Ковер и крошки от вафельного торта — Милош Мацоурек

Некоторые люди думают, будто у ковров легкая жизнь. Но это неправда, не верьте таким людям. Если они станут рассказывать вам, что ковры целыми днями лежат и ничего не делают, спросите:

— А вы разве не слышали историю о летающем ковре?

Они сразу заюлят, станут говорить, что да, конечно же, они слышали о летающем ковре, кто же о нем не знает, и что, мол, как прекрасно просто так летать по воздуху, и это, мол, лишний раз подтверждает, какая у ковров замечательная жизнь.

Не перебивайте их, дайте высказать все, что они пожелают, а потом спросите:

— А почему вы думаете, что ковер может отправиться в полет просто так, ни с того ни с сего?

Вот на это-то никто ответить не сможет, потому что никто никогда над этим не задумывался. И тогда вы, откашлявшись, начните свой рассказ так.

Жил-был один маленький красный коврик. Жилось ему, скажем прямо, несладко. Лежал он на холодном полу, на ухо ему толстой ногой наступил рояль, а на шее расположились маленький столик и стул, на котором во время еды сидел Ондржей. А ел он, скажу вам… С тарелки все валилось — рис, картошка, помидоры, иногда даже вилка падала на коврик. А когда Ондржей жевал рогалики, коврик весь был усыпан крошками, потому что во время еды Ондржей вертелся во все стороны, вместо того чтобы спокойно есть над столом.

Когда крошки попадают за шиворот, это не очень-то приятно. От них зуд, щекотно, как от волосинок после стрижки у парикмахера. Только к парикмахеру мы ходим раз в три недели, а ковру все это приходилось терпеть изо дня в день, и пока он был в комнате не один, даже почесаться не смел. Да еще ко всему, можете себе представить, за чужие крошки его же всякий раз выносили во двор и колотили, словно небрежно ел не Ондржей, а он, коврик.

«До чего же это несправедливо», — думали про себя рояль, столик и стул. А маленький красный коврик молча вздыхал, и ему хотелось плакать. Порой ему казалось, что жизненный путь его вовсе не усыпан розами.

Однажды вечером Ондржей ел печенье, крошки сыпались у него изо рта, словно снежинки в метель, и собирались настоящими сугробами.

«Завтра утром меня опять поколотят», — подумал маленький красный коврик и грустно вздохнул, потому что крошки вызывали у него нестерпимый зуд. И тут его осенило: «А зачем мучиться до утра и ждать выволочки?» В доме все спали, он воспользовался этим, вежливо попросил рояль, столик и стул, чтобы они были столь любезны и на минутку приподняли бы ноги. Затем он встал, тихонько вышел во двор и там хорошенько встряхнулся, как это делают собачки, когда вылезают из воды. Однако некоторые крошки никак не хотели высыпаться. Это потому, что Ондржей растоптал их, а растоптанные крошки трудно вытряхиваются.

«Делать нечего, придется посвистеть и разбудить птиц, что спят на деревьях», — решил про себя коврик и совсем тихонечко свистнул, так тихо, как умеют свистеть только коврики. Разбудить птиц оказалось нелегко. Они запищали во сне, но не проснулись, и маленькому красному коврику пришлось свистеть несколько раз. Свист услышала кошка (у кошек слух тонкий), бегом спустилась с крыши и говорит коврику:

— И чего это ты, скажи на милость, свистишь? Не видишь, на дворе ночь?

— Мне нужно разбудить птиц, — ответил ей коврик, — у меня для них набралось крошек от печенья, может, они с удовольствием поклюют. Не будешь ли ты любезна разбудить их? Только, пожалуйста, поосторожней. Ты же знаешь, птицы боятся кошек.

— Не волнуйся, — сказала кошка.

Она вскарабкалась на дерево, разбудила птиц и говорит им:

— Не хотите ли поклевать крошек от печенья? Тут вот коврик пришел…

Птицы были благодарны и кошке, и коврику, даже не просто благодарны, а весьма, потому что они всегда голодны, а крошки от печенья перепадают им редко.

— Смотрите-ка, наконец-то наш Ондржей научился аккуратно есть над столом. На коврике ни крошечки! Это мне нравится, — сказала утром мама.

И можете себе представить? Вслед за похвалой Ондржей получает два больших куска вафельного торта!

«Это же абсолютно несправедливо! Похвалить должны были коврик, а не Ондржея», — молча подумали рояль, столик и стул. Маленький же красный коврик лишь грустно вздохнул.

А Ондржей принялся уплетать вафельный торт, даже не присаживаясь к столу. Он крошил так ужасно, что красный коврик весь покрылся крапинками.

Крошки от вафельного торта — прекрасные крошки. Но когда они попадают за шиворот, то сразу становится ясно, что хуже этих крошек на свете ничего не существует. Вскоре коврик почувствовал себя совершенно истерзанным.

— Хватит! — сказал коврик и, когда все уснули, вежливо попросил рояль, столик и стул поднять ноги. Затем вышел во двор, свистнул кошку, кошка разбудила птиц, и коврик сказал им:

— Во мне полно крошек, можете склевать их. Это хорошие крошки, от вафельного торта, они лучше тех, что я угощал вас в тот раз. Но — услуга за услугу. Я больше не хочу тут жить! Это не жизнь! Сделайте доброе дело, унесите меня куда-нибудь, где дети умеют есть аккуратно.

— Ну, это не так уж трудно, — сказали птицы, — мы летаем повсюду, заглядываем в окна и знаем, где и как едят дети. На другом конце города живет одна девочка, которая ест очень аккуратно и совершенно без крошек.

— Ладно, — сказал маленький красный коврик, — клюйте крошки, и летим.

Птицы склевали крошки от вафельного торта, и красный коврик сказал кошке:

— Спасибо, буду тебя вспоминать добром.

— Рада была помочь, — сказала кошка, — надеюсь, что эта девочка и в самом деле ест аккуратно.

Птицы взяли коврик в свои клювики и полетели над крышами домов и улицами города. Близилось утро, кое-кто уже шел на работу, начали ходить трамваи, и у входа в молочный магазин стояла пани продавщица. Она глядела на небо и старалась определить, какая будет погода. Смотрит это она на небо и вдруг видит — летит коврик!

— Надо же! А я и не знала, что ковры летают, — воскликнула она. — Нельзя, чтобы про это знала только я одна!

И когда в магазин пришли мамы за молоком, она рассказала им о летающем ковре. Теперь об этом знают многие.

Только вот почему летел маленький красный коврик, и куда он летел, и о том, что несли его в своих клювиках птицы, которые позавтракали крошками от вафельного торта, вот об этом уже мало кто знает.