О кошке, которая любила ушастое кресло — Милош Мацоурек

Говорят, что кошки неверны в дружбе, но это неправда. Жила-была одна черная кошка с красной ленточкой на шее. Ленточка очень ей шла, и каждое кресло говорило ей:

— Сядь ко мне, тут тебе будет очень удобно, вот увидишь! В комнате стояло шесть кресел, были они кожаные, с резными ножками, но кошка любила другое кресло — с огромными боковинами-ушами, которое за это звали ушастиком.

Ушастик был стар, он все время мерз, поэтому и стоял у печки. Кошка сидела в нем с утра до вечера, беседовала с ним, читала ему газеты, и вместе им жилось хорошо.

Кресла, стоявшие в комнате, ужасно злились на ушастика и говорили между собой шепотом:

— Дался кошке этот глупый ушастик! Мы ведь намного красивее его! Ножки у нас резные, а ушастик старый, противный, уши огромные, как у слона.

И хотя кресла шептались между собой очень тихо, ушастик все слышал, уши-то у него большие, й думал: «А ведь, пожалуй, кресла правы, я старый, некрасивый, уши у меня большие, выгляжу я, наверное, смешно, когда-нибудь кошка заметит это, я перестану ей нравиться, и что тогда?»

Опасаясь, как бы кошка с красной ленточкой действительно не заметила этого, подождал, когда она пойдет гулять на крышу, отправился на кухню, взял из шкафа самый большой нож и — чик-чик! — отрезал себе оба уха. Потом глянул в зеркало. Ушей больше не было, он стал похож на остальные кресла и радовался этому. «Больше мне не придется выслушивать всякие глупые разговоры, и кошка будет меня любить всегда».

Кошка же, возвратясь с прогулки, всплеснула лапками и сказала:

— Ты сделал огромную глупость, должна я тебе сказать. Ушастик без ушей никому не нужен, теперь тебя выбросят на чердак.

И оказалась права. Ушастик без ушей никакой не ушастик, и его действительно выбросили на чердак. Там было темно и холодно, ушастик же привык к теплу, он дрожал, ему стало грустно, он вспоминал кошку и думал: «Что же я наделал! Хотел нравиться кошке, и вот что из этого получилось. Теперь кошка сидит в каком-нибудь кожаном кресле, читает газеты, а про меня давно уже забыла! Кошки не умеют быть верными друзьями, это всем известно».

Но это была неправда. Кошка вовсе ушастика не забыла. «Как же я могу его забыть, — мысленно говорила она, — хотя я и кошка, а все кошки неверны в дружбе. Только почему я тоже должна быть неверным другом по отношению к ушастику? Ведь в нем так хорошо сидеть!»

Она поднялась на чердак и говорит:

— Не печалься, что ты теперь на чердаке. Мне на чердаке нравится даже больше, чем в комнате. Я ведь кошка. Так будем же снова вместе. Теперь ты только мой ушастик, а я позабочусь, чтобы тебе не было холодно.

И — гоп! — прыгнула в кресло, уселась там и стала вязать. Связала большое теплое одеяло, под которым нисколечко не холодно. А потом стала читать ушастику газеты. Она абсолютно свободно читала в темноте, потому что темнота кошке не помеха. А ушастик был счастлив, что кошка с ним, и ему ничуть не мешало отсутствие ушей. Ему было хорошо, он улыбался и думал: «Как это глупо говорить о кошках, будто они неверны в дружбе».