Маленький Ларс. Сакариас Топелиус

Жил был мальчик, которого звали Ларсом, и так как он был еще очень маленький, то его прозвали маленьким Ларсом. Он был очень храбрый парень и путешествовал вокруг света в лодке, сделанной из горохового стручка.

Дело было летом, когда в саду уже зазеленели большие стручья. Маленький Ларс забрался в горох, высокие стебли которого совсем закрывали его, и сорвал себе семнадцать самых больших стручьев. Маленькому Ларсу казалось, что его никто не увидит, но он забыл, что Бог всюду видит.

В это время мимо проходил садовник с ружьем и услыхал в горохе шум.

— Кажется, это воробьи, — громко проговорил он, — Кш! Кш! — Но воробьи не вылетали, а у маленького Ларса не было крыльев, а были только две маленькие ножки.

— Погодите же, — сказал садовник, — вот я сейчас пугну вас, дайте мне только зарядить ружье!

При этих словах маленький Ларс испугался и вышел из гороха.

— Простите меня, — сказал он садовнику, — я зашел сюда только для того, чтобы подыскать себе несколько хороших лодок.

— Пожалуй, на этот раз я тебе прощаю, — сказал садовник, — но в другой раз ты должен сначала спросить позволения.

— Я непременно буду это делать, — ответил маленький Ларс и с этими словами пустился бежать к берегу.

Там он булавкой аккуратно раздвоил стручья, вставил вместо скамеек спички, а вместо балласта положил в эти лодочки горох, вынутый из стручьев. Когда все лодки были готовы, у маленького Ларса их оказалось двенадцать; но это должны были быть не лодки, а большие военные корабли. У него оказалось три линейных корабля, три фрегата, три брига и три шхуны. Самый большой линейный корабль назывался Геркулесом и самая маленькая шхуна — Блохой.

Маленький Ларс спустил все двенадцать кораблей в воду и они поплыли так величаво, как никогда не плавало по синим волнам ни одно большое судно.

Корабли должны были совершить путешествие вокруг света. Большой островок, там вдали, назывался Азией; большой камень, возвышавшийся над водой — Африкой; небольшой островок — Америкой; маленькие камни — Полинезией, а берег, откуда корабли отправлялись в путешествие — Европой. Весь флот поплыл далеко в море и направился в различные части света. Линейные корабли поплыли прямо в Азию, фрегаты — в Африку, бриги — в Америку и шхуны — в Полинезию. Но маленький Ларс остался в Европе и с берега побрасывал в океан камешки.

В это время на берегу Европы находилась настоящая лодка, — собственная красивая лодка папаши, выкрашенная белой краской. В нее-то и забрался маленький Ларс. Его корабли уплыли уже так далеко, что виднелись посреди океана на подобие соломинок. Маленькому Ларсу захотелось самому также совершить путешествие вокруг света. Хотя папа и мама и запрещали ему кататься в лодке, — но маленький Ларс совсем забыл об этом. «Я только немножко покатаюсь, — думал он, — и у берегов Азии поймаю Геркулеса, а потом поеду обратно домой в Европу».

Маленький Ларс начал трясти веревку, которою лодка была привязана и, к удивлению, веревка развязалась. Не долго думая, маленький Ларс сел в лодку и молодцом отчалил от берега.

Теперь он хотел начать грести, а грести он умел, потому что часто это делал дома на лестнице, когда лестница представляла из себя лодку, а папашина большая палка изображала весло. Но когда теперь маленький Ларс хотел приняться трест, то оказалось, что в лодке не было весел; они были под замком в чулане, и маленький Ларс не заметил, что их не было в лодке. А пуститься без весел через море в Азию вовсе не так легко, как кажется.

Что оставалось теперь делать маленькому Ларсу? Лодка отплыла уже довольно далеко, и береговой ветер гнал ее в море. Маленький Ларс испугался и начал кричать, но на берегу никого не было и потому никто не слыхал его крика. Только на большой березе равнодушно сидела ворона, а снизу к ней подкрадывалась черная кошка садовника. Они не обращали никакого внимания на маленького Ларса, которого ветром уносило все дальше и дальше в море.

Ах, как маленький Ларс теперь раскаивался, что не послушался папы и мамы, которые так часто запрещали ему садиться в лодку. Теперь уже было поздно, он не мог попасть назад к берегу.

Быть может, ему теперь придется потонуть в этом большом море! Что ему оставалось делать? Кричал он до тех пор, пока совсем не устал, и наконец сложил свои маленькие ручки и произнес: «Добрый Боженька, не сердись на маленького Ларса!»

И с этими словами он заснул.

Несмотря на то, что еще был ясный день и было далеко до вечера, на берегу Пуховых островов сидел старый Нукку Матти, повелитель снов, и ловил своей длинной удочкой маленьких детей. Он услыхал последние слова маленького Ларса и, причалив лодку к себе, сказал одному из снов: «Ступай и позабавь маленького Ларса, чтобы ему не было скучно!»

Сон этот был маленький белокурый мальчик, ростом меньше самого Ларса; на нем одета была красная шапочка с серебряным шитьем и белая курточка, воротник которой был усыпан жемчугом. Он подошел к маленькому Ларсу и сказал:

— Не хочешь ли ты совершить путешествие вокруг света?

— Да, — ответил во сне маленький Ларс, — разумеется, хочу.

— Так поедем, — сказал мальчик в красной шапочке, — на твоих стручковых кораблях. Ты поедешь на Геркулесе, а я — на Блохе.

Итак, они отчалили от Пуховых островов, и скоро Геркулес и Блоха очутились у берегов Азии, далеко на краю света, там где Берингов пролив соединяет Ледовитое море с Тихим океаном. Далеко в снежном тумане виднелся пароход Норденшельда, Вега[1], который посреди льдов искал себе дорогу. Тут было ужасно холодно; высокие ледяные горы сверкали удивительным блеском, громадные киты жили под толстой ледяной корой, которую они напрасно старались пробить своими неуклюжими головами. Со всех сторон, на пустынных берегах на необозримое пространство лежал снег и только снег; там на берегу двигались маленькие люди, одетые в звериные шкуры, и ездили по снежным сугробам на маленьких санках, запряженных собаками.

— Не высадиться ли нам здесь на берег? — спросил Ларса маленький мальчик.

— Нет, — отвечал Ларс, — я боюсь, что киты проглотят нас, а большие собаки укусят. Поедем лучше в другую часть света.

— Пожалуй, поедем, — ответил мальчик в красной шапочке с серебряным шитьем, — нам отсюда недалеко до Америки.

Только что он успел сказать эти слова, как они уже и очутились там.

Там ярко светило солнце и было очень жарко. Величественные пальмы украшали берега, покрытые роскошною растительностью, а на верхушках их красовались кокосовые орехи. По необозримым зеленым лугам верхом неслись во весь опор красные как медь люди и бросали в буйволов свои копья. Буйволы в ярости оборачивались и, наклонив свои острые рога, бросались на отважных охотников. Огромная королевская змея вползла на вершину высокой пальмы и бросилась оттуда вниз на маленькую ламу, которая паслась у подножия пальмы, — и в один миг не стало маленькой ламы.

— Не высадиться ли нам здесь? — спросил маленький мальчик.

— Нет, — ответил Ларс, — я боюсь, нас буйволы забодают, или змея съест. Поедем лучше в другую часть света.

— Пожалуй, поедем, — отвечал мальчик в белой курточке, — нам отсюда недалеко до Полинезии, — и в миг они очутились там. Тут солнце пекло сильнее, чем в Америке, и было так жарко, как бывает на полке бани, когда только что поддадут пару. Тут на берегу росли роскошные кустарники и деревья, как например: перец, кофе, чай, корица, имбирь, шафран и т. п. Люди коричневого цвета с длинными ушами и толстыми губами, лица которых были ужасно разрисованы, охотились на берегу около бамбукового тростника за желтым пятнистым тигром. Тигр бросился на одного из охотников и вонзил в него свои острые когти и зубы. При виде этого все остальные бросились бежать.

— Не выйти ли нам здесь на берег? — спросил мальчик в красной шапочке.

— Нет, — ответил маленький Ларс, — разве ты не видишь там у кустов тигра? Поедем лучше в другую часть света.

— Пожалуй, поедем, — сказал мальчик с голубыми глазками. — Нам недалеко до Африки.

И с этими словами они очутились там.

Они бросили якорь у устья большой реки; берега этой реки были покрыты такою роскошною зеленью, что казались одним сплошным зеленым бархатным ковром. Недалеко от реки расстилалась необъятная песчаная степь. Воздух был накален и казался желтого цвета, солнце жгло так сильно, так сильно, как будто хотело превратить землю в пепел, а люди там были черные, черные, такие черные как чернила. Они ехали по степи на высоких верблюдах; львы страшно рычали, а из реки большие крокодилы высовывали свои громадные пасти с острыми белыми зубами.

— Не высадиться ли нам здесь? — спросим мальчик.

— Нет, — отвечал маленький Ларс, — здесь через чур жарко, а львы и крокодилы растерзают нас. Поедем лучше в другую часть света.

— Не вернуться ли нам обратно в Европу? — сказал белокурый мальчик.

И они в тот же миг очутились там.

Они приплыли к берегу, где все было так знакомо, приветливо и вместе с тем прохладно. Там стояла на берегу большая береза с своей висящей листвой; на ее вершине сидела старая ворона, а внизу подкрадывалась к ней черная кошка садовника. Недалеко оттуда находился двор, очень знакомый маленькому Ларсу. Около двора тянулся сад, а в саду рос горох с большими длинными стручьями. Там же прогуливался садовник и удивлялся, что огурцы уже созрели. Тут же у лестницы громко лаял Филакс и, увидав маленького Ларса, приветливо замахал хвостом. Тут же у хлева старая Катерина доила коров. Там очень знакомая дама в клетчатой шали осматривала, как на зеленой траве белилось полотно, а знакомый господин в желтом летнем сюртуке, с длинной трубкой во рту, наблюдал как рабочие убирали с поля рожь. Вдоль берега бежали мальчик и девочка и кричали: «Маленький Ларс, маленький Ларс, пойдем домой кушать хлеб с маслом!»

— Не высадиться ли нам здесь? — спросил мальчик и при этом, лукаво улыбаясь, прищурил свои голубые глазки.

— Пойдем вместе, и я попрошу маму, чтобы она тебе дала булки с маслом и стакан молока, — сказал маленький Ларс.

— Подожди немного, — ответил мальчик. И при этом маленький Ларс увидал приотворенную дверь кухни, откуда слышалось тихое приятное шипение, какое бывает, когда на горячую сковороду льют желтое жидкое тесто для блинов.

— Не поехать ли нам обратно в Полинезию? — шепнул веселый мальчик сновидений.

— Нет, теперь в Европе пекут блины, — ответил маленький Ларс и при этом хотел выскочить на берег, но не мог. Оказалось, что мальчик перевязал его цветами так крепко, что он не мог пошевельнуться. Тут его окружили тысячи таких же маленьких мальчиков, и, взявшись за руки, запели песенку:

Как изумительно велик,
Как чуден Божий свет!
Взгляни-ка, Ларс, каких в нем стран,
Каких диковин нет?

В одной нетающие льды
И вечные снега,
В другой роскошные цветы,
Зеленые луга.

Там люди разные живут,
Один везде лишь Бог,
Которого величье все
Никто постичь не мог.

И счастлив тот, кто Им любим,
Кто верою живет;
«Без воли Божьей с головы
И волос не спадет».

Скажи ж, где лучше, милый Ларс;
Ты весь объехал свет?
— Везде прекрасен Божий мир,
Но лучше дома — нет.

Пропев свою песенку, мальчики убежали оставив Ларса одного. Долго лежал он неподвижно и все слышалось ему, как из кухни доносилось шипение сковородки, и оно делалось все слышнее. Но вот маленькому Ларсу показалось, что это шипение совсем возле него — и он проснулся.

Оказалось, что он лежит в лодке, в которой уснул. Ветер переменился и, пока он спал, его опять принесло к берегу. То, что казалось маленькому Ларсу шипением сковородки, на самом деле было не что иное, как тихий шум волн, когда они ударялись о берег. Маленький Ларс не совсем ошибся, потому что светлые синие озера и реки можно сравнивать с большими сковородками, где Божие солнышко каждый день печет блины всем добрым детям.

Маленький Ларс стал протирать себе глаза и осмотрелся. Все было по старому, на березе сидела ворона, внизу черная кошка, а у берега качался его стручковый флот. Некоторые из кораблей погибли, других же принесло обратно к берегу. Геркулес воротился из Азии с своим грузом, а Блоха из Полинезии, и все части света находились на тех же самых местах, как и прежде.

Маленький Ларс не знал, чему верить. Ему так часто приходилось бывать на Пуховых островах и все-таки он не знал, как сны порою подшучивают. Но маленький Ларс не стал ломать себе голову над этим, а, собрав свои корабли, отправился домой.

В это время ему на встречу бежали брат и сестра и издали кричали:

— Где ты так долго был, маленький Ларс? Пойдем домой, тебе дадут хлеба с маслом! — При этом дверь кухни была приотворена и оттуда слышалось шипение сковородки.

Около ворот стоял садовник и поливал цветы.

— Ну, — сказал он, — где же ты был так долго, маленький Ларс?

Маленький Ларс сделал недовольное движение, гордо кивнул головой и с достоинством, очень серьезно, ответил:

— Я на стручковой лодке объехал весь свет!

— Ого! — сказал садовник.

Он совсем забыл о существовании Пуховых островов.

Но ты, маленький читатель, не забудешь их; ты знаешь, что они существуют, знаешь их чудесный грот, сияющие серебряные стены которого никогда не ржавеют; где блестящие алмазы не теряют своего блеска, и где музыка никогда не перестает тихо и нежно звучать в вечерние сумерки. Как никогда не стареют ясные звезды, так точно и легкие воздушные сны никогда не стареют в залах Пуховых островов. Быть может, ты хоть мельком видел прозрачные крылья этих снов, когда они летали вокруг твоего изголовья? Быть может, ты тоже встречал голубоглазого белокурого мальчика, одетого в красную шапочку и белую курточку? Может быть, он и тебе дал возможность увидать все части света, холодные пустыни, палящие степи, людей разных цветов, диких зверей и животных, в лесах и морях, и все это для того, чтобы ты учился, и затем с радостью возвратился домой?

А, кто знает? Может быть, и тебе приходилось объехать весь свет в лодке из горохового стручка?

Примечания

  1. Знаменитый шведский мореплаватель Норденшельд в июле месяце 1878 г. отправился на пароходе «Вега» отыскивать путь из Атлантического океана через Берингов пролив в Тихий океан. До него этот путь считался непроходимым за громадными массами льда, наполняющими Ледовитое море в течение всего года. На этом пути пароход затерло льдом и только через 10 месяцев ему удалось освободиться от льдов и благополучно пройти через Берингов пролив в Тихий океан.

Поделиться в соцсетях
Данинград