Как Хома наверх забрался Иванов А. А.

Большое путешествие Хомы и Суслика 

Правильно говорят, что если очень захотеть, любая высота покорится.

У Хомы давняя мечта была — на берёзу залезть. Она посередине луга одиноко росла. Высокая, до небес. С неё, наверно, всё хорошо видно. И рощу, и поле, и то, что за ним.

Не раз Хома собирался на ту берёзу подняться. Два раза! Но каждый раз Суслик его отговаривал.

А перед третьей, решающей, попыткой он особенно наседал:

— Не жалеешь ты себя, егоза. А вот мне тебя будет очень жаль!

— Почему? — удивился Хома.

— Брякнешься — и готов! — У Суслика на всё был готовый ответ.

— А разве ты меня не поймаешь?

— Как же я тебя поймаю, если вдруг ты мимо пролетишь?

— А если не мимо? — пронзительно взглянул Хома на лучшего друга, угадав, что больше всего беспокоило Суслика: мимо или не мимо.

— Тогда… — пробормотал Суслик. — Тогда тебе меня будет жаль.

— Видишь, всё не так уж-плохо, а ты за меня волнуешься.

— Я за себя волнуюсь, — потупил взгляд Суслик. — Я тебе не подушка, чтобы с такой верхотуры на меня падать. Сам лезешь, сам за себя и отвечай.

— Понял, — нахмурился Хома. — Значит, твоё дело — сторона?

— Ага, — просиял Суслик, — я лучше в сторонке постою.

Хома поглядел на Суслика безнадёжно и на берёзу полез. От него подальше.

Путь наверх оказался вовсе не трудным. Повсюду из ствола сучки выступают. Знай поднимайся, как по лесенке.

А потом и лучше пошло. Ветки появились — одна над другой. Лезь себе без остановки и вниз на Суслика не смотри, а не то голова закружится.

Суслик с тревогой следил, как Хома вверх карабкается. Понятно, Суслик не под самым деревом встал, а поодаль.

Все хотят на мягкое упасть. Хома, небось, только и мечтает, чтобы на него, Суслика, свалиться!

А Хома упорно лез и лез. Пыхтел и пыхтел. Не простое, выходит, дело. Чем выше, тем тяжелее. Берёза была какая-то бесконечная. Верхушки всё нет и нет…

«Может, её ветром отломило и унесло?» — беспокойно подумал он.

И крикнул, не оборачиваясь, Суслику:

— Погляди, верхушка на месте?

— Торчит, — откликнулся тот, — и мотается!

— Как это мотается? — сразу остановился Хома.

— Туда-сюда! — отозвался Суслик.

— Сильно мотается?

— Не очень!

— А я на ней удержусь?

— Удержишься. Если не сорвёшься! — подбодрил Суслик.

«Легко ему там, внизу, говорить, — сердито подумал Хома. — Не мог заранее предупредить, что верхушка качается! Я бы тогда не полез!»

Но пути назад не было. Перед лучшим другом опозоришься.

— В случае чего, всеми четырьмя лапами держись, — громко советовал снизу Суслик.

«И зубами!» — решил Хома, упрямо взбираясь выше и выше.

А вот уже и верхушка близко.

Хорош Суслик! Говорил, что она не очень мотается. Это как посмотреть. Если снизу, то, может, и слабо колышется. А если взглянуть вблйзи, то ой-ёй-ёй!..

Нет, Хома раздумал на самую вершину лезть. Даже здесь, перед ней, и то раскачивает сильно. И так достаточно высоко забрался, пора и поглядеть вокруг.

Посмотрел он отсюда вдаль, даже пятки похолодели от восторга. Диво дивное!

Зелёный луг, зелёная роща, зелёное поле… Голубое небо, белые облака…

Кстати, облака были гораздо выше, чем он считал. Когда он с земли глядел, берёза макушкой за них задевала. А теперь облака так отдалились, что ещё и другой берёзы не хватит, чтоб до них дотянуться.

Хома был на верху блаженства. Далеко всё видно, дальше ближней деревни!

Разных домашних животных увидал. Корова показалась ему величиной с овцу. Овца — с кошку. Кошка — с мышь.

А Суслик отсюда такой крохотный! Стоит, бедняжка, внизу. И ничего-то не видит из того, чем Хома любуется. Правильно он сказал, что Хома его пожалеет. Жалко такого маленького Суслика.

Ох, а это кто из рощи выбежал? Длинный, серый, с хвостом. Прямо сюда спешит!

— Волк! Волк! — закричал Хома Суслику. — Беги! Спасайся!

Суслик быстро помчался прочь. Хома с облегчением увидел, как он скрылся в норе.

А Волк уже был около берёзы. Вовремя Хома друга предупредил. Стоял, растяпа, внизу, раскрыв рот, и ничего не видел вокруг. Беспременно угодил бы Волку на обед, если бы не Хома!

Покрутился Волк без толку возле дерева и, разочарованный, убежал.

Надо и о себе подумать, пока его нет. Хома тут же начал спускаться.

Хорошо, конечно, наверху побывать, но всё равно земля к себе тянет. Наверху долго не продержишься. Запросто вниз загремишь, когда цепляться устанешь. Лучше самому долго слезать, чем быстро падать!..

Страх перед Волком подгонял Хому. Иначе бы он и до вечера не слез. Будь его воля, он бы надолго на берёзе остался. Но вдруг Волк вернётся? Заметит его наверху и примется караулить под деревом. А он, Хома, не птица. Рано или поздно свалится — и готов, как говорит Суслик.

К счастью, Волк не вернулся. И Хома благополучно закончил своё восхождение. Вернее, снисхождение. Точнее, внизхождение. Неважно!

Важно одно — слез! И до чего же горд был, когда наконец на землю ступил! Не каждому удаётся на вершине побывать. Ну, почти на вершине.

Пришёл он, шатаясь от усталости, к Суслику. Вот, думал, будет радости!

А Суслик вместо того, чтобы горячо поблагодарить его за спасение, вконец расстроился:

— Ну зачем ты слез? Сидел бы себе на дереве и кричал бы мне о любой опасности!

Он, вероятно, решил, что Хома навсегда на берёзе поселился.

— Уж ты бы помолчал, — не сдержался Хома. — Кто меня лезть отговаривал? Если бы не я, кто бы тебе оттуда про Волка крикнул?

Суслик потерянно молчал. Против правды не пойдёшь!

Возможно, и в другом правда была. Если бы Хома на дерево не полез, Суслик бы внизу не стоял и не хлопал ушами.

Хома это потом понял. Не сразу.

Но главное не в этом. Если бы он высоко не забрался, он не увидел бы такого зелёного луга, зелёной рощи, зелёного поля и такого голубого неба с белыми облаками…

А Суслика, что ни говори, он всё равно выручил, но просто так — попутно. Большие дела без мелочей не бывают.

Продолжение

Если вам понравилось, не забудьте поделиться ссылкой с друзьями.

Пригласи друзей в Данинград
Данинград