Звонкая трель телефона разорвала тишину офиса. Елена механически протянула руку к телефону, не отрывая взгляда от цифр в годовом отчете. Очередное сообщение от незнакомца:
«Прекрасная Елена! Не могли бы мы встретиться сегодня вечером? Я буду ждать вас в семь у фонтана в центральном парке. Надену синий пиджак и возьму красную розу. Ваши глаза на фотографии просто очаровательны!»
Она в растерянности отложила калькулятор. Третье подобное сообщение за день, и все от разных мужчин!
— Анна Петровна, — обратилась Елена к пожилой коллеге за соседним столом, — вы не поверите, что творится. Кто-то от моего имени назначает свидания незнакомым мужчинам!
— Ох, милая, — всплеснула руками Анна Петровна, поправляя очки на кончике носа, — может, это и к лучшему? Засиделась ты в девках. Вон, какая красавица, а все с отчетами да с балансами.
Елена только вздохнула. Даже коллеги туда же!
Будто без штампа в паспорте женщина — не человек вовсе.
Вечером войдя в квартиру, она услышала знакомый властный голос:
— Леночка, ты уже собираешься? — в прихожую выплыла старшая сестра Ирина, как всегда безупречно одетая и уверенная в себе. На ней был модный брючный костюм песочного цвета, волосы уложены волосок к волоску, макияж безупречен.
— Я тебе платье погладила, синее, то самое, что на прошлый день рождения дарила. И туфли новые приготовила, на небольшом каблучке — самое то для первого свидания.
— Какого еще свидания? — Елена швырнула сумку на тумбочку. — И вообще, как ты попала в мою квартиру?
— У меня же есть запасной ключ, — пожала плечами Ирина. — На всякий случай. Мало ли что… А насчет свидания — я договорилась с Павлом, он будет ждать тебя в семь. Такой интересный мужчина, владелец строительной фирмы! И, главное, никогда не был женат — представляешь, какой экземпляр?
— Что?! — Елена почувствовала, как внутри закипает злость. — Ты о чем вообще?
Какое право ты имеешь распоряжаться моей жизнью?
— Право старшей сестры! — отрезала Ирина. — И вообще, я с тобой нянчусь с самого детства. Кто тебе косички заплетал? Кто уроки делать помогал? Кто от хулиганов во дворе защищал?
— Это было двадцать пять лет назад! — взорвалась Елена. — Я давно выросла, если ты не заметила!
— Ой, да ладно тебе! — Ирина плюхнулась на диван и достала телефон. — Выросла она… А личную жизнь устроить так и не смогла. Вот, смотри — я создала анкету на сайте знакомств, разместила твои лучшие фотографии. И знаешь что? Отбоя нет от желающих познакомиться! Я уже отобрала пятерых самых достойных кандидатов.
Елена почувствовала, как к щекам приливает жар. На экране телефона сестры красовалась ее фотография трехлетней давности — с корпоратива, где она была в том самом синем платье.
«Елена, 32 года, ищу спутника жизни для создания крепкой семьи…»
— Немедленно удали это! — голос Елены задрожал от возмущения. — Ты не имеешь права выставлять мои фотографии! Это… это вообще незаконно!
— Вот только не надо мне про законы! — фыркнула Ирина. — Я же о тебе забочусь. Ты уже почти старая дева, надо спасать ситуацию. Вон, Светкина Машка, на пять лет младше тебя, уже второго ребенка ждет. А ты все в своей бухгалтерии сидишь, с цифрами разговариваешь. Того и гляди, закиснешь совсем!
— Да что ты знаешь о моей жизни? — Елена схватила подушку и швырнула в сестру. — У тебя самой семья трещит по швам, а ты мою пытаешься устроить!
Ирина побледнела, но быстро взяла себя в руки:
— При чем тут моя семья? Мы о тебе говорим! Я, между прочим, уже записала тебя к стилисту на следующую неделю. И к психологу записала — надо проработать твои страхи перед отношениями.
— У меня нет никаких страхов! — выкрикнула Елена. — Просто я не хочу торопиться и выходить замуж ради галочки! Не хочу повторять твои ошибки!
В комнате повисла тяжелая тишина. Ирина медленно поднялась с дивана:
— Мои ошибки? — переспросила она тихо. — Что ты имеешь в виду?
Елена прикусила язык. Она знала, что муж сестры уже третий год живет на две семьи, но они в семье негласно обходили эту тему.
— Прости, — пробормотала она. — Я не хотела…
— Ничего, — Ирина натянуто улыбнулась. — Ты права — я не идеальный эксперт в семейных отношениях. Но я правда хочу, чтобы ты была счастлива. И чтобы не оставалась одна.
Следующие недели превратились для Елены в настоящий кошмар.
Телефон разрывался от сообщений незнакомых мужчин. Ирина, словно в попытке заглушить собственные проблемы, с утроенной энергией взялась за устройство личной жизни сестры.
— Леночка, — теребила она по телефону, — я договорилась с парикмахером! Он творит чудеса — сделает тебе стрижку, как у той французской актрисы!
— Солнышко, — звонила на следующий день, — я присмотрела тебе чудесное платье в новом бутике. Красное, обтягивающее — все мужики твои будут!
А ещё Ирина начала действовать через родителей. На семейном воскресном обеде, когда все собрались за маминым фирменным пирогом с капустой, она завела свою любимую пластинку:
— Мам, пап, вы представляете — Леночка опять отказалась встречаться с таким замечательным мужчиной! Бизнесмен, между прочим, спортом занимается…
Мама тревожно посмотрела на младшую дочь:
— Леночка, дорогая, может, и правда стоит присмотреться? Годы-то идут…
— И не говори, Танюша, — поддакивал отец, намазывая масло на кусок пирога. — Вон, у Николая Петровича племянник холостой. Военный, между прочим, капитан!
— Господи, да что с вами со всеми? — Елена отодвинула тарелку. — Я что, какая-то бракованная? Неполноценная без мужа?
— Ну что ты, доченька, — всплеснула руками мама. — Мы же любя! Просто боимся, как бы не упустила ты свое счастье…
— А может, я его по-другому вижу, это счастье? — тихо ответила Елена. — Может, не в штампе оно?
Но её уже не слушали. Ирина увлеченно рассказывала про очередного кандидата в мужья, а родители согласно кивали.
А потом случилось то, чего никто не ожидал.
В один из обычных вторников в бухгалтерию зашел новый клиент — оформлять документы на своё небольшое издательство. Высокий, с добрыми карими глазами и легкой сединой на висках. Его звали Михаил.
— Знаете, — сказал он, просматривая бумаги, — а у вас тут уютно. Живые цветы на окнах, старое пианино в углу…
— Это наша Елена Сергеевна развела оранжерею, — заулыбалась Анна Петровна. — И на пианино иногда играет в обед.
— Правда? — его глаза заинтересованно блеснули. — А что играете?
Елена смутилась:
— Да так… старый джаз в основном. Билла Эванса люблю…
— «Waltz for Debby»? — улыбнулся Михаил. — Моя любимая композиция.
Они проговорили весь обеденный перерыв — о музыке, о старых фильмах, о книгах. Оказалось, его издательство специализируется на переиздании классической литературы.
Через неделю он снова зашел с документами. А потом ещё раз — уже просто так, с билетами на джазовый концерт.
Елена будто впервые в жизни почувствовала, как это — когда тебя по-настоящему слушают и слышат. Михаил не пытался произвести впечатление дорогой машиной или статусом. Он просто был собой — внимательным, мягким, с отличным чувством юмора.
Конечно, Ирина узнала об их встречах. У неё везде были «свои люди».
— Ты с ума сошла? — ворвалась она к сестре вечером. — Я тут из кожи вон лезу, приличных женихов ищу, а ты с каким-то разведенным крутишь! Да еще и с двумя детьми!
— А что плохого в детях? — спокойно спросила Елена, помешивая чай.
— Как что? — задохнулась от возмущения Ирина. — Тебе своих рожать надо, а не чужих воспитывать! И вообще, что о тебе люди скажут?
— Какие люди, Ира? — Елена посмотрела сестре в глаза. — Твои знакомые? Соседки? Всю жизнь под их взгляды подстраиваться?
Но точка кипения наступила на мамином юбилее. Ирина весь вечер бросала косые взгляды на сестру, а после третьего бокала шампанского её прорвало:
— А вы знаете, — громко объявила она гостям, — что наша Леночка связалась с разведенным мужиком? А я столько сил потратила, чтобы найти ей достойную партию! И Олега сватала — помните, Вера Павловна, вашего племянника? И Станислава из налоговой…
— Хватит! — Елена с грохотом отодвинула стул. — Думаешь, ты такая умная? Такая правильная? А то, что твой муж уже три года живет с молоденькой аспиранткой, пока ты тут чужие жизни строишь — это нормально?
В комнате повисла оглушительная тишина. Было слышно, как тикают старые часы на стене. Мама прижала руку ко рту, отец побагровел, а тетя Валя даже перестала жевать салат.
Ирина побелела как мел. Её рука с бокалом дрогнула, и шампанское пролилось на скатерть.
— Извините, — прошептала она и выбежала из комнаты.
Елена осталась стоять, чувствуя на себе взгляды родственников. В голове шумело от выплеснувшихся эмоций.
— Мне тоже нужно подышать, — пробормотала она и вышла на балкон.
Вечерний воздух был наполнен запахом цветущей липы. Где-то вдалеке играла музыка, смеялись дети во дворе. Елена достала телефон и набрала знакомый номер:
— Миша… можешь забрать меня от родителей?
Через полчаса они сидели в его машине, припаркованной у набережной.
— Знаешь, — задумчиво произнес Михаил, — когда мы с женой развелись, все вокруг тоже имели свое мнение. Кто-то осуждал, кто-то жалел детей… А потом я понял — важно только то, что чувствуешь ты сам.
— И что чувствовал ты? — тихо спросила Елена.
— Что иногда нужно отпустить прошлое, чтобы впустить что-то новое, — он мягко сжал её руку. — Кстати, дети спрашивали, когда ты снова придешь. Маше очень понравилось, как ты помогла ей с математикой.
Елена улыбнулась. Десятилетняя Маша и семилетний Димка оказались замечательными детьми — умными, добрыми и совсем не избалованными. С ними было легко найти общий язык.
Через неделю после скандала на юбилее Ирина позвонила сама:
— Можно… можно к тебе приехать?
Она пришла непривычно тихая, без макияжа и укладки. Села на край дивана, комкая в руках платок:
— Прости меня. Я… я правда думала, что помогаю. Боялась, что ты останешься одна, как наша тетя Валя. Помнишь, как она плакала на похоронах своей собаки? Говорила — единственное родное существо было…
— Ира, — мягко перебила Елена, — но это был её выбор. И у меня должно быть право выбирать свой путь. Даже если он кажется тебе неправильным.
— А ведь ты права насчет Толика, — Ирина наконец подняла глаза. — Он уже полгода живет с этой… Алиной. Говорит, она его понимает, не пилит по мелочам. А я… я так боялась остаться одной, что начала исправлять чужие жизни, лишь бы не смотреть на свою.
Елена пересела ближе к сестре, обняла её за плечи:
— Знаешь, быть одной — не самое страшное. Страшно быть несчастной рядом с кем-то.
Ирина всхлипнула и уткнулась лицом в плечо сестры. Они просидели так долго — как в детстве, когда делились секретами и мечтами.
Прошло полгода. Многое изменилось. Ирина подала на развод и начала ходить к психологу — теперь уже сама, не пытаясь записать туда сестру. Она сменила работу, коротко подстригла волосы и впервые за много лет выглядит по-настоящему счастливой.
Елена с Михаилом планируют пожениться следующей весной — без пышного торжества, просто соберут самых близких. Маша уже называет её «почти мамой», а
Димка нарисовал их всех вместе — большую семью, где у всех счастливые улыбки.
Теперь сестры встречаются каждую неделю — пьют чай, болтают обо всем на свете. Ирина больше не пытается никого сватать, а Елена научилась говорить «нет», не чувствуя вины.
А недавно Ирина призналась:
— Знаешь, я наконец-то поняла — нельзя построить чужое счастье. Можно только не мешать человеку быть счастливым по-своему.
Елена улыбнулась и налила сестре ещё чаю:
— Лучше поздно, чем никогда, правда?