Илья Турчин Крайний случай. Отрывок для конкурса

Крайний случай. Илья Туричин

Так и дошѐл Иван до Берлина, неся на своих могучих плечах свободу. В руках у него был неразлучный друг — автомат. За пазухой — краюшка материнского хлеба. Так и сберѐг краюшку до самого Берлина. 9 мая 1945 года разгромленная фашистская Германия сдалась. Смолкли орудия. Остановились танки. Отвыли сигналы воздушных тревог. Тихо стало на земле. И люди услышали, как шуршит ветер, растѐт трава, поют птицы.

В этот час попал Иван на одну из берлинских площадей, где ещѐ догорал подожжѐнный фашистами дом. Площадь была пуста. И вдруг из подвала горящего дома вышла маленькая девочка. У неѐ были тоненькие ножки и потемневшее от горя и голода лицо. Нетвѐрдо ступая по залитому солнцем асфальту, беспомощно протянув руки, будто слепая, девочка пошла навстречу Ивану. И такой маленькой и беспомощной показалась она Ивану на огромной пустой, будто вымершей, площади, что он остановился, и сердце его стиснула жалость. Достал Иван из-за пазухи драгоценную краюшку, присел на корточки и протянул девочке хлеб. Никогда ещѐ краюшка не была такой тѐплой. Такой свежей. Никогда ещѐ так не пахла ржаной мукой, парным молоком, добрыми материнскими руками. Девочка улыбнулась, а худенькие пальцы вцепились в краюшку. Иван осторожно поднял девочку с опалѐнной земли. А в этот миг из-за угла выглянул страшный, обросший Фриц — Рыжий лис. Что ему было до того, что кончилась война! Только одна мысль крутилась в его помутившейся фашистской голове: «Найти и убить Ивана!». И вот он, Иван, на площади, вот его широкая спина. Фриц — Рыжий лис достал из-под пиджака поганый пистолет с кривым дулом и выстрелил предательски из-за угла. Пуля попала Ивану в самое сердце.

Дрогнул Иван. Пошатнулся. Но не упал — побоялся девочку уронить. Только почувствовал, как тяжѐлым металлом наливаются ноги. Бронзовыми стали сапоги, плащ, лицо. Бронзовой — девочка на его руках. Бронзовым — грозный автомат за могучими плечами. С бронзовой щеки девочки скатилась слеза, ударилась о землю и превратилась в сверкающий меч.

Взялся бронзовый Иван за его рукоятку. Закричал Фриц — Рыжий лис от ужаса и страха.  Дрогнула от крика обгорелая стена, рухнула и похоронила его под собой… И в ту же минуту краюшка, что оставалась у матери, тоже бронзовой стала. Поняла мать, что стряслась с сыном беда. Кинулась на улицу, побежала, куда сердце повело. Спрашивают еѐ люди:

— Куда торопишься?

— К сыну. С сыном беда!

И подвозили еѐ на машинах и на поездах, на пароходах и на самолѐтах. Быстро добралась мать до Берлина. Вышла она на площадь. Увидела бронзового сына — подкосились у неѐ ноги. Упала мать на колени, да так и замерла в вечной скорби своей. Бронзовый Иван с бронзовой девочкой на руках и по сей день стоит в городе Берлине — всему миру виден. А присмотришься — заметишь между девочкой и широкой Ивановой грудью бронзовую краюшку материнского хлеба. И если на Родину нашу нападут враги, оживѐт Иван, бережно поставит девочку на землю, поднимет свой грозный автомат и — горе врагам! 

Пригласи друзей в Данинград
Данинград