за что был прозван игрецом.

1478 Тут Гаген выбрал тысячу: их хорошо он знал;
Ему, что, в жарких сечах любой из них свершал
Иль что, бывало, делал, пришлось не раз видать:
Их храбрости, конечно, никто не мог бы не признать.

1479 Гонцы Кримхильды были в досаде от того:
Еще б! они боялись владыки своего;
Просили ежедневно об отпуске, никак
Не соглашался Гаген и был умен, что делал так.

1480 Сказал он господину: «Беречь себя самих
Нам надо; мы отпустим домой отсюда их
Семью лишь днями раньше, чем сами в путь пойдем:
Коль зло кто замышляет, узнаем мы тогда о том.

1481 Кримхильда не успеет устроить в этот срок,
Чтоб кто, с ее совета, зло причинить нам мог;
Но раз у ней есть умысл, ну, ей тогда беда:
Мужей отборных много мы поведем с собой туда».

1482 И вот, щиты, и седла, и весь убор бойцов,
Что взять с собой хотели в край Этцеля, готов
Уж был вполне для целой толпы мужей лихих.
Тогда гонцам сказали, что Гунтер хочет видеть их.

1483 Когда гонцы явились, им Гернот так сказал:
«Король на то согласен, с чем Этцель вас прислал.
Мы рады всей душою на пир к нему прибыть
И повидать сестрицу: сомненья в том не может
быть».

1484 Сказал король тут Гунтер: «Скажите ж нам, когда
Пир будет иль чрез сколько дней мы должны туда
Прибыть?» – На это Свеммелин ответил в свой
черед:
«Наверно будет пир тот в ближайший солнца
поворот».

1485 Лишь тут дал позволенье король гонцам чужим,
Коль госпожу Брунхильду охота видеть им,
Чтобы, с его согласья, предстали перед ней.
Тогда вмешался Фолькер (то сделал он в угоду ей).

1486 «Но госпожа сегодня не в духе, так что вам
Нельзя её увидеть», сказал боец гонцам:
«Пообождите: завтра она уж примет вас».
Но не пришлось увидеть её им и на этот раз.

1487 К гонцам король богатый был милостив, велел
Им злата на широких щитах принесть (имел
Его король довольно), был щедр он; дорогие
Гонцам подарки дали тогда и все его родные.

1488 И Гизельхер и Гернот, боец Ортвин и Гере
Всю щедрость показали тут также на примере;
Дары они хотели гонцам такие дать,
Что те, боясь разгневать царя, не смели их принять.

1489 Тогда посланец Вербелин ответил королю:
«Король, оставьте ваши дары в своем краю;
Мы их увезть не смеем: мой господин запрет
Нам дал не брать подарков, да и нужды большой
в них нет».

1490 Негодовал фогт рейнский ужасно на гонцов,
Что взять не захотели столь дорогих даров,
Но все-таки им злато и платье взять с собой
Пришлось и отвезти их туда, в край Этцеля, домой.

1491 Хотелось пред отъездом им Уту повидать;
Свел Гизельхер туда их, где находилась мать.
И королева Ута к гонцам речь повела,
Мол ей приятно б было, чтоб дочь ее в чести жила.

1492 Велела королева парчи и злата дать,
Кримхильды ради (сильно её любила мать),
А также ради Этцля, тем игрецам чужим.
Подарок тот от сердца принять приятно было им

1493 Теперь гонцы оттуда от жен и от мужей
Свой отпуск получили, поехали скорей
Веселые в край швабов; своим мужам велел
Сопровождать их Гернот, чтоб им никто вредить
не смел.

1494 Когда ж отряд охранный оставил их одних,
Власть Этцеля хранила на всех дорогах их:
Ни лошадей, ни платья взять воры не дерзали.
Уж как гонцы поспешно назад в край Этцеля скакали!

1495 Кто из родных известен был им, всех на пути
Они оповещали, что скоро, мол, прийти
Намерены бургунды в край гуннский с Рейна к ним.
Узнал о том известье и сам епископ Пильгерим.

1496 Когда ж пришлось им мимо Бех(е)лар(е)на проезжать,
Они не преминули и Рюд(и)геру сказать
О том и Готелинде, маркграфовой жене;
Она была так рада, что узрит их в своей стране.

1497 Видали, как с вестями скакали игрецы;
Застали Этцеля в Гране (то город был) гонцы.
Про все поклоны с Рейна, какой кто с ними слал,
Ему сказали: красен король от радости вдруг стал.

1498 Когда же королеве пришлось о том узнать,
Что братья в крае гуннском согласны побывать,
Она была так рада и игрецов за весть
Прещедро наградила: от этого была ей честь.

1499 Она сказала: «Вербель и Свеммель, из моей
Родни кто к нам прибудет на пир, из тех мужей
Отменнейших, что звали сюда мы? Что сказал,
Ответьте мне, там Гаген, когда про это услыхал?»

1500 Ответил тот: «Раз утром он на совет пришел,
Недобрую тогда он об этом речь повел;
Когда они поездку в край гуннов одобряли,
Был в гневе он, как будто на смерть их этим обрекали.

1501 Из ваших братьев будут здесь все три короля,
Они так рады. Кто же прибудет с ними, я
Доподлинно об этом вам не могу сказать:
Фолькер, отважный шпильман, хотел к нам
с ними путь держать».

1502 «Легко б я обошлася», жена царя сказала:
«Хотя бы здесь век целый Фолькера не видала;
Вот, Гагена люблю я: он сильный витязь; мне
Приятно, что увидим его мы в здешней стороне».

1503 Туда, где увидала царя, она пошла.
Как ласково Кримхильда к нему речь повела:
«Мой милый повелитель, приятна ль вам весть та?
Сбылась наконец-то моя давнишняя мечта».

1504 «Твое желанье – радость мне», молвил царь жене:
«Не радовался б так я и собственной родне,
Когда б она явилась сюда, в страну мою:
Вся грусть моя пропала, так я люблю родню твою».

1505 Чины царя тотчас же поболее скамей
Везде: в палате, в зале, расставить для гостей
Приятных приказали, что к ним должны прибыть.
Потом чрез них большую беду царю пришлось
нажить.

XXV авентюра
Как все господа ехали к гуннам

1506 Но мы теперь оставим, как здесь все хлопотали.
Ни разу удалые бойцы так не езжали
Ни к одному владыке столь пышно, никогда:
И платьем, и оружьем снабдили вволю их тогда.

1507 Своих мужей фогт рейнский одел, как говорят,
И я слыхал об этом, всех тысячу шестьдесят
Да девять тысяч кнехтов, чтоб там попировать.
Тем, что остались дома, пришлось о них потом
рыдать.

1508 Уж стали в Вормсе сбрую на двор тут выносить,
Епископ старый Спирский так начал говорить
Пригожей Уте: «Наши друзья хотят идти
На пир: да сохранит же Господь их честь на всем
пути».

1509 И знатная тут Ута сказала сыновьям:
«Вы, витязи лихие, остаться лучше б вам:
Ночесь сон нехороший и страшный снился мне,
Что будто бы все птахство повымерло в моей стране».

1510 Тогда сказал ей Гаген: «Кто прибегает к снам
И слушается, значит, не понимает сам
Того вполне, как надо, что честь ему велит.
Так пусть же господин мой к двору за отпуском
спешит.

1511 Мы к Этцелю поедем охотно; королям
Служить усердно будут бойцы лихие там,
Когда мы пир Кримхильды узрим в краю чужом».
Был Гаген за поездку: раскаялся он после в том.

1512 Совет совсем противный, конечно, он бы дал,
Когда б его насмешкой Гернот не донимал:
Он на Зигфрида, мужа Кримхильды, намекал.
«Из-за него лишь Гаген не едет», так Гернот сказал.

1513 Сказал из Тронете Гаген: «Я не боюсь ничуть.
Коль вам, бойцы, угодно, то собирайтесь в путь:
Я в Этцелев край с вами отправиться готов», —
Рассек он там немало потом и шлемов, и щитов.

1514 Суда готовы были. Что собралось тогда
Мужей в путь! Стали платье сносить на те суда.
До вечера немало досталось им хлопот.
Как весело им было из дома двинуться вперед!

1515 Раскинули на травке палатки и шатры
По ту сторону Рейна; просила до поры
Еще остаться мужа пригожая жена[66]:
Ту ночь еще ласкала супруга статного она.

1516 По утру рано флейты и трубы возвестили,
Что надо отправляться; друзей тут поспешили
Они обнять и к сердцу прижать в прощальный миг.
Потом супруга Этцеля печально разлучила их.

1517 У чад пригожей Уты был муж один примерный.
Когда они собрались боец лихой и верный
Свою поведал думу тихонько королю.
Сказал он: «Я о вашей поездке всей душой
скорблю».

1518 Бойцом был славным Румольт (так звался витязь тот);
Сказал он: «На кого же ваш край и ваш народ
Оставите, коль вас уж разубедить нельзя?
Да, от вестей Кримхильды не ждал добра ни разу я».

1519 «Дитя мое и край мой тебе я поручаю;
Служи усердно дамам, я этого желаю.
Утешь того, кто будет лить слезы и грустить.
Нет, Этцеля супруга нам зла не может причинить».

1520 Уж кони наготове для всех мужей стояли.
Бойцы друзей так нежно, прощаясь, целовали
И радостью сияли они в прощальный миг.
Ах, скольким славным дамам пришлось потом
рыдать о них.

1521 Толпа мужей проворных пошла к своим коням.
Виднелось там немало печальных, грустных дам:
Знать, сердце им сказало, что горе причинит
Их долгая разлука: недаром сердце так щемит.

1522 Вот, тронулись бургунды; весь край пришел
в движенье.
По сторонам обеим гор, края населенье,
И женщины и мужи, все плакать принялись.
Но, что ни будь с бойцами, они в путь весело неслись.

1523 И мужи Нибелунга в кольчугах в край чужой
Шли (тысяча их было); остался дома рой
Дам милых, никогда уж они их не видали.
Да, Зигфридовы раны Кримхильде сердце надрывали.

1524 Путь свой держали к Мёйну[67] бургундские бойцы,
Вверх через Остерфранкский край мчались удальцы.
Так вел их Гаген: путь он туда прекрасно знал.
Данкварт, боец бургундский, при них маршалком
состоял.

1525 Когда, край Остерфранкский оставив, поскакали
Они к Сванфельду, важно себя тогда держали
Князья и их родные, достойные похвал.
В двенадцатый день утром король к Дунаю
прискакал.

1526 И впереди всех Гаген из Тронеге там был,
Опорой Нибелунгам надежной он служил.
С коня на брег песчаный слез витязь удалой;
Конь к дереву привязан был им, затем, живой рукой.

1527 Река была в разливе; судов же не видать.
Была в большой тревоге тут Нибелунгов рать,
Как перейти реку им? ведь, широка она.
И каждый рыцарь статный тут слез с лихого скакуна,

1528 «С тобой», так молвил Гаген: «случиться здесь беда,
Фогт рейнский, может: видишь, как разлилась вода!
Взгляни на эти волны, на высоту валов!
Я чай, сегодня многих здесь сгубим мы лихих
бойцов».

1529 «К чему упрек ваш, Гаген?» сказал король тотчас:
«Да будьте уж добры так и не пугайте нас.
Пойдите, поищите здесь броду поскорей,
Откуда б переправить могли мы платье и коней».

1530 «Мне жизнь не надоела», так Гаген отвечал:
«Тонуть в волнах широких я б вовсе не желал!
Сперва сражу я многих у Этцеля в стране
На смерть своей рукою: вот, это было б любо мне.

1531 Вы, рыцари лихие, здесь стойте, я ж пойду:
Авось и перевозчиков здесь где-нибудь найду.
В край Гельфрата доставят они тогда всех нас». —
И добрый щит свой Гаген могучий в руки взял тотчас.

1532 Выл он в доспехе полном: щит на руку надел,
Шлем подвязал, как ярко шелом его блестел!
Поверх брони широкий меч им привязан был,
Меч обоюдоострый с ужасной силою рубил.

1533 Искал он перевозчиков везде, вдруг услыхал
Он плеск воды и тотчас прислушиваться стал.
То – ключ прекрасный; жены в нем вещие
плескались
И, освежить желая себя, в источнике купались.

1534 Заметил жен тех Гаген, стал красться к ним тайком;
Его увидев, жены пустились прочь бегом.
Они так рады были, что их он не настиг.
Ничем не повредил им боец: лишь взял одежду их.

1535 Одна из жен морских тех (её Гадбургой звать)
Сказала: «Рыцарь Гаген, готовы мы сказать,
Коль, витязь, нам сорочки вы наши возвратите,
Чем вы свою поездку в владенья гуннов завершите».

1536 Они пред ним, как птицы, парили над водой.
Поэтому решил он, что ум их не простой.
Что б ни сказали жены, он верил бы всему.
О чем узнать хотел он, они ответили ему.

1537 Сказала: «Можно ехать вам в Этцеля края
Счастливо, в том порукой пусть будет честь моя.
Ни разу с честью большей ни в чью страну еще
Бойцы не приезжали; поверьте, правда это всё».

1538 Той речи витязь Гаген был всей душою рад.
Не мешкая, их платье он отдал им назад.
И, чудную одежду надевши на себя,
Они сказали правду про путь их в Этцеля края.

1539 Тут повела другая из жен, Сиглинда, речь:
«Сын Альдриана, Гаген, хочу предостеречь
Тебя; сорочек ради сестра сказала ложь:
Обманешься ты очень, коль к гуннам все-таки
пойдешь.

1540 Пока не поздно, должен вернуться ты домой.
Ведь, вас бойцов удалых и звали с целью той,
Чтоб вы, бойцы, погибли все там, в чужом краю:
Все, кто туда поедут, да, все найдут там смерть свою».

1541 «К чему», промолвил Гаген: «меня морочить вам?
Как может статься это, чтоб мертвыми мы там
Все пали из-за злобы к нам одного лица?»
И стали жены тотчас подробней вразумлять бойца.

1542 Из них одна сказала опять: «Да быть тому!
Из вас не уцелеть там как есть ни одному:
Из всех вас королевский лишь капеллан домой,
Вполне мы это знаем, придет в край Гунтера живой».

1543 И в гневе смелый Гаген сказал на это им:
«Нет, было б не под силу мне господам моим
Сказать, что мол у гуннов всем смерть нам суждена.
Так, укажи ж чрез воду нам путь, мудрейшая жена».

1544 Она сказала: «Если стоишь ты на своем,
Вон, у реки повыше двор постоялый, в нем
Есть перевозчик, больше нигде другого нет», —
Расспрашивать не стал он, такой услышавши ответ.

1545 Был в гневе он; сказала одна ему вослед:
«Постойте, сударь Гаген, к чему спешить? Совет
Вы выслушайте лучше, как на берег другой
Вам перебраться. Эльзе зовут владыку марки той.

1546 Его брат, витязь Гельфрат, владыкой состоит
В Баварии; немало хлопот вам причинит
Путь через эту марку; да, надо вам держать
Себя с тем осторожней, кто будет вас переправлять

1547 Так гневен и сердит он, что вам несдобровать,
Коль вы себя неладно с ним будете держать.
Ему за переправу вы дать должны награду:
Он сторожит ту землю и предан всей душой
Гельфраду.

1548 Коль он замедлит, кликнуть чрез волны надо вам,
Что вас зовут Амельрих: такой был витязь там,
Край свой покинул рыцарь из-за вражды. Тотчас
Придет к вам перевозчик, то имя услыхав от вас».

1549 Надменный Гаген женам отвесил тут поклон,
Но молча, не сказал им ни слова больше он.
Вверх по реке по берегу песчаному шагал
Боец и об-он-пол[68] он двор постоялый увидал.

1550 Стал звать чрез волны витязь. «Перевези туда
Меня ты, перевозчик», сказал боец: «тогда
Тебе я, в виде платы, браслет дам золотой.
Знай то, что крайне нужно попасть мне на берег
другой».

1551 Богат был перевозчик, а потому считал
Служить зазорным: плату он очень редко брал;
И так же были кнехты его, как он, горды.
Меж тем, стоял всё Гаген на том же месте, у воды.

1552 И с силою он кликнул, реку всю огласил
(Еще б! ведь, витязь смелый силач великий был):
«Эй! переправь! я Эльзин боец, я Амельрих,
Что край покинул этот из-за своих врагов лихих».

1553 Высоко на мече он браслет вверх поднимал
Из красна злата, светлый; его он предлагал
Ему, коль переправит в Гельфрадов край, туда.
Надменный перевозчик взял в руку сам весло тогда.

1554 Упрям и своенравен был перевозчик злой,
Но тут корысть… всегда уж конец ее худой:
Он Гагеново золото вдруг вздумал заслужить,
Но смерть одну был должен он от меча бойца вкусить.

1555 Проворно перевозчик поплыл, но не нашел
Того, чье имя слышал; из-за того пришел
Он в гнев: когда он Гагена нежданно увидал,
Он витязю с досадой в великом гневе так сказал:

1556 «Быть может, Амельрихом и вы зоветесь тоже,
Но на того, кого я найти мнил, не похожи:
Он по отцу и матери родным был братом мне.
Вы за обман остаться должны на этой стороне».

1557 «Нет, нет», промолвил Гаген: «прошу вас ради Бога!
Я рыцарь иноземный, забот – хлопот мне много
О витязях; возьмите по дружбе от меня
За переправу плату! вам буду благодарен я».

1558 Вновь молвил перевозчик ему: «Никак нельзя.
„Есть у моих любезных господ враги, и я
Перевозить не смею туда чужих людей.
Коль жизнью дорожишь ты, сойди на берег
поскорей“.

1559 „Нет“, молвил Гаген: „грустен я без того; возьмите
Вы золото на память и нас перевезите:
Коней сверх тысячи будет да столько ж человек“. —
Но гневный перевозчик сказал: „Не быть тому
вовек“.

1560 Веслом большим широким он Гагена хватил
С размаху так (и сам он потом не рад уж был),
Что на колени витязь на судне вдруг упал.
Гневнее перевозчика ни разу Гаген не встречал.

1561 Чтоб гостя удалого разгневать до конца.
Так он шестом ударил о голову бойца,
Что в дребезги разбился тот шест: силач он был,
Тем Эльзин перевозчик себе немало повредил.

1562 И за ножны схватился тут Гаген и из них
Извлек он меч и голову отсек проворно вмиг
Ему мечом и бросил на дно реки её.
Известно скоро стало бургундам гордым это всё.

1563 Когда хозяин судна был Гагеном сражен,
Поплыло по теченью оно: был в горе он.
Обратно правя судном, изнемогать он стал.
Да, на весло муж Гунтера в ту пору сильно налегал.

1564 Гость греб, что было мочи, назад вверх по реке,
Вдруг крепкое сломалось весло в его руке.
Скорей к бойцам на берег добраться он желал,
Но нет весла уж больше! как быстро он его связал

1565 Ремнем (был не широк он), на нем он щит носил,
И к лесу витязь смелый скорей поворотил.
Нашел на берегу он владыку своего,
И не один тут статный боец пошел встречать его.

1566 Был рыцарями встречен радушно витязь рьяный.
Увидели они тут: дымилась кровь из раны
На судне (перевозчику ту рану он нанес);
Тут Гагену был задан бойцами не один вопрос.

1567 Шел пар от теплой крови на судне; увидал
Её владыка Гунтер и тотчас он сказал:
„Что ж вы молчите, Гаген? где ж перевозчик? верно,
Его лишили жизни вы вашей силою безмерной“.

1568 Отрекся он: „То судно у дикой ивы я
Нашел и отвязала его рука моя.
Сегодня перевозчика я не видал на нем
И, если что тут было, ничуть я не виновен в том“.

1569 Сказал боец бургундский Гернот: „Сегодня, знать,
За жизнь друзей любезных мне надо трепетать.
У нас нет перевозчиков, чтоб мы на берег тот
Попасть могли. Невольно печаль меня о том гнетет“.

1570 „Сложите на траву здесь“, так Гаген возопил:
Вы, кнехты, сбрую. Помню, из всех я лучшим был
На Рейне перевозчиком: другого не найти.
Надеюсь я счастливо и вас туда перевезти».

1571 Чтоб кони поскорее свершили переправу,
Они их нахлестали: шло плаванье на славу.
Их сильное волненье осилить не могло,
Немногих лишь усталых далеко вниз поотнесло.

1572 На судно весь убор свой и золото снесли;
Они ту переправу оставить не могли.
Главою тут был Гаген: он перевез туда
В край незнакомый много могучих витязей тогда.

1573 Сперва тысячу рыцарей он перевез, затем
Своих бойцов, но дело не кончилося тем:
Он девять тысяч кнехтов туда же перевез.
Да, смелый тронежанин в тот день большую
службу нес.

1574 Когда их невредимых доставил он туда,
Воитель славный вспомнил речь странную тогда,
Что он пред тем услышал от диких жен морских.
И капеллан мог жизни тогда лишиться из-за них.

1575 У утвари церковной боец попа застал;
Тот на святыне руку свою тогда держал,
Но тщетно все: лишь Гаген священника узрел,
Поп Богом позабытый тревог тут много претерпел.

1576 Его он сбросил с судна (был он силен); в тот миг:
«Стой, сударь, стой», вскричали тут многие из них.
Млад Гизельхер уж то-то был этим рассержен
Что тот им не внимает, о том скорбел всем сердцем он

1577 Тогда промолвил Гернот, король бургундский, сам:
«От смерти капеллана какая польза вам?
Другой кто это сделай, ему б несдобровать!
Священника с чего вы вдруг в воду вздумали
бросать?»

1578 Священник плыть старался; хотелося ему
Спастись: авось, помогут, но можно ль быть тому?
Свирепый Гаген гневом неистовым пылал:
На дно его толкнул он; никто его не одобрял.

1579 Но, помощи не видя ни от кого, поплыл
Назад священник бедный: в большом он страхе был.
Хоть не умел он плавать, всё ж милосердый Бог
До суши невредимо доплыть назад ему помог.

1580 Священник бедный вышел, отряс одежду. Тут
Увидел сразу Гаген, что уж не преминут
Исполниться на деле слова тех диких жен:
«Да, сгибнут эти витязи», так про себя подумал он.

1581 Когда же с судна мужи трех королей снесли
На берег груз, который на нем перевезли,
Разбил то судно Гаген и по волнам пустил
Обломки; то-то этим мужей он смелых удивил.

1582 Тогда промолвил Данкварт: «Что вы творите, брат?
Ну, как мы переедем, когда на Рейн назад
Нам из владений гуннских придется путь
держать?» —
Ему ответил Гаген: нет, мол, тому уж не бывать.

1583 Сказал боец из Тронеге: «Я сделал с целью той,
Чтоб, если между нами найдется трус такой,
Который бы из страха в беде от нас ушел,
Чтоб здесь в волнах бурливых конец постыдный
он обрел».

1584 В путь с ними из бургундской земли шел муж один,
Фолькером звался этот могучий паладин;
Мог выразить он складно, что на душе носил.
Нашел скрипач, что Гаген вполне разумно поступил.

1585 Уложен был на сумных коней их груз, стояли
Уж в сбруе скакуны их. Они б не горевали
Тут ни о чем, когда бы не капеллан: был он
На Рейн домой обратно пешком добраться
принужден.

XXVI авентюра
Как Гельфрат убит был Данквартом

1586 Когда же переправа закончилась вполне,
Король спросил: «Так, кто же укажет по стране
Нам верный путь, чтоб сбиться мы не могли
с пути»? —
Промолвил сильный Фолькер: «Берусь я вас один
вести».

1587 «Стой тише, рыцарь!» Гаген сказал: «кнехт, тише
стой!
Друзей послушать надо: таков совет вам мой.
Плохую весть поведать сейчас я должен вам:
Да, никогда в бургундский край больше
не вернуться нам.

1588 От жен морских двух рано сегодня слышал я,
Что нам не воротиться. Как быть? вот мысль моя:
Бойцы, вооружитесь! Беречься вы должны.
Поедем осторожно вперед: ведь, здесь враги сильны.

1589 Я мнил морских жен вещих словить на лжи такой:
Сказали, что живыми нам не прийти домой
Опять, лишь капеллан наш спасется: оттого
Я и хотел так сильно сегодня утопить его».

1590 От одного отряда к другому этот слух
Летел, и побледнели бойцы от горя вдруг:
Они в тревоге были, что смерть лихая их
Ждет в той поездке пышной: и впрямь их жребий
злой постиг.

1591 Они у Мёрингена перебралися, там,
Где Эльзин перевозчик убит был. Вновь бойцам
Так молвил Гаген: «Нажил я на дороге тут
Врагов себе: наверно, на нас они здесь нападут.

1592 Убил, ведь, перевозчика сегодня утром я
(Как им не знать про это): старайтесь же, друзья,
Чтоб, если Гельфрат с Эльзе сегодня вдруг на нас
Нагрянет здесь, чтоб плохо пришлося им тогда от вас.

1593 Смелы они: уверен я, сбудется все то.
Пустить коней вам надо потише, чтоб никто
Не мнил, что по дорогам бежим мы здесь». В ответ
Промолвил витязь Гизельхер: «Я рад исполнить
ваш совет.

1594 Кто ж путь дружине нашей укажет по стране?»
Они сказали: «Фолькер нас поведет: вполне
Здесь с каждою тропою игрец лихой знаком».
Еще не досказали, как уж в доспехе боевом

1595 Предстал скрипач проворный; шелом он подвязал,
Его убор весь бранный был пышен и блистал,
К древку привязан красный значок был скрипачом.
Попал он с королями в великую беду потом.

1596 О смерти перевозчика Гельфрат уже узнал
Из верного известья; об этом услыхал
И сильный Эльзе также, и оба были в горе.
Послали за бойцами, и те готовы были вскоре.

1597 В столь краткий срок (об этом сказать я вам готов),
К ним живо прискакала толпа таких бойцов,
Что в сечах жарких много чинили уж вреда:
Семь сотен или боле пришло их к Гельфрату тогда.

1598 За ярыми врагами вдогон они пустились;
Их господа вели их, они так торопились
Нагнать гостей отважных и гнев излить. Друзей
За то довольно много погибло там у тех князей.

1599 Распорядился Гаген прекрасно той порой:
Едва ль стерег бы лучше своих друзей другой.
С своей дружиной Гаген оберегал их тыл.
С Данквартом, братом, вместе и как умно
он поступил!

1600 День весь почти прошел уж, был недалек конец,
За жизнь друзей в тревоге немалой был боец.
Чрез край бавар скакали, прикрыв себя щитами,
Они и были вскоре бойцы настигнуты врагами.

1601 С пути сторон обоих и сзади звук подков
До них донесся: слишком спешила рать врагов.
«На нас напасть хотят здесь», сказал Данкварт
бойцам, —
«Подвяжем же шеломы: полезно это будет нам».

1602 Пришлось остановиться; они, средь темноты,
Увидели: сверкали блестящие щиты.
Не захотелось Гагену тут более молчать:
«Кто гонится за нами?» Был должен Гельфрат
отвечать.

1603 Сказал маркграф баварской земли: «Врагов своих
Мы ищем и примчались сюда по следу их.
Сегодня перевозчик убит мой. Кто убил,
Не знаю; мне так больно: еще б! он витязь
славный был».

1604 «Так это», молвил Гаген: «был перевозчик твой?
Везти нас не хотел он: винюсь, был витязь мной
Убит, но сам довел он меня, ведь, до того:
Иначе, предстояло мне смерть приять от рук его.

1605 И золото, и платье ему я предлагал
В награду, чтоб отвез нас он в край твой запылал
Он гневом и внезапно меня ошеломил
Шестом здоровым этим меня он страшно разозлил.

1606 За меч я тут схватился; стих ярый гнев его
От тяжкой раны, витязь погиб из-за того;
За то, чем вам угодно, готов я отплатить».
Бойцы, полны отваги, в тот миг решились
в бой вступить.

1607 «Я знал», Гельфрат промолвил: «коль этою дорогой
Пойдет с дружиной Гунтер, то причинит нам много
Хлопот из Тронеге Гаген. Теперь он не уйдет:
Здесь сам за перевозчика боец заплатит
в свой черед».

1608 И, копья над щитами склонив, они стояли
И нанести друг другу удар скорей желали.
Данкварт и Эльзе лихо скакали той порой,
Свои пытая силы; уж то-то яростен был бой!

1609 Могли ли лучше силы испробовать свои
Бойцы? Был тьост так силен, что Гаген от руки
Гельфрата удалого с коня назад упал;
Нагрудник[69] лопнул: витязь, что значит падать,
тут узнал.

1610 Дружины их схватились, раздался треск щитов;
Оправился тут Гаген: да, был удар таков,
Что на траву свалился с коня он; уж наверно,
Пылал тогда к Гельфрату воитель злобою безмерной.

1611 Кто им коней держали, не знаю, но пошли
Пешком Гельфрат и Гаген и вот песок нашли:
Бойцы тут друг на друга пустилися бежать;
Им помогли их други, и бой пришлося всем начать.

1612 Как сильно на Гельфрата тут Гаген наскочил!
Щита кусок огромный у витязя отбил
Маркграф достойный, так что огонь был виден. Да,
От смерти не далек был дружинник Гунтера тогда.

1613 «Брат милый», так Данкварта тогда стал витязь звать:
«На помощь! витязь некий меня одолевать
Уж стал, он биться мастер, не выпустит живым
Меня он». – Смелый Данкварт сказал:
«Так порешу ж я с ним».

1614 И, подскочив поближе, боец удар такой
Нанес мечом, что мертвым пал Гельфрат удалой.
Отмстить Данкварту Эльзе хотел, было, но он
Был принужден? с дружиной уйти и понести урон.

1615 И брат его убит был, и ранен был он сам,
Да восемьдесят верных бойцов погибло там
От лютой смерти; должен был господин скорей
Искать спасенья в бегстве от Гунтера лихих мужей.

1616 Бойцы земли баварской с дороги отступили;
Ужасные удары слышны в ту пору были:
То гнались тронежане за ворогов толпой;
Враги, в беде нежданной, с немалой мчались
быстротой.

1617 Их бегство видя, Данкварт сказал: «На этот путь
Нам надо будет снова немедленно свернуть:
Пусть скачут! уж от крови промокло платье их;
Совет мой, поспешимте назад стеречь друзей своих».

1618 Когда туда вернулись, где бой произошел:
«Бойцы, проверьте», Гаген из Тронеге речь повел:
«Кого не достает здесь, и сколько всех числом
Гнев Гельфрадов похитил у нас бойцов в сраженьи
том?»

1619 Всех четверо погибло, пришлось оплакать их;
Уж как же поплатились их вороги за них:
Из витязей баварских сто или боле пали,
У тронежан недаром щиты мокры и тусклы стали.

1620 Блеснул тут месяц ясный слегка из облаков.
«Так, пусть же», молвил Гаген: «никто здесь
из бойцов
Про это не доводит до милых мне господ!
Пусть до утра пробудут они, не ведая забот».

1621 Когда же их нагнали те, что побились там,
Усталость причиняла боль сильную бойцам.
«Да долго ли скакать нам?» так не один спросил.
«Нет здесь для нас гостиниц», ответить Данкварт
поспешил.

1622 «Вам всем скакать придется, пока не рассветет».
Фолькер (о всей дружине он пёкся) в свой черед
Велел спросить маршалка: «Где ночь нам провести,
Где б отдых наши кони и господа могли найти?»

1623 Ответил смелый Данкварт: «Я не могу сказать.
Пока день не настанет, нельзя нам отдыхать:
Тогда найдем местечко, на травке отдохнем!»
Уж то-то было горько бойцам услышать весть о том.

1624 Никто бойцов не выдал, про пролитую кровь,
Пока не засияло поутру солнце вновь,
Из-за горы луч бросив. Король тут увидал,
Что в ночь они побились, и в гневе им боец сказал:

1625 «Друг Гаген, погнушались вы мной: не пожелали,
Чтоб был я вместе с вами, когда кольчуги стали
У вас мокры от крови. Кто ж начал этот бой?» —
Сказал он: «Это Эльзе напал на нас ночной порой.

1626 Всё мстя за перевозчика, на нас он наскочил;
Мой брат собственноручно Гельфрата тут убил,
А Эльзе от великой беды пришлось бежать:
Им сто, нам четверых лишь пришлось в бою том
потерять».

1627 Не знаем, где им лагерь раскинуть удалось;
Всем поселянам вскоре услышать довелось,
Что знатной Уты дети спешат к двору; прием
Оказан был на славу бургундам в Пассоуве потом

1628 Епископ Пильгрим, дядя трех знатных королей,
Был то-то рад, что с целой толпой своих мужей
Племянники родные в его страну спешат.
Узнать пришлось им вскоре на деле, как он был
им рад.

1629 Вот, вышли на дорогу друзья гостей встречать,
Но невозможно было их в Пассоуве принять:
Пришлось перевезти их через реку и там
Шатров, палаток много раскинуть на поле гостям.

1630 Весь день пробыть там были они принуждены
И ночь. Как были славно они угощены!
Затем, в край Рюдигера им путь держать пришлось,
И до него про это известье живо донеслось.

1631 Устав в пути, здесь отдых они себе нашли
И ко владеньям гуннским поближе подошли.
На рубеже узрели они там: некто спал,
К у него меч крепкий тихонько Гаген с Тронеге взял.

1632 И Эккеварт (так витязь достойный звался тот)
Был сильно опечален тем, что бойцов приход
Его меча лишил вдруг. Нашли бургунды тут,
Что марку Рюдигера довольно плохо стерегут.

1633 Тут Эккеварт промолвил: «Какой мне стыд, позор!
Не радует бургундов приезд меня. С тех пор,
Как сгиб Зигфрид, исчезла вся радость с ним моя.
Ах господин мой Рюдигер, как пред тобой
виновен я»

1634 Когда услышал Гаген, как знатный муж тужил:
Он отдал меч и красных шесть колец предложил. —
«Возьми ты их на память и подружись со мной!
Хоть спишь ты на границе, а все ж ты витязь удалой».

1635 Ответил тот: «За кольца Бог вас да наградит!
Меня ж поездка ваша печалит: ведь, Зигфрид
Убит был вами; злобы к вам здесь за то полны.
Как верный друг, даю вам совет: беречься
вы должны».

1636 «Господь», промолвил Гаген: «нас от беды спасет.
У королей с дружиной других, пока, забот
Нет никаких: вот, только б пристанище найти,
Где б эту ночь могли мы здесь в этом крае провести.

1637 Был долог путь, все кони испортились у нас,
И вышел весь (так Гаген сказал) съестной запас.
Где тут купить! хозяин нам нужен бы такой,
Чтоб был так добр и всем бы уже хлеб предложил
нам свой».

1638 «Я укажу (ответил тот), есть хозяин тут:
Ни в чьей стране нигде вам уже не зададут
Такого угощенья, какое здесь вас ждет,
Коль видеть Рюдигера, бойцы, не прочь
вы в свой черед.

1639 Сидит он у дороги; радушней не бывало
Хозяина: из сердца льет он щедрот немало,
Как усыпает травку цветами сладкий май,
И рад он, коль послужит бойцам, прибывшим
в этот край».

1640 «Угодно ль», молвил Гунтер: «вам быть моим
гонцом?
Желает ли нас, ради меня, принять в свой дом
Мой друг любезный Рюдигер, мой род и всех бойцов?
Всем, чем могу, за это ему я услужить готов».

1641 «Рад быть я», молвил Экк(е)варт: «для вас гонцом
таким».
Пустился добровольно с усердием большим
Он в путь и Рюдигеру, как слышал, рассказал,
И Рюдигер давно уж столь милой вести не слыхал.

1642 Увидели: муж некий в Бех(е)лар(е)н летел стремглав,
Его узнал сам Рюд(и)гер и молвил так маркграф:
«Вон, Экк(е)варт, муж Кримхильдин, торопится
сюда».
Он думал: знать, врагами ему учинена беда.

1643 Пошел к воротам Рюдигер, предстал пред ним гонец.
Меч, отвязав от пояса, сложил из рук боец.
Из вести, что принес он, не скрыл он ничего
И быстро всё хозяину сказал и всем друзьям его.

1644 Сказал он так маркграфу: «Послал сюда меня
Король бургундский Гунтер и с ним его братья:
И Гизельхер, и Гернот, и каждый наказал
Из витязей тех, чтобы я вам поклон их передал.

1645 Просили также Гаген и Фолькер передать
Вам их поклон нижайший. Еще могу сказать:
То маршалк королевский мне дал такой наказ,
Что добрым кнехтам нужно найти пристанище
у вас».

1646 И, улыбаясь, Рюдигер сказал: «Я вести рад,
Что короли услуги мои благоволят
Принять. Да, не откажет хозяин им ни в чем:
Я буду рад душевно, коль в мой они прибудут дом».

1647 «Данкварт, их маршалк, также велел вас известить,
Кого вам с ними в доме придется поместить:
У них тысяча рыцарей, да витязей шестьдесят,
Да девять тысяч кнехтов». Был всей душой тому
он рад.

1648 «Любы мне эти гости», сказал так Рюдигер тут:
«Приятно, что такие бойцы в мой дом придут.
Им никакой досель я не оказал услуги:
Скачите ж им на встречу скорей вы, родичи
и други!»

1649 И рыцари и кнехты, все бросились к коням:
Приказ их господина законом был бойцам;
Тем больше поспешили они почтить гостей.
Еще о том не знала Гот(е)линда в комнате своей.

XXVII авентюра
Как они пришли в Бехеларен

1650 Туда пошел маркграф тут, где госпожу застал,
Жену свою, и дочку; им живо передал
Весть милую, как слышал, что скоро уж должны
Прибыть в их дом, в Бехларен, братья царицы
их страны.

1651 «Любезная супруга», так молвил Рюд(и)гер ей:
«По-дружески примите вы знатных королей,
Когда к двору прибудут они с дружиной к нам,
И Гагена особым почтить приветом должно вам.

1652 Боец один есть с ними, его Данквартом звать,
Другой – Фолькер (умеет уж он себя держать!):
Вы с дочкой поцелуйте всех этих шестерых;
Примите порадушней вы также и бойцов других».

1653 И госпожи на это свое согласье дали
И из ларцов одежды нарядные достали:
Они хотели в встречу идти лихим бойцам.
Да, много-много было тогда хлопот для славных дам.

1654 Румянец неподдельный играл на их щеках;
И наголовни были у них на головах
Из злата (то – шапели) носили их оне,
Чтоб ветр не путал чудных волос: всё правда
тут вполне.

1655 Среди забот подобных оставим милых дам.
Меж тем, друзья Рюд(и)гера скакали по полям;
Они туда спешили, где королей нашли,
С почетом в край маркграфа гостей они, затем, ввели.

1656 Когда маркграф увидел, что те идут к нему,
Сказал проворный Рюд(и)гер (как рад он был тому!):
«Вам, господа, и вашим мужам привет. В моей
Земле я так рад видеть вас, столь приятных
мне гостей».

1657 И гости дружелюбно раскланялися с ним.
Вполне он показал тут, как рад гостям своим
Он Гагена особо почтил: был раньше он
Знаком с ним, и бургундский Фолькер был также
им почтен.

1658 Он принял и Данкварта. Сказал боец: «Вы ныне
О нас, радеть хотите, заботу ж о дружине,
Что мы с собою взяли, кто на себя возьмет?» —
«Вы спать должны спокойно», маркграф ответил
в свой черед: —

1659 «Над вашею дружиной, что к нам пришла сюда,
Над вашими конями и платьем, господа,
Охрану я устрою, чтоб не было пропажи,
Что принесло б ущерб вам, будь то одна лишь
шпора даже.

1660 Раскиньте же вы, кнехты, шатры на поле; вам
За все, кто пропадёт здесь, вознагражденье дам
С коней узду снимите, гулять пустите их!» —
Так ни один хозяин доселе не радел о них.

1661 Уж как же были рады все гости; господа
Оттуда поскакали, и на траве тогда
Заснули всюду кнехты; им хорошо спалось:
Я чай, на всем пути им впервые это довелось.

1662 Была и маркграфиня пред бургом со своей
Пригожей дочкой. Тут же стояло рядом с ней
Немало дам прелестных и милых дев, на них
Запястьев было много и пышных платьев дорогих.

1663 Сверкали дорогие издалека каменья
На платьях; любо было глядеть на дам сложенье.
Вот, прибыли и гости, тотчас с коней сошли;
Ах, как себя бургунды учтиво той порой вели.

1664 И тридцать шесть девиц тут, окроме многих жен,
(Их стройный стан на диво, на славу был сложен),
Все вместе шли им в встречу с толпой лихих мужей.
Приветствовали дамы радушно дорогих гостей.

1665 Поцеловала дочка (мать тоже) трех князей;
Был рядом Гаген, витязя велел хозяин ей
Поцеловать: взор кинув, нашла она его
Столь страшным, что желала б себя избавить от того.

1666 Но ей пришлось исполнить хозяина приказ:
Она переменилась тогда в лице не раз.
Она поцеловала и Данкварта, затем
И игреца: за силу он был почтен приветом тем.

1667 Младая маркграфиня тут за руку взяла
Бургунда Гизельхера, а мать ее пошла
С отважным мужем Гунтером, взяв за руку бойца.
Они пошли, и были полны восторга их сердца.

1668 Шел с Гернотом хозяин в обширный зал, и там
Все рыцари и дамы уселись по местам.
Гостей велели лучшим тут обнести вином:
Нигде оказан не был бойцам досель такой прием.

1669 Любовно все глядели на Рюдигера дочь:
Была она прекрасна; из витязей не прочь
В душе был каждый к сердцу прижать ее, любить:
Она душой высокой могла всё это заслужить.

1670 Что там они ни думай, мечте не сбыться той!
Переносились взоры их от одной к другой:
Там дев и дам сидело довольно для бойцов.
Хозяина потешить скрипач тот знатный был готов.

1671 И рыцарям и дамам, как исстари велось[70],
По разным помещеньям тут разойтись пришлось;
Затем, в просторном зале столы накрыты были.
Усердно незнакомым гостям в ту пору там служили.

1672 Пошла тут маркграфиня, чтоб угодить гостям,
К столу их, дочь оставив с девицами; ей там
Сидеть и надлежало. На то, что не видать
Её, все гости стали свою досаду выражать.

1673 Когда пить перестали и есть они, тогда
Пригожую девицу ввели опять туда.
Они не удержались от шуток той порой:
Их отпустил немало Фолькер, муж статный, удалой.

1674 Вслух, громко говорить тут игрец тот знатный стал:
«Маркграф мой богатейший, Господь вам оказал
Великую тем милость, что наградил достойной
И милой столь супругой и жизнью мирной
и спокойной.

1675 Будь королем я только, носи бы я венец,
Женился б непременно», так продолжал игрец:
«На вашей милой дочке (так сердце мне твердит);
Она знатна к тому же, добра и так мила на вид».

1676 Тогда маркграф заметил: «Как может это быть,
Чтоб дочь мою король стал когда-нибудь любить?
Мы здесь с женой чужие, а не в земле родной;
А коли так, что пользы девице в красоте большой?»

1677 На то ответил Гернот (учтив он был вполне):
«Когда б пришлось супругу избрать по сердцу мне,
Такой жене уж то-то я рад бы был всегда».
И добродушно Гаген сказал так, в свой черед, тогда:

1678 «Да вот, жениться должен король мой, Гизельхер;
Высок род маркграфини, и я бы, например,
И вся его дружина готовы ей служить,
И стала б у бургундов она тогда венец носить».

1679 И Рюдигеру эта приятна речь была,
И Готелинде радость большую принесла.
Устроили бойцы тут так, что себе избрал
Её в невесты Гизельхер, и сан его не пострадал.

1680 Коль что должно случиться, кто может помешать?
Девицу попросили идти к двору; отдать
Прелестную невесту ему клялись; он тоже
Дал им тут обещанье в любви жить с дочкой
их пригожей.

1681 Они[71] земли и бургов дать обещались ей,
В том клятвенно уверил король[72] рукой своей,
Что всё исполнят; Гернот в том также клятву дал.
«А у меня нет бургов», маркграф на это им сказал:

1682 «За то, я верой-правдой служить век буду вам.
Я серебра и золота за дочкой столько дам,
Лишь сколько б сотня сумных коней свезти могла,
Чтоб с честью сообразным тот дар его[73] родня
нашла».

1683 Ему и ей велели (водилось так всегда)
Средь круга стать. В восторге, что юношей тогда
Против нее стояло! и думал каждый то же,
Что думать и поныне не прочь любой из молодежи.

1684 У девушки спросили, по нраву ль ей жених?
И ей отчасти было неловко в этот миг;
Хотя в мужья б хотелось ей витязя избрать,
Но, как и все девицы, она стыдилась отвечать.

1685 Советовал ей Рюдигер сказать на это: «да»,
Что, мол, она согласна. Млад Гизельхер тогда
Вмиг белыми руками в объятья заключил
Красавицу. Недолго ж усладой витязь ей служил.

1686 Сказал маркграф: «Вам знатным, могучим королям,
Когда назад к бургундам поскачете, отдам
(Таков обычай) дочку, и вы её тогда
С собой возьмете». – Были на то согласны господа.

1687 Приспело время стихнуть, как там ни ликовали.
Идти в свою светлицу девице приказали.
И спали сладко гости; когда же день настал,
Есть подали; радушно гостей хозяин угощал!

1688 Откушав, уж хотели они путь продолжать
В край гуннов. «Нет, на этом хочу я настоять»,
Сказал хозяин знатный: «должны побыть вы здесь;
Не принимал я в доме гостей, столь милых мне
поднесь».

1689 «Нет, невозможно», Данкварт сказал в ответ:
«где взять
Вам яств, вина и хлеба, чтобы у вас опять
Осталось на ночь столько бойцов?» – Словам
тем вняв,
«Оставьте речь такую», сказал ему на то маркграф:

1690 «Отказывать мне в этом не след вам, господа:
Для вас на две недели есть у меня еда
И для дружины вашей, что с вами прискакала:
Ведь, у меня царь Этцель, пока, назад взял
очень мало[74]».

1691 Никак не отвертелись, пришлось пробыть им там
До утра вплоть четвертого! – Так щедр
к своим гостям
Хозяин был, что стали далеко говорить
О том: конями, платьем спешил гостей он одарить.

1692 Нельзя им было медлить, пришлось путь продолжать.
Не мог удалый Рюдигер тут щедрости сдержать:
Чего кто ни попросит, не отказал в те дни
Он никому: остались за то довольны все они.

1693 Чадь знатная к воротам уж подвела коней
Оседланных, и тотчас толпа чужих[75] мужей
Пошла туда; держали в руках щиты тогда
Они, когда в край Этцля скакать сбирались господа.

1694 Свои дары хозяин всем им тут предлагал,
Пока гостями не был совсем оставлен зал.
Мог с честью, таровато жить удалой боец[76].
За Гизельхера выдал свою дочь милую отец.

1695 Он Гунтеру, лихому бойцу, тут подарил
(Дар этот с честью знатный король потом носил,
Хоть редко брал подарки) кольчугу. За такой
Подарок сделал Гунтер поклон пред Рюдгера
рукой[77].

1696 Он Герноту в подарок дал добрый меч, Гернот
Потом носил со славой в боях меч добрый тот:
Хотелось маркграфине им одарить его.
Был должен добрый Рюдигер погибнуть от меча того.

1697 И Гагену Готлинда, как ей то подобало,
Коль сам король дар принял, подарок предлагала,
Чтоб без ее поддержки боец не уезжал
На пиршество; но Гаген принять его не пожелал.

1698 Сказал в ответ ей Гаген: «Я из всего того,
Что видел, не хотел бы взять больше ничего,
Как только щит: висит он вон там, на той стене,
Его увезть в край Этцля с собой хотелося бы мне».

1699 Когда же маркграфиня речь эту услыхала,
Она, о горе вспомнив, конечно, плакать стала:
Смерть Нудунга[78] ей сразу на память тут пришла;
Убит был Нудунг Витеге: о нем в тоске она была.

1700 «Я дам вам щит», сказала она в ответ ему.
«Ах, если б Царь Небесный дал дольше жить тому,
Кто щит носил тот прежде в руке! Он пал в бою;
По нем всегда я плачу, по нем я, бедная, скорблю».

1701 И с места маркграфиня тот встала и пошла,
И белыми руками тут щит она взяла,
Его вручила Гагену: он на руку надел.
Достойному достался бойцу подарок тот в удел.

1702 Его цвет настоящий парчею был обит,
И не сверкал сильнее ни чей на свете щит
От камней драгоценных, и, вздумай кто купить
Тот щит, в тысячу марок его пришлось бы оценить.

1703 Велел щит этот Гаген оттуда унести.
Тогда и Данкварт тоже спешил к двору идти:
От дочери маркграфа он много получил
Одежд богатых, важно у гуннов их потом носил.

1704 Всё то, что было ими получено тогда,
В их руки не попало б, конечно, никогда,
Не будь так добр хозяин, что славно так дарил.
Потом врагами стали они: убит он ими был.

1705 Фолькер, проворный витязь, со скрипкою предстал
Учтиво пред Готлиндой и сладко заиграл
На скрипке и при этом свою ей песню спел:
Бехларен покидая, проститься этим он хотел.

1706 Ларец тут маркграфиня ей принести велела.
О дружеском подарке послушайте: надела
Ему запястьев дюжину все на руку. «С собой
Туда, в владенья Этцля, должны вы взять
подарок мой.

1707 Их при дворе носите в угоду мне всегда;
Когда назад вернетесь, пусть скажут мне тогда
Про то, как мне служили вы там, на пире том»
Чего хотела дама, все он свершил вполне потом.

1708 Сказал хозяин: «Должно спокойно ехать вам:
Я сам вас провожаю и приказанье дам
Стеречь, чтоб кто не вздумал в пути вас обижать».
Взвалили тут на сумных его коней большую кладь.

1709 Уж был готов хозяин и с ним мужей пятьсот
С одеждой и конями. Он вел их в свой черед
Туда на пир; уж то-то он был в ту пору рад!
Никто из них в Бехларен живым уж не пришел назад.

1710 Поцеловав с любовью, ушел хозяин вон.
И Гизельхер так сделал (был он в нее влюблен).
Обняв, прижали к сердцу они[79] пригожих дам.
Пришлось девицам многим потом оплакивать их там.

1711 Раскрылись всюду окна. С толпой мужей своих
Верхом хотел хозяин в путь двинуться. В тот миг,
Я чай[80], вещало сердце им о беде большой:
Немало дам и милых девиц рыдало той порой.

1712 Они все тосковали по дорогим друзьям;
Их не видали больше они в Бехларне там.
Те ж радостно скакали, по берегу Дуная
Вниз по песку, и мчались они так вплоть до гуннов
края.

1713 Сказал тогда бургундам так рыцарь удалой,
То Рюдигер был знатный: «Нельзя нам вести той
Скрывать о том, что едем мы к гуннам уж, туда:
Не слыхивал царь Этцель вестей столь милых
никогда».

1714 Вниз по земле австрийской гонец тут поскакал.
Народ, конечно, всюду об этом услыхал,
Что из-за Рейна витязи из Вормса к ним спешат.
Да, ничему двор царский не мог тогда быть боле рад.

1715 Гонцы тогда пустились повсюду разглашать,
Что Нибелунги к гуннам уж едут. «Их принять
Должна ты здесь, Кримхильда, как след, жена моя!
Идут с великой честью к тебе любезные братья».

1716 И госпожа Кримхильда тут стала у окна:
Как делают с друзьями, родных ждала она.
Увидела там много бойцов страны родной
Она; царь улыбался: был то-то рад он вести той.

1717 «Вот, радость-то!» Кримхильда воскликнула тогда:
«Щитов немало новых моя родня сюда
Несет и белых панцирей. Дам золота тому,
Кто вспомнит мое горе[81], служить век буду я ему».

XXVIII авентюра
Как прибыли бургунды в Этцельнбург[82]

1718 Когда пришли в ту землю бургунды, услыхал
Про это старый Гильдебранд[83] из Берна и сказал
Об этом господину[84]: тот опечален был;
Всё ж, рыцарей отважных он с честью встретить
попросил.

1719 Вольфгарт[85] проворный витязь, велел подать коней.
Поехала с Дитрихом толпа лихих мужей
В путь на поле: там встретить хотел гостей Дитрих
Немало привязали[86] они палаток дорогих.

1720 Из Тронеге Гаген издали бойцов тех увидал
И господам своим он учтиво так сказал:
«Слезайте с седел, витязи проворные, сейчас
И в встречу тем идите бойцам, что здесь встречают
вас.

1721 Идет (я верно знаю) дружина удалая:
То витязи лихие из Амелунгов[87] края,
Ведет их витязь Бернский сюда, высок их дух
Смотрите, не гнушайтесь, не отвергайте их услуг».

1722 С коней (так надо было) немедленно сошли
И рыцари и кнехты, что с Дитрихом пришли;
Пошли гостям навстречу и встретили там их,
Приветствуя радушно бойцов бургундских удалых.

1723 Когда же пред собою их Дитрих увидал,
Послушайте, что детям он Уты тут сказал:
От их поездки витязь в немалом горе был,
Он мнил, что знает Рюдигер про всё
и их предупредил.

1724 «Вам, господа, привет мой, Гунтер[88]и Гизельхер,
Гернот и витязь Гаген, и удалой Фолькер,
И вам, Данкварт! Ужели неведомо то вам?
О витязе ниблунгском[89] всё плачет, ведь,
Кримхильда там».

1725 «Хоть век пусть плачет», Гаген сказал ему в ответ:
«С тех пор, как он убит был, прошло немало лет.
Она владыку гуннов должна любить: Зигфрид
К ней больше не вернется: давно уж он в земле
зарыт».

1726 «Про Зигфридовы раны не будем говорить:
Пока жива Кримхильда, для вас вред может быть»,
Властитель Бернский, Дитрих, сказал ему тогда:
«Утеха нибелунгов, беречься должен ты всегда».

1727 Сказал король достойный: «Как мне беречь себя?
Послал гонцов царь Этцель (кого б еще мог я
Спросить), чтоб приезжали мы все в его владенья;
Сестра моя, Кримхильда, прислала тоже
приглашенье».

1728 Сказал вновь Гаген: «Мог бы совет такой я дать:
Просите господина Дитриха вам сказать
И всех мужей достойных, пусть скажут поскорей,
Что госпожа Кримхильда питает к нам в душе
своей?»

1729 Три короля богатых в сторонку отошли,
Гунтер, Гернот и Дитрих речь тихо повели:
«Скажи же, витязь Бернский, достойный рыцарь,
нам,
Что о душе царицы узнал доподлинно ты сам?»

1730 Ответил им фогт Бернский: «Что вам сказать еще?
Поутру ежедневно я слышу плач ее
Всё Этцеля супруга Небесному Царю
О Зигфриде могучем в тоске несет печаль свою».

1731 «Всё это – неизбежно», сказал муж удалой,
Фолькер-скрипач: «знакомы уже мы с вестью той.
Итак, к двору поскачем и там увидим сами,
Что может там у гуннов быть с нами, скорыми
бойцами?»

1732 И смелые бургунды к двору тут поскакали
И важно, по обычаям страны своей, въезжали
Туда. Хотелось витязям всем гуннским той порой
Узнать, каков-то Гаген из Тронеге на вид собой.

1733 О нем ходили слухи (довольно и того),
Что Зигфрид Нидерландский сгиб от руки его,
Кримхильдин муж, сильнейший боец; вот, почему
О Гагене шли толки в ту пору по двору всему.

1734 Боец быль очень рослый (тут правда лишь одна),
Грудастый; в волоса уже пробилась седина
Кой-где; имел он ноги предлинные; пугал
Его взгляд грозный; важной походкой витязь
выступал.

1735 Велели тут бургундским бойцам покои дать.
Отдельно поместили всю Гунтерову чадь[90]:
То был совет царицы, что в злобе на него
Была. Убили кнехтов в покое их из-за того.

1736 И Гагенов брат, Данкварт, тогда маршалком был.
Его король усердно о чади всей просил
Пещись получше, вдоволь всем нужным их снабжать.
Уж как же им бургундский боец старался угождать!

1737 Пригожая Кримхильда со свитой приняла
Неласково Ниблунгов; поцеловав, взяла
За руку Гизельхера она. Как увидал
Всё то из Тронеге Гаген, он шлем покрепче подвязал.

1738 «Вот, так привет!» промолвил тут Гаген в свой черёд:
«Есть тут о чем подумать бойцам лихим! Господ
Приветствуют отдельно от их мужей: плохую
Свершили мы поездку на этот пир в страну чужую!»

1739 «Кто рад, пусть вас желанным зовет», она сказала:
«Но я за вашу дружбу вас звать бы так не стала.
Что вы такое с Рейна из Вормса привезли,
Из-за чего б быть гостем моим желанным здесь
могли?»

1740 «Знай я про то», стал Гаген в ответ ей говорить.
«Что витязи подарки должны вам приносить,
Будь я богат настолько, я б не забыл тогда
Про это и подарок привез бы вам с собой сюда».

1741 «Должны вы поподробней сказать мне об одном:
Клад Нибелунгов, что вы с ним сделали? О том
Известно вам, конечно, что этот клад был мой:
Привезть должны вы были его в край Этцеля
с собой».

1742 «Да, госпожа Кримхильда, уж много дней назад,
Из-под моей опеки ушел Ниблунгов клад:
В Рейн погрузить велели его мне господа;
Наверно, там он будет лежать до страшного суда».

1743 Сказала королева: «Всё ж, мнилось мне, с собой
Хоть часть вы привезете сюда: ведь, был он мой,
И некогда пеклась я сама о кладе том.
С тех пор прошло дней много, как я печалюсь
все о нем».

1744 «Да, чёрта (молвил Гаген) сюда я вам привез!
И без того довольно я на себе принес:
Щит, панцирь мой, блестящий шелом да сверх того,
Мой меч в руке, но только не вам я вез сюда его».

1745 Речь повела царица тогда ко всем бойцам:
«Нельзя оружье в залу вносить! Придется вам
Мне сдать его, и буду оружье я хранить». —
На это молвил Гаген: «Ну, нет! тому вовек не быть!

1746 Нет, добрая царица, к чему такая честь?
Зачем в покои наши самим вам щит мой несть
И прочее оружье? Царица – вы; меня
Не так учил отец мой: сам буду камерарий[91] я».

1747 «Увы мне!» так Кримхильда сказала: «отчего
Не отдает мой братец и Гаген своего
Щита мне спрятать? Кто-то уж их предостерег.
Знай я, кто он, от смерти себя уж он бы не сберег».

1748 «Я», отвечал так в гневе владыка Дитрих ей:
«Предостерег об этом богатых королей,
И Гагена, Бургунда лихого, тоже – я.
Да, ничего, чертовка, тебе за то не взять с меня».

1749 Тут Этцеля супруга ужасно застыдилась:
Она Дитриха очень боялась и страшилась.
Не вымолвив ни слова, прочь отошла от них
Тотчас, лишь поглядела свирепо на врагов своих.

1750 Друг другу жали руку два мужа той порой:
То был владыка Дитрих и Гаген удалой.
Тот статный муж учтиво сказал ему тогда:
«Мне, право, очень больно, что к гуннам
вы пришли сюда:

1751 Ведь, неспроста царица так говорила нам». —
Сказал из Тронеге Гаген: «А вот, увидим там!» —
Такая шла беседа меж двух бойцов лихих.
Царь Этцель, видя это, тут начал спрашивать о них:

1752 «Я знать хотел бы очень», богатый царь сказал:
«Кого там сударь Дитрих так дружески встречал?
Кто тот боец? Он духом высок: его отец,
Кто б ни был он, наверно, был добрый, удалой боец».

1753 Царю на то ответил Кримхильдин муж один:
«Из Тронеге он родом, он Альдриана сын.
Хоть здесь он с виду весел, в душе ж свиреп и лют:
Я докажу вам это потом, что не солгал вам тут».

1754 «Так, как же я узнаю, что он такой суровый?» —
Совсем не знал, покуда, он про царицы ковы,
Что вздумала устроить она своим родным,
Чтоб никого от гуннов из них не отпустить живым?

1755 «Знавал я Альдриана: он был моим бойцом,
Стяжал большую славу он здесь в краю моем;
Возвел его я в рыцари и златом наградил;
У верной Гельхи также в великой милости он был.

1756 Через него я Гагена узнал: ко мне попали
В залог два славных отрока да здесь и возмужали:
То он и Вальтер Спанский[92]. Обратно отослал
Я Гагена, а Вальтер сам с Гильтегундой убежал».

1757 И вспомнил сразу Этцель о давней старине:
Признал из Тронеге друга он своего вполне.
Тот в юности усердно ему не раз служил,
Потом под старость много друзей его на смерть
сразил.

XXIX авентюра
Как он[93] не встал перед нею

1758 В ту пору разошлися два витязя лихих:
Боец из Тронеге Гаген и господин Дитрих.
Через плечо муж Гунтера[94] взор искоса кидал,
Ища себе товарища: его он скоро приискал.

1759 Заметил там Фолькера он с Гизельхером вдруг:
Он скрипача искусного просил идти с ним: дух
Его столь грозный, гневный вполне он изучил.
Во всех делах отважным и добрым рыцарем тот был.

1760 Всё на дворе стояли, никто не звал господ.
Увидели двоих[95] лишь, как по двору вперед
Они к большой палате направили свой шаг.
Да, не смущал отборных бойцов ни перед кем
тут страх.

1761 Они напротив залы Кримхильды оба сели
Пред домом, на скамейку. Уж как на них блестели
Их пышные одежды! Кто видел в этот миг
Бойцов, все были б рады тогда узнать поближе их.

1762 Глядели мужи гуннов, как на лесных зверей,
Разинув рот, на этих надменных двух мужей,
И Этцеля супруга в окно их увидала:
Пригожая Кримхильда от этого печальна стала.

1763 О горе старом вспомнив, заплакала она.
Вся Этцеля дружина была удивлена,
Что омрачило душу ей так внезапно, вдруг?
«Бойцы», она сказала: «то Гаген омрачил мой дух».

1764 «Как так?» в ответ царице сказали все тотчас:
«Давно ль еще веселой мы видели здесь вас?
Никто не смел доселе вам горе причинить:
Лишь нам – бойцам велите, и уж ему живым
не быть!»

1765 «Кто за меня отмстил бы, служила б я тому
Век; всё, чего захочет, я дать не прочь ему.
В ногах у вас (сказала жена царя) молю
О том: отмстите Гагену, пусть он утратит жизнь
свою!»

1766 Проворно снарядились тут шестьдесят мужей:
Идти Кримхильды ради хотелось им скорей
И с Гагеном покончить, отважнейшим бойцом,
И с скрипачом: всё это они устроили тайком.

1767 Увидев, что так мало бойцов у ней, пришла
Царица в гнев и к витязям речь снова повела:
«Оставьте то, о чем вы условились сейчас:
Вам ввек не сладить с Гагеном, бойцы: здесь слишком
мало вас.

1768 Силен из Тронете Гаген, полн смелости он сам,
Но далеко сильнее тот, что сидит с ним там,
Фолькер-скрипач: не добрый и злой он человек.
В таком числе не сладить вам с теми витязями ввек!»

1769 Услышав это, больше вооружилось их:
Бойцов четыре сотни. Царица в этот миг
Всё думала о том лишь, как повредить бойцам.
От этого так много забот досталося гостям.

1770 Когда в доспехе полном царица увидала
Свою дружину, быстрым бойцам она сказала:
«Пообождите! надо стоять потише вам:
Сперва хочу сама я идти в венце к моим врагам.

1771 Мой выслушайте прежде упрек, что причинил
Мне Гунтеров муж Гаген из Тронеге? Он был
Всегда так горд (я знаю), что мне уж не солжет;
А там мне всё равно уж, что с ним тогда произойдет».

1772 Скрипач, игрец удалый, увидел в свой черёд,
Что знатная царица по лестнице идет
Из дома вниз. Когда же он это увидал,
Фолькер, смелейший витязь, товарищу тогда сказал:

1773 «Взгляните-ка, друг Гаген: идет сюда вон та,
Что зазвала сюда нас коварно, неспроста:
Не видывал я столько мужей с царя женою,
В руках мечи держащих, при том, вполне готовых
к бою.

1774 Не к вам ли, друг мой Гаген, они вражды полны?
Коль так, даю совет вам: тем больше вы должны
Берем и честь, и тело. Мысль хороша моя:
Они в великом гневе все там, коль верно вижу я.

1775 И все с широкой грудью, могучей. Кто желает
Себя беречь, пусть вовремя тот меры принимает:
Чай панцири блестящие под платьем их. Кого
Они в виду имеют, сказать я не могу того».

1776 Сказал муж смелый Гаген, весь в гневе: «Знаю я,
Устроено всё это, наверно, для меня,
Что светлые мечи им пришлося в руки взять.
От них-то я сумею ещё к бургундам ускакать.

1777 Скажите мне, друг Фолькер, отпор угодно ль вам
Со мною вместе дать здесь Кримхильдиным мужам?
Коль люб я вам, ответьте на это мне сейчас:
Я сам, как друг ваш верный, всегда впредь буду
подле вас».

1778 «Да, да, я помогу вам», игрец в ответ сказал:
«Хотя б со всей дружиной на нас здесь царь напал,
Я, всё ж, пока жив был бы, уж ни на шаг бы прочь
Не отошел из страха от вас, чтоб только вам помочь».

1779 «Да наградит Господь вас, вас, знатный Фолькер мой!
Чего ж еще мне надо, раз бьётесь вы со мной?
Коль вы помочь согласны, как слышал я, тогда
Пускай идут те витязи, пускай идут на бой сюда!»

1780 «Теперь привстанем с места!» игрец промолвил тот:
«Она – царица: будем стоять, пока пройдет;
Честь должную окажем ей, знатной столь жене;
Послужит это к чести обоим нам: и вам, и мне».

1781 «Нет, ради дружбы нашей», промолвил Гаген тут:
«А то, пожалуй, эти бойцы и так поймут,
Что это я из страха пред ними с места встал.
Ввек ни пред кем из них бы вставать я с места
не желал.

1782 Приличнее нам, право, совсем о том забыть.
Того, кто ненавидит меня, могу ль я чтить?
Не сделаю того я, пока жив буду я.
Мне всё равно: пусть злится супруга Этцля
на меня!»

1783 Себе на обе ноги надменный Гаген клал
Блестящий меч, из яблока его яспис[96] блистал
Преяркий, зеленее травы был камень тот.
Узнала меч Зигфрида Кримхильда сразу в свой черед.

1784 Узнала меч и стала печальна вдруг она.
Из золота был черен[97], ножны из галуна
Из красна злата: горе напомнило все ей,
Заплакала. Нарочно, чай, Гаген поступил так с ней.

1785 И на скамье поближе придвинул в этот миг
Фолькер смычок свой крепкий; был длинен он, велик,
Широк, остер ужасно и видом схож с мечом.
Сидели без боязни два добрых витязей рядком.

1786 На том и порешили два витязя лихих,
Чтоб ни пред кем из страха с мест не вставать своих
Тут знатная царица к ним близко подошла;
Приветствуя их злобно, так речь она к ним повела:

1787 «Скажите мне вы, Гаген, кто посылал за вами,
Что прискакать дерзнули вы в эту землю сами?
Вы знали, ведь, конечно, что причинили мне.
Оставили б вы это, будь ум у вас здоров вполне».

1788 «Никто», промолвил, Гаген: «не посылал за мной.
Три витязя позвали меня сюда с собой:
Они – мои владыки, велят: я – их вассал;
Почти во всех поездках всегда я их сопровождал».

1789 Она сказала: «Гаген, скажите мне сейчас,
Из-за чего так сильно я ненавижу вас?
Убили вы Зигфрида, супруга моего;
Я век, до смерти, буду всегда оплакивать его».

1790 «Шел разговор об этом не раз», он возразил:
«Да, я тот самый Гаген, что Зигфрида убил,
Бойца, собственноручно: взяла его могила
Зато, что так Кримхильда Брунхильду милую бранила.

1791 Да, знатная царица, то – правда, лжи тут нет:
Виновен я, что мною вам причинен тот вред.
Пусть мстит, кто хочет: муж ли жена ли; я же сам
Лгать не хочу: да, много страданий причинил я вам».

1792 Она сказала: «Слышите, бойцы, сам признает
Он всю вину открыто. Что с ним произойдет
За это, мужи Этцеля, мне всё равно». – И вот,
Переглянулись гордые бойцы, при этом, в свои черед.

1793 Начни кто бой, конечно, к тому бы всё свелось,
Что честь бойцов двух этих признать бы
им пришлось:
Еще б! на славу бились они не раз в боях!
Тех[98], что сбирались биться, заставил отказаться
страх.

1794 Сказал один: «Что так вы глядите на меня?
Исполнить обещанье отказываюсь я:
Кто ни сули подарки, мне гибнуть не расчет.
Да, нас супруга Этцеля к одной лишь гибели ведет».

1795 Сказал другой на это: «Сам думаю я то ж.
Хоть башни красна золота мне дал бы кто, я всё ж
Напасть не согласился б на скрипача того:
Заметил я, уж больно свиреп и грозен взгляд его.

1796 И с Гагеном с дней юности его я сам знаком,
Так, что напрасно будут мне говорить о нем.
Да, в двадцати двух битвах его я видел сам.
Что боли причинил он в ту пору многих жен сердцам.

1797 Походы он и Спанский[99] не раз предпринимали,
Когда они у Этцеля здесь в бой не раз вступали,
Царю во славу; часто, всего не перечесть.
По совести, должны мы признать за Гагеном ту честь.

1798 А ведь, в ту пору витязь лишь отрок был годами!
Как стары те, что были тогда еще юнцами!
Теперь пришел он в разум и грозным мужем стал;
К тому ж, он носит Бальмунг[100], хоть скверно
он его стяжал».

1799 Тем кончилось, что биться не пожелал никто.
Царицы сердцу было, конечно, больно то.
Бойцы ушли, боялись они смерть обрести
От скрипача: невольно пришлось им так себя вести.

1800 Сказал скрипач: «Ну, вот мы вполне тут увидали,
Что есть у нас враги здесь, как раньше мы слыхали:
Идти к двору нам надо скорее к королям,
Никто уж не объявит тогда бой нашим господам».

1801 Как часто из-за страха всё люди вдруг бросают,
Когда друг другу крепко два друга помогают.
На то и ум, конечно, чтоб так не поступать:
Чрез разум всякий сможет себя от бед предохранять.

1802 «Иду», промолвил Гаген: «я с вами». – Вот, пошли
И на дворе нарядных бойцов своих нашли:
Приема дожидаясь, они стояли там.
Вслух Фолькер, муж смелейший, такую речь тут
к господам

1803 Своим повел: «Да долго ль стоять вы здесь хотите,
Пока туда вас впустят? к двору туда идите
И от царя услышьте, в каком он духе сам». —
И вот, пришлося в пары стать добрым, удалым
бойцам.

1804 Властитель Бернский за руку взял Гунтера, то был
Король богатый края бургундов; подхватил
Отважного Гернота Ирнфрит, и Гизельхер
Был виден там: с ним в паре туда к двору шел
Рюдигер.

1805 Идя к двору, все в пары случайно становились;
Хоть раз бы Гаген с Фолькером в ту пору
разлучились,
Кроме одной лишь битвы, в последний жизни миг.
Пришлося знатным дамам потом поплакать
из-за них.

1806 К двору же с королями шла тысяча мужей:
То – знатная дружина была трех королей,
Да шесть десятков витязей, что с ними в край
пришли:
Бойцов тех смелый Гаген набрал из собственной
земли.

1807 За королями в паре шли Иринг и Гаварт,
Два витязя отборных; шли Данкварт и Вольфгарт,
Достойный, славный витязь; все той порой видали,
Как пред другими доблесть свою бойцы явить
желали.

1808 И вот, когда фогт рейнский в палату уж входил,
Не медля доле, Этцель богатый соскочил
Тут с места, лишь увидел, что тот вошел туда:
Царь ни один приветствовать не мог радушней
никогда,

1809 «Желанный гость вы, Гунтер, вы, господин Гернот,
И Гизельхер, ваш братец! Поклон я в свой черед
За Рейн, в Вормс, слал усердно в знак верности моей.
Я также рад приходу и ваших удалых мужей.

1810 Вам, двум бойцам отборным, вам, Фолькер удалой.
И вам, мой сударь Гаген, привет мой вам большой!
Я и жена так рады, что вы пришли сюда:
Она гонцов немало на Рейн послала к вам туда».

1811 «О том слыхал я», Гаген промолвил в свой черед:
«Не попади я к гуннам через моих господ,
Всё ж, я, чтоб честь воздать вам, сюда бы
прискакал». —
Тут за руку столь милых гостей хозяин знатный взял.

1812 Он их повел к сиденью, где восседал он сам.
Тут подали (усердно всё делалось) гостям
Вина, мораса[101], меду, всё в чашах золотых,
Вместительных; просили гостями быть бойцов
чужих.

1813 «Вас в этом уверяю», царь Этцель так сказал:
«Да, ничему на свете так рад я не бывал,
Как этому, что, витязи, сюда вы прискакали.
Недаром у царицы печаль и грусть ее пропали.

1814 И то, я всё дивился, что причинил вам я?
Гостей немало знатных бывало у меня,
Лишь вы не посетили меня, – ну, хоть бы раз;
За то, уж как и рад я, что наконец увидел, вас!»

1815 Ответил рыцарь, духом высокий, Рюдигер:
«Вам радоваться можно: ведь, верности пример —
Весь род моей царицы, уж как они блюли
Её![102] Они к вам много бойцов нарядных привели».

1816 Был поворота солнца канун, как господа
К двору явились Этцеля. Слыхал ли кто когда
Про столь привет высокий, каким он их почтил?
Уж есть приспело время: к столу царь с ними
поспешил.

1817 Да, ни один хозяин с гостьми так не сидел.
Еды, питья им вволю он подавать велел:
Чего ни спросят, было готово всё для них:
Ведь, сколько говорилось чудес про тех бойцов
лихих[103]!

XXX авентюра
Как они[104] сторожили

1818 День кончился; всё ближе к гостям ночь
подступала.
На витязей усталых тревога тут напала:
Когда же их отпустят на ложах отдыхать?
Напомнил это Гаген: о том им скоро дали знать.

1819 Сказал хозяину Гунтер: «Дай Бог вам в счастье жить!
Хотим мы спать: должны вы теперь нас отпустить.
Когда велите, утром мы рано к вам сюда
Придем». – И он с гостями расстался весело тогда.

1820 И вот, повсюду стали гостей теснить и жать,
Фолькер удалый гуннам тут поспешил сказать:
«Как смеете бойцам вы ходить здесь по ногам?
Коль вы не прекратите, смотрите: плохо будет вам!

1821 Уж так своею скрипкой я двину кой-кого,
Что верным всем придется оплакивать его.
Что ж вы стоите? дать нам дорогу вы должны.
Зовутся все бойцами, да духом-то не все равны».

1822 Пока скрипач так гневно всё это говорил,
Назад удалый Гаген тут взор свой устремил,
Сказал он: «В этом правы вы, шпильман удалой!
Вы, витязи Кримхильды, идите-ка к себе домой.

1823 Того, что вы хотите, не сможет, чай, никто.
К нам приходите завтра пораньше, если что
Задумали; ночь дайте гостям провесть в покое:
Чай, все так поступали, кто дело замышлял такое».

1824 И вот, в один просторный зал всех гостей ввели.
Что там постелей всюду они тогда нашли
Вполне готовых, длинных, широких, дорогих!
Замыслила Кримхильда беду великую на них.

1825 Что кольт(е)ров[105] из Арраса искусных там лежало!
(Все пфелль, блестящий самый) и покрывал немало
Из лучших аравийских шелков, каймы на них
Виднелись: то-то пышен был блеск каём тех дорогих!

1826 Из меху горностая и черных соболей
Что одеял виднелось! Под ними ждал гостей
До бела утра отдых приятный ночью той:
Царь ни один так пышно не спал с дружиной удалой.

1827 «Увы, ночлег нам этот!» млад Гизельхер тогда
Сказал: «беда дружине, что с нами шла сюда!
Радушно предложила сестрица нам ночлег,
Всё ж, я боюсь, что смерть нас через нее постигнет
всех».

1828 «Оставьте страх», муж Гаген сказал ему тотчас:
«С щитом всю ночь я буду сам сторожить здесь вас.
Вас сохранить надеюсь, пока не рассветет;
Не бойтесь, а потом уж пусть каждый сам себя
спасет!»

1829 Ему тут все спасибо сказали, поклонились;
Они пошли к постелям; нарядные ложились
Не долго: улеглися они живой рукой.
Вооружаться начал тут Гаген, витязь удалой.

1830 Тогда Фолькер, воитель, скрипач, ему сказал:
«Не погнушайтесь, Гаген: я с вами бы желал
До утра этой ночью на страже вместе быть!» —
Уж как за то Фолькера спешил боец благодарить:

1831 «Да наградит Господь вас, Фолькер любезный: я
Средь всех забот хотел бы иметь подле себя
Лишь вас одних, когда бы в беду попал я сам.
Коль смерть не помешает, за это отслужу я вам».

1832 Они надели оба блестящий свой наряд,
Из них был каждым в руку щит той порою взят
Они из дома вышли и перед дверью стали.
Как верно тою ночью они гостей оберегали!

1833 Проворный Фолькер добрый свой щит с руки
сложил,
Его к стене той залы воитель прислонил,
А сам пошел обратно, достал он скрипку там:
Как витязю прилично, служил он там своим друзьям.

1834 В дверях на камень сел он; никогда смелей,
Конечно, не бывало на свете скрипачей.
Он заиграл и струны так сладко зазвучали:
Спасибо тут Фолькеру чужане гордые сказали.

1835 Звучали сильно струны: весь дом был оглашен.
Учтив был он, к тому же был он весьма силен.
Всё слаще, всё нежнее на скрипке он играла.
И многих, кто в постели в тревоге были, усыплял.

1836 Услышал он, что все там заснули, наконец,
И на руку щит снова надел тогда боец.
Из гадема[106] он вышел пред башнею стоять,
Чтоб от мужей Кримхильды всю нон чужан
оберегать.

1837 Средь ночи ли иль раньше, я не уверен в том,
Увидел смелый Фолькер, как вдруг из тьмы шелом
Блеснул вдали: то мужи Кримхильды всей толпой
Вред причинить сбирались гостям своим ночной
порой.

1838 Сказал скрипач: «Друг Гаген, обоим надо нам
Нести заботу эту теперь: я вижу там
Людей, они, в оружьи, пред домом тем стоят.
Я чай, коль не ошибся, на нас они напасть хотят».

1839 «Молчите ж», молвил Гаген: «пусть ближе подойдут.
И прежде, чем заметят нас здесь, уж посшибут
Мечами наши руки шеломы с их голов:
К Кримхильде в жалком виде назад мы отошлем —
бойцов».

1840 Но вскоре витязь гуннский оттуда увидал,
Что там у двери стража; как быстро он сказал:
«Что мы хотели сделать, тому не быть теперь:
Я вижу со щитом там скрипач оберегает дверь.

1841 На голове он носит своей блестящий шлем,
Столь ясный, твердый, крепкий, нетронутый никем.
Как жар, кольчуги кольца на нем, искрясь, горят.
С ним Гаген: под надежной охраной наши гости
спят!»

1842 Они поворотили: то Фолькер увидал,
Товарищу, весь в гневе, не медля, он сказал:
«Позвольте мне от дома к бойцам тем поспешить,
Я госпожи Кримхильды мужей хочу порасспросить!»

1843 «Нет, для меня, от дома», так молвил Гаген тут:
«Не отходите: быстрые бойцы вас доведут
Мечами, может статься, здесь до беды, и мне
Вам помогать придется, будь смерть тут всей моей
родне.

1844 Покуда будем биться мы с ними тут вдвоем,
Живой рукой их двое иль четверо в наш дом
Проскочат и успеют вред сильный причинить
Всем спящим, о которых век слез не перестанут[107]
лить».

1845 «Позвольте же хоть это», так Фолькер вновь сказал:
«Их выведем наружу, что я-де их видал,
Чтобы Кримхильды мужи того не отрицали,
Что так нечестно с нами они здесь поступить
желали».

1846 И живо Фолькер кликнул тем витязям: «Куда
Вы, так вооружившись, спешите господа?
Не на грабеж ли, мужи Кримхильды вы спешите?
Коль так, меня с товарищем на помощь, кстати,
прихватите!»

1847 В ответ никто ни слова. Он гневом весь пылал:
«Тьфу, злые трусы!» добрый тот витязь им сказал:
«Иль вы хотели сонных избить нас? Не терпели
Того бойцы, столь добрые, еще ни от кого доселе».

1848 И напрямик царице сказали, что обратно
Ни с чем пришли посланцы: ей было неприятно,
Взял гнев ее: царица дала приказ иной
Пришлось потом погибнуть бойцам лихим
от меры той.