Дед Сом -Тоне Селишкар

Перевод с сербскохорватского И. Макаровской

В СТРАНЕ ГОРЯ, СЛЁЗ И СТРАДАНИЙ

Далеко-далеко, за синими морями, за зелёными лесами, была горная страна. Правил в той стране злой и жестокий король. Больше всего на свете любил он отрубать людям головы, и потому прозвали его в народе Снесиголова. В том месте, где река впадает в море, построил он себе крепость из человечьих костей и оттуда нападал на корабли, которые везли в его страну золото и серебро, шерсть и шёлк, вино и пшеницу. Корабельщиков он убивал, корабли сжигал, а все товары брал себе. Снесиголова грабил не только чужеземных купцов. Его слуги рыскали по всей стране и отбирали у крестьян всё, что им попадалось под руку. Повсюду стоял стон и плач. Но когда королевские слуги грузили на телегу пшеницу, крестьяне кланялись до земли и говорили: «Пошли, господи, долгих лет нашему дорогому королю и государю!» За это слуги возвращали им горсть-другую пшеницы. А тому, кто ворчал и возмущался, слуги тут же отрубали голову, насаживали её на кол и выставляли посреди села, чтобы другим неповадно было. Знали люди, что новая голова у них не вырастет, и потому ворчунов всё убавлялось и убавлялось.

На суше правил Снесиголова, а в воде властвовал водяной Детокрад. Боялись его все от мала до велика. Всё речное население было ему покорно: и рыбы и раки, и лягушки и ракушки, утки и гуси, цапли и аисты. В самом глубоком месте стоял его стеклянный дворец, а в подвалах дворца хранились несметные сокровища. Откуда они взялись? А вот откуда. Уронит кто-нибудь в воду, потянувшись за белой кувшинкой, жемчужное ожерелье, перевернётся в бурю лодка, гружённая сосудами с золотыми цехинами, и всё это мигом отправляется в сокровищницу Детокрада. Со всей реки, из ручья и озера несли ему рыбы разные драгоценности. Рыбы ненавидели его лютой ненавистью. Но ещё больше ненавидели его люди, потому что он воровал у них детей. Подойдёт малыш к самой воде, а уж водяной тут как тут — цап его за ногу, утянет на дно и превратит в рыбу или рака. Заколдованные дети прислуживали Детокраду, а их матери обливались горючими слезами. Слёзы их падали на землю, потом скатывались в ручей или реку, а там каждая слезинка превращалась в маленькую жемчужину. Рыбы ловили жемчуг и относили водяному. Детокрад открывал шкатулку из драгоценного камня и клал в неё жемчужинку-слезу. И все крошечные жемчужинки сливались в этой шкатулке в одну большую жемчужину. Была она уже величиной с кулак и обладала чудодейственной силой: днём и ночью сияла она как солнце, лечила всякие болезни, а тот, кто завладел бы ею, смог бы победить всё зло на земле.

Третьей напастью в этой стране был ястреб Остроклюв. Предание гласит, что когда-то король Снесиголова поймал в горах птенца, кормил его человечиной, пока он не превратился в огромного ястреба, а потом выпустил на волю. Остроклюв уносил детей и скот и каждый день пожирал по пятисот соловьев, зорянок и синиц. Много певчих птиц истребил он, а те, что живы остались, совсем перестали петь, и стало в стране ещё пустыннее и печальнее. А королю только того и надо было. Ни к чему людям веселиться, пусть-ка они побольше работают.

Словом, плохо жилось подданным короля Снесиголовы. Гнули спину от зари до зари, а ели впроголодь.

Были в стране и богачи. Король любил льстивые речи, и тем, кто сгибался перед ним вперегиб, позволял он грабить проезжих купцов. На награбленные деньги возвели они себе роскошные дворцы и палаты и обнесли их каменными стенами, потому что боялись простых людей.

Богател день ото дня и мельник Мокар. Мельница его с тремя колёсами, стоявшая на реке у самого омута, целыми днями молола пшеницу, и чем больше муки отдавал мельник королю, тем больше обирал он бедняков. Он был такой жадный и ловкий, что умудрялся обмануть даже королевских слуг. Напоит их терпким вином, и те сквозь пальцы смотрят, как он сыплет муку в королевские мешки. Крестьяне давно уже не просили у него в долг ни муки, ни денег — всё равно не даст да ещё и насмеётся над бедным человеком. Нищих он терпеть не мог. Только подойдут нищие к окошку, он сейчас велит их собаками травить. А толстая мельничиха прогоняла прочь вдов и сирот.

Была у мельника дочь Францка. Она была так прекрасна, что даже розы склоняли перед ней свои головки. Слух о её красоте шёл за тридевять земель. Росла она в холе и довольстве, ела медовые пряники и сдобные плюшки и то и дело любовалась своим отражением на зеркальной поверхности омута. Рыбки выплывали наверх, чтобы подивиться на её красоту. Однажды, когда Францка гляделась в омут, увидел её водяной и сразу же решил взять её в жёны. Забрался он в свой стеклянный дворец, встал перед зеркалом и проквакал: «Она будет моей!»

СЫН ПОСЛЕДНЕГО МУЗЫКАНТА

На краю страны, там, где среди высоких гор берёт начало река, жил последний музыкант Тилен Пищала. Король Снесиголова не хотел, чтоб люди в его стране были веселы, и дал приказ поубивать всех музыкантов. Один Пищала сумел оставить с носом королевских слуг. Не испугался он королевского приказа и как ни в чём не бывало играл на своём кларнете. А играл он так, что люди, едва заслышав его музыку, забывали своё горе, становились в круг и начинали плясать коло и петь весёлые песни. Обозлился король на ослушника и послал за ним своих слуг. Подошли слуги к Тилену, чтоб связать его, а он им и говорит:

— Испокон веку у осуждённого на смерть спрашивали его последнее желание.

— Говори, да побыстрей! — заорали слуги.

— Позвольте под конец сыграть мою любимую плясовую.

Слуги разрешили. Взял Тилен кларнет, и тут же над лугом полилась весёлая, задорная мелодия. Слуги развязали бурдюки с вином, подхватили девушек и понеслись по лугу в лихой пляске. А Тилен играл себе да играл и всё ближе подходил к лесу. Жена его шла за ним. Слуги спохватились, когда они уже скрылись в лесу и музыка стала едва слышна. Оттолкнули они девушек, вскочили на коней, но чудесная музыка и коней приковала к месту.

А Тилен и его жена шли без передышки три дня и три ночи. Наконец пришли они в безлюдное ущелье, огляделись по сторонам и прислушались. И впрямь, где-то поблизости пел соловей.

— Значит, сюда ещё не дотянулась рука короля, — заключил Пищала. — Здесь мы и будем жить!

У истока реки построили они домик, раскорчевали лес под поле. Тилен ловил рыбу, а жена его пестовала сына, который у них вскоре родился. В лесу целый день щебетали и пели птички, а когда садилось солнце, Тилен запирал покрепче дверь, усаживался на скамье и тихонько играл на кларнете.

Но недолго они жили в радости и счастье. В стране, где правят король Снесиголова, водяной Детокрад и ястреб Остроклюв, горе и печаль добираются до всех уголков, даже до самых дальних. Только первенец Дане немного подрос и побежал на поляну ловить бабочек и стрекоз, как вдруг небо потемнело, лес зашумел, а над горами прокатился страшный гул. Ястреб Остроклюв камнем упал вниз, схватил мальчика и унёс его под облака. Мать горько плакала, а отец исходил все горы, но так и не нашёл гнездо ястреба. Долго они горевали, а через год родился у них второй сын — Тине. Но уже не было радости в их доме. Не пели вокруг соловьи и зорянки. Давно уже попрятались они в лесных чащах, а иные улетели в другие страны. Один соловушка со сломанным крылом не смог никуда улететь. В тиши ночей пел он так хорошо, что музыкант и его жена понемногу забывали свою беду.

Время шло. Второй сын начал подрастать, бегал вокруг дома, плескался в реке, собирал на берегу камушки. Раз играл он на берегу. Вдруг вода в реке вспенилась, огромные волны накрыли мальчика, и Детокрад уволок его в свой стеклянный дворец. Отец долго шарил багром по речному дну, но так и не нашёл своего Тине. Мать плакала кровавыми слезами, Соловей тихо пел по ночам печальные песни. Но вот прошёл год, и родился у музыканта третий сын — Юрий.

Рос Юрий крепким и сильным, точно молодой дубок. Мать глаз с него не спускала, боялась, как бы и с ним не случилась беда, а отец каждый вечер играл ему на ухо прекрасные песни, потому что без песен нельзя жить на свете. Вырос Юрий сильный и могучий. Да и собой пригож. Отцу помогает ловить рыбу, матери — обрабатывать поле. Камушки на самую высокую гору швыряет, на медведя один ходит, а острогой орудует ловчее отца.

Но в стране, где правят король Снесиголова, водяной Детокрад и ястреб Остроклюв, горе и печаль добираются до всех сёл, даже до самых дальних. Однажды, когда отец, заперев дверь, играл свою лучшую песню, живая песня отыскала в стене щель, выпорхнула наружу и долетела до ушей короля. Рассвирепел король и тут же разослал во все концы слуг, чтоб убили дерзкого музыканта. А ястреб Остроклюв путь им указывал. Нагрянули слуги в ущелье, где жил Пищала, высадили дверь, схватили его, связали и отрубили ему голову, а кларнет разбили о стену. Юрий на месте уложил двадцать слуг, ещё двадцать покалечил, а остальные двадцать еле ноги унесли.

Мать от горя слегла.

— Юрий. — тихо позвала она сына.

Юрий подошёл к постели и встал на колени.

— Хочешь меня спасти? — еле слышно спросила мать.

— Нет на свете таких мук, какие я не принял бы ради тебя! — ответил Юрий.

— Тогда скажи, кто украл твоего старшего брата?

— Ястреб Остроклюв.

— Кто украл твоего среднего брата?

— Водяной Детокрад.

— Кто убил твоего отца?

— Король Снесиголова.

— Так слушай меня внимательно, сынок. Слышала я от бабушки, что на дне реки есть жемчужина-слеза. Только она может вернуть мне здоровье. Но достать её нелегко. Для этого надо победить всех трёх чудовищ. Достанет у тебя силы, чтоб вступить с ними в бой? А сейчас дай мне ножницы.

Мать взяла ножницы, отрезала свою длинную косу и протянула её Юрию.

— Возьми, сынок. Она тебе пригодится. И помни: если женщина расстаётся с лучшим своим украшением, значит, вконец сокрушило её горе. — И, немного помолчав, спросила: — Ты не боишься?

— Чего же мне-бояться, милая матушка? Ну, а если невзначай и станет стряпню, я вспомню тебя, и весь мой страх мигом пройдёт.

— Коли так, то ступай. Победишь злодеев — опять в нашей стране запоют соловьи и люди начнут смеяться и радоваться. Тогда и невесту себе выберешь.

— Непременно красивую?

— Самую красивую на свете! — воскликнула мать и поцеловала сына.

Юрий навострил острогу и отправился в путь. Единственный Соловей, который ещё пел здесь, проводил его до поворота, а потом вернулся к матери, чтоб не было ей одиноко.

НА МЕЛЬНИЦЕ

Идёт Юрий по берегу реки, напевая от скуки какую-то песенку. Любуются люди статным да пригожим парнем, а ещё больше дивятся его песне — сами-то они уж давно разучились петь.

А Юрий идёт себе вдоль реки, никого не замечает. Одно у него на уме — поскорей поквитаться со злодеями, отомстить им за братьев и отца. Шёл он, шёл и вдруг видит: сидит у дороги нищий — босой, оборванный, ноги в крови. Жаль стало Юрию старика, снял он с себя жилет и башмаки и протянул их нищему. Потом развязал узелок и разделил с ним свою лепёшку.

— Сдаётся мне, что ты сын Тилена Пищалы! — весело воскликнул нищий. — Спасибо тебе за подарки. Скажи, чего ты хочешь?

— Ничего мне не надобно, — отвечал Юрий. — Научи только, как победить водяного.

— Ничто не берёт его — ни стрела, ни пуля, ни стальной клинок. Одолеть его можно только хитростью. А для этого нужна тебе сеть из человечьих волос.

— А где взять такую сеть? — закричал Юрий.

— Ступай-ка ты от дома к дому и проси волосы у матерей, у которых водяной украл детей. Они с радостью отдадут их тебе.

Поблагодарил Юрий нищего и пошёл своей дорогой. Вдруг он вспомнил про косу своей матери, достал её из-за пазухи, вытянул из неё один волосок и стал его растягивать что было силы. Волосок не порвался. Тогда пошёл он по сёлам собирать женские волосы. Матери охотно отрезали свои косы, угощали его чем бог послал и спрашивали:

— Неужто ты не боишься водяного?

— Нет, — твёрдо отвечал Юрий. — Я одолею это чудовище!

Набрал Юрий мешок волос, сел на опушке дремучего леса и стал сеть плести. Только не ладится у него работа. Волосы тонкие, скользкие, так и рассыпаются в разные стороны, выскальзывают из рук. Никак не совладать с ними Юрию. Совсем пригорюнился он — никогда не сплести ему сеть из этих топких волосинок.

Вдруг на руку ему сел Соловей, тот самый, что провожал его в путь-дорогу.

Обрадовался Юрий и спросил про мать.

— Не печалься, — прощебетал соловушка. — Мать шлёт тебе привет. А ты ложись и выспись хорошенько. Проснёшься — сеть будет готова.

— Дорогая матушка! — вздохнул Юрий и заснул крепким сном.

Соловей запел во весь голос, и в ту же минуту к нему слетелись тысячи разных птичек, которые прятались от ястреба в лесной глухомани. Они дружно взялись за дело, и не успела зарумяниться заря, как сеть была сплетена. Закончив работу, птицы опять разлетелись по своим углам, весело чирикая:

— Чирик; чирик, Детокрад скоро умрёт, а Юрий останется жив и здоров!

Юрий проснулся, росой умыл глаза, сунул сеть в мешок и двинулся в путь.

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С ДЕДОМ СОМОМ

Дождь лил как из ведра. Река поднялась, вышла из берегов и затопила луга. Юрий влез на дерево, чтоб не утонуть. Всю ночь шёл дождь, а утром тучи разошлись и опять засияло солнце. Река вошла в свои берега, луга просохли, и только в ямках да ложбинках ещё оставалась вода. Юрий сильно проголодался и решил пошарить в лужах — не найдётся ли там какая рыбёшка.

Подходит он к луже, глядь, а там огромный сомище барахтается.

— Ушица будет на славу! — радостно воскликнул Юрий и приготовился уже проткнуть рыбину острогой, как вдруг Сом заговорил человечьим голосом:

— Если не ошибаюсь, ты Юрий, сын Тилена Пищалы?

Юрий опешил от удивления.

— Тогда ты не убьёшь меня! — продолжал Сом. — Вскинь меня на плечо и отнеси в реку.

Сжалился Юрий над Сомом. Не пристало такой могучей рыбище умирать в грязной луже. Взвалил он Сома на спину и, согнувшись в три погибели, потащил к реке. К счастью, идти было недалеко. Бросил его Юрий в воду, а Сом высунул голову и сказал:

— Спасибо тебе, Юрий. Ты спас меня! Стар я уже, дни мои сочтены, и всё же я люблю жизнь. Подойди ко мне поближе. Загляни ко мне в рот. Там, с правой стороны, один зуб качается. Вытащи его, а когда я тебе понадоблюсь, брось его в воду.

Вытащил Юрий качающийся зуб и спрашивает:

— Скажи, как найти водяного?

— Иди дальше по берегу, а когда дойдёшь до мельницы Мокара, наймись к нему на службу. Ему как раз нужен батрак. Будет тебе плохо, ты знай молчи, и всё кончится добром, — сказал Сом и нырнул в воду.

Так и не поев, пошёл Юрий искать мельника Мокара. Шёл он целый день и наконец завидел вдалеке у омута большую мельницу с тремя колёсами. Он заторопился и вскоре подошёл к мельнице. Во дворе, под цветущей яблоней, сидела Францка, дочка мельника. Юрию показалось, что это заря небесная сияет — такая она была красивая. Францка тоже удивилась, увидев перед собой пригожего парня.

— Кто ты — барин, князь или сам принц? — спросила она, перестав жевать сладкий пирог.

— Не то и не другое, дева-красота! — ответил Юрий. — Я ищу работы и хлеба, потому что сильно проголодался.

Францка закраснелась, как маковый цвет. По душе ей было, что он не барин, не князь и не принц.

Тут вышел из дому мельник с хлыстом в руке.

— Хочешь служить у меня? — спросил он Юрия.

— Конечно!

Мельник раскрутил над головой хлыст и ожёг им Юрия по босым ногам. Юрий завертелся на одной ноге, потом на другой, но, помня совет старого Сома, ничего не сказал.

— Ты выдержал испытание! — сказал Мокар. — Скажи ты хоть слово, отдал бы я тебя королевским слугам. А теперь пшёл на мельницу — мешки таскать!

Делать нечего, побрёл Юрий на мельницу. А следом за ним Францка идёт. Запал ей в душу пригожий парень. Смотрит на него — глаз не отведёт.

— Так-то у вас на мельнице людей встречают-привечают? — спрашивает Юрий.

— Так уж исстари повелось — слугам плеть, а барышням пироги. Но сегодня ты тоже поешь пирожка. — И она протянула Юрию большой кусок пирога.

Полюбил Юрий девушку. Словно птичка, влетела в его сердце любовь и принялась распевать там волшебные песни.

— Пойдём, я покажу тебе наш дом! — сказала Францка и повела Юрия по всему дому.

— Францка, душа моя, замуж за меня пойдёшь? — спросил Юрий.

— Нет, Юрий, сокол мой.

— Францка, красота ненаглядная, разве я кривой или горбатый?

— Юрий, витязь мой прекрасный, ты красив, как горный цветок, крепок, как горный дуб, добрый, как майское солнце, но беден, как пустой мешок.

Пригорюнился парень. Францка тоже загрустила. Вот если б был Юрий благородным дворянином с перстнями на руках, золотой цепочкой на жилете и с дукатами в кармане!

Подошли они к глубокому омуту. В чистой, спокойной воде плавали нырки, в воздухе резвились стрекозы. Францка залюбовалась белой кувшинкой. Юрий лёг на землю и потянулся за цветком. И только хотел сорвать его, как вдруг увидел Сома. Тот чуть-чуть высунулся из воды, шевельнул усами, раскрыл свою пасть и прошамкал:

— Сегодня вечером приходи ко мне в гости.

— Как? — удивился Юрий.

— Очень просто. Только брось в омут мой зуб.

И Сом опять скрылся под водой. Юрий сорвал кувшинку и протянул её Францке.

— С кем это ты разговаривал? — спросила девушка.

— С водяным!

— Что же он тебе сказал?

— Что он важный барин, у него полный мешок денег и он ищет невесту.

— Вот дурень! — рассмеялась Францка. — Думает, что и взаправду какая-нибудь девушка пойдёт за него…

Вдруг Францка перестала смеяться, изменилась в лице и убежала в дом.

В ГОСТЯХ У ДЕДА СОМА

Наступила ночь. Из-за гор выплыла луна. Дождавшись, когда на мельнице погаснет свет, Юрий подошёл к омуту и бросил в воду рыбий зуб. И что за чудо: вода тут же расступилась, и Юрий увидел лестницу, которая вела вниз. Он стал спускаться. Когда он был на третьей ступеньке, вода над ним сомкнулась, и навстречу ему вышел Сом.

— Приветствую тебя в своём отечестве! — воскликнул Сом. — Ступай за мной без всякого страха. Водяной ушёл в гости к королю и пробудет там до утра.

Юрий спустился на дно реки. Вода совсем не касалась его тела. Дед Сом привёл его в просторный зал, усадил на трон из перламутровых раковин, а сам улёгся поудобнее у его ног.

— Чувствуй себя как дома, — сказал Сом. — Смотри в оба и мотай на ус всё, что услышишь.

Тем временем в заде началась суета и суматоха. Раз в месяц, в пору полнолуния, всё подводное население собиралось во дворце королевы Золотой Рыбки, чтоб мирно побеседовать и обсудить все свои рыбьи дела и заботы. Председательствовал на этих собраниях дед Сом, мудрейший из рыб, проживший долгую и трудную жизнь и не раз подвергавшийся смертельной опасности. До сих пор носил он на своём тучном теле следы рыбацкой остроги. Рыбы любили и уважали деда Сома, прислушивались к его мудрым и добрым советам. Вот и сегодня все с нетерпением ждали, что скажет дед Сом. Сом долго молчал, словно собираясь с мыслями, и наконец заговорил медленно и веско:

— Река — наша родина, и мы должны быть её хозяевами! По какому праву водяной чинит над нами насилие и несправедливость? Почему мы позволяем ему властвовать над нами? До каких пор мы будем покоряться ему? Пора поло жить конец его бесчинствам! Но Детокрад силён, и одним нам с ним не справиться. Потому-то и привёл я сюда нашего друга Юрия. Он поможет нам освободиться от водяного.

— Поможет! Поможет! — закричали хором все рыбы, а самая красивая Стерлядка подплыла к нему поближе и чмокнула в щёку.

— Слушайте дальше, — продолжал дед Сом. — Водяной носит на своём сердце три ключа. Первый ключ, из кости акулы, от стеклянного дворца; второй, из кости кита, от темницы, где он томит своих пленников и нашу королеву Золотую Рыбку, а третий, из моржового клыка, от каменной шкатулки, где хранится жемчужина-слеза. И когда пробьёт час, мы, рыбы, раскинем вокруг стеклянного дворца сеть из человечьих волос, которую сплели для Юрия малые пташки. И водяному придёт конец.

В зале наступило радостное оживление. Молоденькие рыбки так и вертелись вокруг Юрия, гладили его и наперебой выражали ему своё восхищение. А старый грузный Сазан выкопал со дна жирного червяка и протянул его гостю. Юрий улыбнулся и начал было отказываться от угощения, но тут слова его заглушил грохот, похожий на шум прибоя. Рыбы задрожали и бросились врассыпную.

— Водяной возвращается! — сказал дед Сом и вернул Юрию свой зуб.

Вода сразу расступилась, и Юрий по лестнице поднялся на берег.

ОБРУЧЕНИЕ НА МЕЛЬНИЦЕ

Мельничиха заметила, что новый батрак поглядывает на Францку, и уговорила мельника поискать женихов. И вот стали свататься к Францке парни из окольных сёл.

Первым пришёл молодой кузнец из ближнего села. Такого парня только поискать — сильный, стройный и собой пригож.

— Руки у него шершавые, — фыркнула Францка, примеряя перед зеркалом новую шаль.

«Ну и оставайся в девках, гордячка надутая! — подумал кузнец и в сердцах швырнул в омут шапку. — В гладких руках деньги не держатся!»

Не долго горевал кузнец. Он был весёлый человек и даже радовался, что не женился на этой белоручке.

На другой день пришёл второй жених — столяр из соседнего городка. Всем взял парень — и собой пригож, и руки золотые: самые именитые горожане только ему заказывают столы и лавки и всякую прочую мебель.

Францка взглянула на него, пожала плечами и сказала:

— Боюсь, как бы он мне гроб до времени не сделал!

Осердился столяр и кинул ей в лицо:

— Ну и оставайся вековухой или выходи за водяного!

— А чем он не жених, ежели богат? — огрызнулась Францка.

Мельник так и покатился с хохоту.

— Умная у меня дочка! — заливается он. — Ей-ей, умница да разумница. Дукаты — лучшая сваха для всякого жениха!

А водяной не дремал. Понравились ему речи Францки. Быстро сбросил он с себя подводную шкуру и обернулся красивым юношей. Карманы набил деньгами, подкрутил усы и направился к мельнице.

А Францка в то время у окошка сидела. Увидела она незнакомого человека, с виду благородного да богатого, побежала к матери и прошептала:

— Маменька, чует моё сердце, что пойду за него!

Мельник пригласил гостя в дом, а мельничиха уставила стол пирогами, жирными колбасами и красным вином. Оба так и вертятся вокруг желанного гостя, а Францка сидит в углу и всё понять старается, с чего это вдруг вся комната пропахла болотной тиной. Она даже окошко закрыла, думая что этот противный запах идёт с улицы. А ещё ей показалось, что глаза у гостя словно водой залиты и голос у него какой-то квакающий. И от всей его фигуры тянет холодом и сыростью. Однако всё это пустяки, если на пальце у него чудесный перстень с красным рубином, на котором так и играет солнышко.

— Ох, какой у вас дивный перстень! — воскликнула Францка, всплеснув руками.

Водяной встал из-за стола, снял с пальца перстень и с низким поклоном протянул его Францке.

— Примите этот скромный дар, красавица! — сказал он сладким голосом.

Взяла Францка перстень, надела на свой палец и спросила:

— У вас есть ещё такие, милостивый государь?

— Полный сундук. А ещё полные корзины золотых цепочек, браслетов и жемчуга. И всё это будет твоим, если станешь моей женой!

При этих словах мельник вскочил из-за стола, схватил гостя за руку и воскликнул:

— Больше ни о чём не спрашивай! Выкуп на бочку — и она твоя!

Водяной сунул руку в карман и рассыпал по столу горсть дукатов.

У мельника дух занялся при виде золота. Кликнул он Юрия и велел запрягать лошадь и ехать за музыкантом, чтоб отпраздновать помолвку, пока гость не передумал. Мельничиха кинулась на кухню готовить жаркое и яичницу. На радостях они и не заметили, как загремело за горами, как собрались над рекой чёрные тучи. Мельник послал Францку помочь матери, а сам сбегал в погреб за лучшим вином, тем самым, что туманит мозги и валит с ног. Потом подвёл жениха к столу и сказал:

— А теперь скажи, как тебя звать-величать и какого ты роду-племени?

— Я Филипп Водник из города за рекой, — солгал водяной.

— А кто ж ты будешь — барон или граф, а может, водяному кум и брат?

— Батюшка мельник, не спрашивайте меня ни о чём! Если я вам не по душе, то давайте назад мои дукаты, и дело с концом. Поищу себе другую невесту.

Жаль было мельнику расставаться с дукатами. Скорей бы он дал исхлестать себя плетьми, чем вернул назад золото.

— И вправду, зачем мне это знать, — тихо проговорил мельник, чокаясь с незнакомцем. — Дукаты — твоя рекомендация! Выпьем-ка лучше за твоё здоровье.

А Юрий запряг кобылу и стал думать, где взять музыканта. Кто сейчас согласится играть? Кому жизнь не мила? И пошёл он за советом к деду Сому. Бросил в омут зуб, а Сом уж тут как тут.

— Водяной на мельнице!

— Вот удача! — обрадовался Юрий. Теперь я с ним сочтусь!

— Погоди, не спеши. Дай мне сперва сеть, а сам ступай за музыкантом.

Юрий бросил в воду сеть из человечьих волос, вскочил на телегу и взмахнул хлыстом.

— А ну, залётная, скорей к музыканту! — крикнул он в чёрную ночь и поехал прямёхонько к Яке Натянимеху. Яка Натянимех был когда-то знаменитым музыкантом, но когда король запретил в стране музыку, он закопал свою гармонь в землю.

Подъехал Юрий к дому музыканта, постучался да как закричит:

— Именем короля, открой!

Яка Натянимех, который как раз в то время вместо ужина проклинал короля и всех его предков до десятого колена, мигом забрался под кровать и залепетал:

— Долгих лет нашему всемилостивейшему государю!

Юрий высадил дверь, за волосы вытащил Яку из-под кровати и крикнул:

— Славь побольше своего кровопийцу!

Яка Натянимех выпучил глаза, съёжился и запричитал:

— Да ведь ты сын Тилена Пищалы… Что я могу сделать для тебя?

— Стукни себя в грудь и скажи: «Смерть королю и да живёт песня!»

Музыкант выпрямился, ударил себя в грудь и сказал:

— Смерть королю и да живёт песня!

И только он произнёс вслух то, что так долго носил в своей душе, как сразу почувствовал себя сильным и смелым, и на лице у него заиграла улыбка.

— Быстро выкопай свою гармонь, едем на свадьбу! — приказал Юрий. — И не бойся, твоя музыка поможет мне убить водяного.

Музыкант даже подпрыгнул от радости, а жена подала ему жилет и сказала:

— Не трусь, муженёк. Бей тех, кто принёс нам несчастье!

Выбежал музыкант во двор, выкопал гармонь, вспрыгнул на телегу и покатил с Юрием на свадьбу.

На мельнице шёл пир горой. Вдруг где-то рядом загрохотало. Водяной осклабился, поднял бокал и выпил до дна. Потом облизнулся и проквакал: «Квак, квак, квак!» Но тут же спохватился и проговорил человеческим голосом:

— Превосходное питьё! Отец мельник, налей ещё бокал!

На столе уже дымились жаркое и яичница. Когда Юрий привёл музыканта, в доме пошло такое веселье, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Бросил водяной музыканту горсть золотых монет, и тот сразу заиграл весёлую плясовую. А за окном шумела непогода. Вода в омуте бурлила, как в кипящем котле. Молнии одна за другой полосовали небо, гремел гром, на мельнице дрожали стены и звенели стёкла. Водяной плясал с Францкой, а мельник подхватил свою дебелую мельничиху и стал лихо отплясывать польку.

Юрий молол зерно. Он уже приготовил вилы, чтоб поддеть на них водяного, но тут высунулась из воды толстая голова деда Сома.

— Погоди, не спеши. Когда вода унесёт третье колесо, столкни Детокрада в омут! — сказал Сом и вновь скрылся под водой.

Вода всё прибывала и прибывала. У Юрия болела душа за Францку, поэтому он распахнул дверь и крикнул:

— Хозяин, вода поднимается! Не прикажешь ли остановить мельницу?

— Тебе бы только баклуши бить! — гаркнул мельник. — Марш на мельницу! В воскресенье свадьба, будет тысяча гостей! Сыпь пшеницу во все желоба, чтоб хватило муки на пироги!

Юрий вернулся на мельницу.

Гром гремел без передышки. Музыкант побледнел и перестал играть.

— Играй, несчастный! — заорал мельник, поднося ему чарку. А потом обратился к Детокраду: — Пей, мой зять! Пей да скажи, кто ты таков и откуда родом!

— Я водяной! Квак, квак! — брякнул Детокрад спьяну. Мельник стукнул кулаком по столу так, что зазвенели бокалы, и расхохотался.

— Ха-ха-ха! Ну и шутник, ну потешил! Ну, дочка, не заскучаешь ты с таким муженьком!

Францка так и прыснула со смеху. Мельничиха и музыкант тоже засмеялись.

Юрий распахнул дверь и крикнула:

— Хозяин, вода унесла колесо! Не остановить ли мельницу?

— Купим другое, теперь у нас много дукатов! — прокричал мельник. — Сию минуту принимайся за дело!

Делать нечего, опять Юрий стал молоть зерно. Мельница качалась, как на волнах. Вскоре Юрий снова вбежал в дом.

— Хозяин, спасайтесь, вода унесла второе колесо! Музыкант вскочил на ноги, но мельник толкнул его на место и прогремел:

— Играй, дурак! Моя мельница всё выдержит. Чёрт с ними, с колёсами! У нас есть дукаты! А ты, Юрий, ступай на мельницу, мели с одним колесом, в воскресенье свадьба!

КОНЕЦ ВОДЯНОГО

Вода всё росла, бурлила и доставала уже до окон. Музыкант остервенело наяривал на гармошке, в комнате пили и плясали. Францка радовалась золотому перстню, мельничиха, забыв про грозу, вновь и вновь пересчитывала дукаты, а пьяный мельник всё подливал вина уже захмелевшему гостю. Спьяну водяной всё громче квакал и, танцуя, подпрыгивал, как лягушка. Вдруг он услышал шум воды и сразу затосковал по своему дворцу. Не станет он околачиваться здесь до воскресенья. Уйдёт сейчас же! Невесту в охапку и в воду! Подошёл он к Францке, погладил по руке — рука тотчас покрылась пупырышками, погладил по лицу — и рот у неё стал лягушачий. Теперь бы самая пора сбросить с себя обличье человека, но, видно, хмель ударил ему в голову. Брякнулся он на скамью, сидит, пошевельнуться не может.

Францка запрыгала по комнате, а мельник, думая, что это она из озорства превратилась в лягушку, хохотал до упаду. Пошёл он к жене на кухню и говорит:

— Ну и дочка у нас бедовая! Погляди-ка, что выделывает — взяла и превратилась в лягушку!

А тем временем унесло третье колесо. В комнату хлынула вода. Мельник с мельничихой с перепугу выпрыгнули в окно и утонули, а музыкант сел верхом на свою гармошку и поплыл, крича во весь голос:

— Спасайтесь кто может!

Юрий влетел в комнату, чтоб спасти Францку и поквитаться с водяным. Но Францки здесь не было, а Детокрад неподвижно сидел на скамье. Схватил его Юрий за шиворот, поднял, как куль, трижды шмякнул о стену и вышвырнул в окошко. В эту минуту стены дома качнулись и рухнули, и Юрия тоже поглотили осатанелые волны. Неожиданно вода успокоилась, и не успел Юрий понять, что к чему, как дед Сом выбросил его на сушу. В омуте водяной мигом протрезвился, сбросил с себя человеческую личину и кинулся в свой стеклянный дворец, но вместо дворца угодил в сеть из человечьих волос. Понял водяной, что попался. Стал он биться в сети, бесноваться, корчиться, но только больше запутывался в ней. Музыкант подплыл на своей гармошке к Юрию, помог ему вытащить водяного на берег и заиграл весёлые припевки. Взмолился Детокрад:

— Я дам тебе всё, что пожелаешь, только отпусти меня!

Но не затем его Юрий ловил, чтоб тут же отпустить. Взвалил он водяного на спину и пошёл вместе с музыкантом показывать его тем, у кого он украл детей. Несчастные матери лупили его чем ни попадя, а дети радостно кричали:

— Конец водяному, конец!

Долго ходил Юрий по сёлам, как вдруг, откуда ни возьмись, Белая Цапля. Раскрыла она клюв и сказала:

— Дед Сом послал меня за ключом от стеклянного дворца!

На радостях Юрий совсем забыл про ключи, которые приросли к сердцу водяного. Разорвал он его косматую грудь и вырвал из сердца первый ключ. Водяной так взвыл, что земля задрожала. Юрий протянул Цапле ключ и молвил:

— Отнеси деду Сому вместе с моим приветом!

Только Цапля улетела, как прилетел Аист.

— Дед Сом послал меня за ключом от темницы, где томятся пленники Детокрада.

Юрий, не мешкая, вырвал из сердца водяного второй ключ. От крика его дрогнули горы. Юрий протянул Аисту ключ и молвил:

— Отнеси деду Сому ключ и поклонись за меня всем пленникам!

На сердце водяного оставался ещё один ключ — от шкатулки, где хранилась жемчужина-слеза. Юрий уже взялся за него, как вдруг водяной, корчась от боли, завопил:

— Не убивай меня, если хочешь найти Францку!

Призадумался Юрий. Не вырвет он третий ключ умрёт его мать. А коли вырвет, то никогда больше не увидит Францку. Как тут быть? И всё же сердце говорило ему, что сперва надо позаботиться о матери. Думал он так да гадал и вдруг почувствовал, что кто-то трётся о его ноги. Глянул вниз — а там соловушка с повреждённым крылом. Взял его Юрий на ладонь и прислонил к лицу. А соловушка защебетал:

— Поспеши, Юрий, матери плохо!

Юрий больше не раздумывал. Вырвал он из сердца водяного третий ключ, надел его на верёвочку и повесил себе на шею. Детокрад так завыл, что горы рушились, пока он дух испускал. Люди от радости становились смелее, а Яка Натянимех играл им весёлые песни и пляски. Один король Снесиголова пришёл в ярость, когда узнал про смерть водяного. Разослал он во все концы слуг, чтоб хватали всякого, кто осмелится играть на гармошке или на чём другом. Но Яка Натянимех больше не прятался под кроватью. Убежал он в лес, и много бедняков пошло за ним.

ЮРИЙ ИЩЕТ ЯСТРЕБА ОСТРОКЛЮВА

Долго бежал Юрий от королевских слуг. Наконец добежал он до дремучего леса и прилёг на опушке под тенистым буком немного вздремнуть.

Ключ из моржового клыка блестел на солнце. Заметила его сорока и ну клевать верёвочку, на которую он был надет. И до тех пор клевала, пока не порвалась верёвочка. Взяла она ключ и улетела в синее небо.

Юрий сразу проснулся и кинулся за ней вдогонку; с утёса на утёс перемахивает, глубокие пропасти перескакивает. Умаялся, из сил выбился, а сороки не поймал. Села плутовка на высокое дерево и косится на Юрия. «Ну, воровка, теперь ты от меня не уйдёшь!» — подумал Юрий, схватил камень и пустил его в сороку. Но камень пролетел мимо, перелетел через крутые горы и упал прямо в гнездо ястреба. Остроклюв как раз почивал после очередного разбоя. Проснулся он, взмахнул крыльями и взмыл в поднебесье. Увидел он сверху сороку, вихрем налетел на неё, взял в клюв и унёс в своё гнездо.

Закручинился Юрий пуще прежнего. Как найти ястреба Остроклюва? Идёт он печальный по горной тропе, а навстречу ему тот самый нищий, которого он одел и обул.

— Поймать его можно только в силок из чистого серебра, — сказал нищий. — Поставь силок в гнездо и, когда ястреб попадётся, вырви со спины его золотое перо. В этом пере вся его сила. Оно поможет тебе освободить детей, которых украл ястреб.

— А где мне взять столько серебра? — озабоченно спросил Юрий.

— У людей! — ответил нищий.

— Откуда у бедняков серебро?

— У каждого найдётся серебряная монета, припрятанная на чёрный день.

Поблагодарил Юрий нищего и пошёл в ближнее село. Постучал в крайний дом. Там жила мать, у которой ястреб украл сына. Жила она с тремя детьми в большой бедности. Жаль было Юрию голодных детей, и всё же он попросил:

— Дай мне, хозяюшка, серебряную монетку!

Женщина оторопела.

— Уж не рехнулся ли ты, добрый человек? Откуда у меня серебро?

— Дай серебряную монету, не пожалеешь! — не унимался Юрий. — Я иду ловить ястреба Остроклюва, но без серебряной монеты мне его не поймать.

Услышала женщина про ястреба да и говорит:

— Есть у меня одна такая монета. Берегла про чёрный день. Но на такое дело не пожалею.

Женщина занавесила окошко, взяла лом, подняла половицу и вытащила свою единственную серебряную монету.

— Вот, юнак, бери. Желаю тебе удачи!

Ходит Юрий от села к селу, и везде отдают ему последнюю серебряную монету. Раз подходит он к крестьянскому дому, а там королевские слуги пшеницу отбирают. Вот погрузили всё на телегу, один из слуг раскрутил над головой бич и огрел крестьянина по лицу. Задрожал крестьянин от обиды и низко поклонился своему обидчику. И до тех пор кланялся, пока телега не скрылась за поворотом. Подошёл к нему Юрий, размахнулся и ударил его по уху.

— За что ты меня ударил? — пролепетал перепуганный насмерть крестьянин.

— А за то, что постоять за себя не умеешь! — ответил Юрий.

— Но ведь так король велит! — застонал крестьянин, потирая покрасневшее ухо.

— А ты слушай его больше!

— Как же я могу ослушаться? — удивился крестьянин.

Юрий подставил ему правое ухо и сказал:

— Ударь и ты меня!

Крестьянин поплевал на ладони, размахнулся и дал ему такую затрещину, что Юрий упал как подкошенный. Проснулась в крестьянине сила необъятная, выбежал он на дорогу, поглядел в ту сторону, куда уехали королевские слуги, и закричал что было мочи:

— Ну, берегитесь, злодеи, теперь я тоже драться умею!

Потом позвал Юрия в дом, хорошенько угостил его, а напоследок спросил:

— Сколько стоит твоя наука?

— Недорого. Дай мне одну серебряную монетку.

Прикрыл крестьянин окно, взял лом и вытащил из-под половицы серебряную монету.

— Вот, бери. Последняя. Берёг её про чёрный день.

Набрал Юрий тысячу серебряных монет, пошёл к кузнецу, и тот выковал ему такой силок, какой удержал бы целую стаю орлов. Поблагодарил Юрий кузнеца и отправился в горы искать ястреба Остроклюва. Шёл он три дня и три ночи, перепрыгивал через бездонные пропасти, карабкался по отвесным скалам, все руки себе изрезал, ноги искровянил. На третьи сутки увидел гнездо ястреба. Было оно шириной в девять локтей и сложено из самых толстых деревьев. Кругом валялись овечьи кости. Мёртвая сорока всё ещё держала в клюве ключ из моржового клыка. Влез Юрий в гнездо, взял ключ и поставил серебряный силок. А сам спрятался за скалу и стал ждать.

Вдруг в воздухе засвистело. Ястреб Остроклюв возвращался с добычей — в когтях он держал овцу. Величиной он был с девять орлов, а по виду напоминал огромную ящерицу со змеиной кожей. Когти точно железные крючья, а от широченных крыльев шёл такой сильный ветер, что Юрия едва не сдуло в бездну. Ястреб покружил над гнездом, потом спустился и хотел уж приняться за овцу, но тут — щёлк! — и серебряный капкан захлопнулся. Ястреб рванулся вверх, но силок тянул его вниз. Юрий выскочил из засады, подбежал к ястребу, отыскал глазами золотое перо и вырвал его. В ту же минуту ястреб испустил дух и покатился в пропасть, увлекая за собой огромные камни. А горы так тряслись, словно началось землетрясение.

Только ястреб сгинул в бездне, как из дремучих лесов выпорхнули птицы и разлетелись по садам и огородам. Они пели так прекрасно, что люди не могли усидеть дома. Крестьяне собирались под липой посреди села и пели вместе с птицами песни, от которых уже совсем отвыкли.

Прослышал об этом король. И такой его взял страх, что велел он немедля надстроить крепостные стены и утроить стражу. А Юрий ходил себе с песнями по сёлам, и везде ему говорили:

— За водяного женщины отдали тебе свои волосы, за ястреба мы отдали серебряные монеты. За короля мы ничего не пожалеем. Скажи, что тебе нужно?

Но Юрию ничего не надо было. Он весело помахивал золотым пером и думал: «Где же те двери, которые откроет это перо?» Шёл он с этой мыслью путём-дорогой, и вдруг перо вырвалось из его руки и, вертясь и кувыркаясь, полетело вперёд. Юрий шёл за ним по жнивью и зарослям терновника, а когда присаживался в тени отдохнуть, то перо тоже останавливалось. Когда Юрий вставал, перо снова пускалось в путь. Привело оно Юрия в какую-то пустыню. Нигде ни деревца, ни цветочка, ни птичьего щебета. Стоит посреди пустыни гора, а вокруг неё ядовитые змеи ползают. Перо сразу к горе полетело. Змеи тут же присмирели, прилегли. Прошёл Юрий мимо них и очутился у огромной железной двери. Дверь была заперта. Перо влезло в замочную скважину, повернулось три раза, и дверь отворилась.

Юрий вошёл в пещеру и чуть не ослеп от странного блеска. Это блестело золото в руднике короля Снесиголовы. Из пещеры во все стороны вели ходы, и в них копошились рудокопы — те самые дети, которых украл Остроклюв и отдал в рабство королю. Они добывали золото, а ядовитые змеи сторожили их.

Юрий вложил в рот два пальца и засвистел. Из всех ходов стали выходить рудокопы. Уж как они радовались небу и солнцу, сиявшему за распахнутой дверью. Потом они взялись за руки, и Юрий вывел их из пещеры. Как только последний рудокоп вышел на волю, дверь с треском захлопнулась, гора рухнула, а ядовитые змеи уползли в землю. Золотое перышко взмыло ввысь, подлетело к солнцу и сгорело, вспыхнув ярким пламенем. А на землю упала горстка пепла.

Один юноша бросился к Юрию, поцеловал его и воскликнул:

— Я Дане, старший сын Тилена Пищалы!

Так нашёл Юрий своего брата. С ним вместе возвращалось домой целое войско девушек и парней. Вот пришли они в первое село, а туда как раз нагрянули королевские слуги за данью. Созвал Юрий всех бывших рудокопов и спросил: — Хотите отплатить мне за добро?

— Только скажи, чего тебе надо! — закричали все в один голос.

— Тогда перебейте королевских слуг!

И ни один королевский слуга не ушёл живым из села.

КТО-ТО НЕДОВОЛЕН ОСВОБОЖДЕНИЕМ ЗОЛОТОЙ РЫБКИ

Народ веселился, а Юрий опять в путь-дорогу, отправился, на сей раз за жемчужиной-слезой. Ведь только она могла вернуть здоровье его матери. Вот подошёл он к омуту, где теперь вместо мельницы были одни развалины, и вспомнил Францку. Заныло сердце у молодца. Где она? Куда унесли её сердитые волны? И решил он спросить деда Сома. Дед Сом знает всё на свете и должен знать, что сталось с Францкой. Вынул Юрий из кармана зуб и бросил его в омут. Но дед Сом не высунулся из воды. До поздней ночи ждал его Юрий, не ведая о том, что там теперь живёт Судак, злейший враг деда Сома, прогнавший его из родного омута.

А случилось это вот как. Получив от Цапли ключ из кости акулы, дед Сом быстро собрал всё рыбье племя и поплыл с ним к стеклянному дворцу, где Детокрад держал детей, превращенных им в рыб и раков. Бедные пленники уже слышали про смерть водяного, но, увы, домой они не могли вернуться, потому что по-прежнему оставались рыбами и раками. Едва дед Сом ступил во дворец, как все они тут же забились в самый тёмный угол — бедняжки думали, что старый Сом хочет их съесть. Но Сом не стал их есть, он остановился посреди дворца и ласково сказал:

— Не бойтесь меня, милые дети. Выходите из своего угла и послушайте, что я вам скажу. Вы много терпели, так потерпите же ещё немножко — скоро придёт сюда человек, по имени Юрий, и возьмёт из шкатулки жемчужину-слезу. Она-то и снимет с вас злые чары, и вы вновь станете мальчиками и девочками. А пока хорошенько приберите дворец — в нём теперь будет жить наша королева Золотая Рыбка.

Во дворце закипела работа. А дед Сом спустился в подвал, отыскал самую мрачную темницу, вставил в замочную скважину ключ из кости кита, и двери темницы распахнулись. Золотая Рыбка так ослабла, что не могла подняться с кучи грязных водорослей, на которых она лежала. Дед Сом осторожно подхватил её своим огромным ртом и понёс в омут — была как раз пора полнолуния, и всё речное население уже собралось в тронном зале. Там он положил Золотую Рыбку на престол из перламутровых ракушек.

— Неужели это не сон?! — радостно воскликнула Золотая Рыбка, очнувшись. — Неужели я опять свободна? Какое счастье!

— Ты опять с нами! — кричали рыбы и раки. — Теперь тебе некого бояться!

— Водяного больше нет! — сказал дед Сом. — И потому все мы просим тебя снова стать нашей владычицей и править нами так же, как ты раньше правила, — в полном согласии с нашими рыбьими законами.

Золотая Рыбка приподнялась на троне. Она была самой маленькой среди собравшихся, но несравненная красота её вызывала всеобщее восхищение.

— Благодарю вас, дорогие мои! — сказала Золотая Рыбка. — Обещаю вам править так, как то предписывают извечные законы нашего племени. Но одной мне не справиться со столь многотрудными обязанностями, и потому я назначаю деда Сома своим первым министром и главнокомандующим наших войск.

— Ура, ура, дед Сом! — закричали довольные рыбы.

Но не все в зале радовались решению Золотой Рыбки. В душе надменного Судака клокотали злоба и ненависть. Он завидовал деду Сому, завидовал его возвышению и почёту, каким он пользовался у своих соплеменников. А ещё он завидовал Золотой Рыбке. Ему давно уже хотелось сесть на престол, и он решил заполучить его всеми правдами и неправдами. «Не пристало мне, отпрыску древнего, благородного рода, подчиняться какому-то неотёсанному Сому, — думал спесивый Судак. — Кто может запретить мне полакомиться сейчас парочкой рыбёшек?» Тут он раскрыл свою зубастую пасть и проглотил разом пять уклеек. В зале поднялся шум и гвалт. Малыши плакали, матери падали в обморок, толпа ринулась к выходу, а Судак гордо плавал вокруг трона и бросал на королеву победные взгляды.

— Стойте! Спокойно! — крикнула вдруг Золотая Рыбка. Все сразу притихли. Даже Судак на мгновение замер на месте. Вид у него был грозный, глаза метали молнии.

— Что хочу, то и делаю! — дерзко заявил он Золотой Рыбке. — Никому не позволю командовать собой!

С этими словами оттолкнул он стоявших у входа стражников и вымахнул из зала. А потом обернулся и прокричал:

— Я один буду властвовать в этих водах, а всем непокорным — смерть! Так и знайте!

И тут он исчез с глаз собравшихся.

ВОЕННЫЙ СОВЕТ

Все, кто был в зале, сразу сникли. Уклейки окружили деда Сома и взмолились:

— Отомсти за нас, дед Сом!

Старик Сазан дрожал как осиновый лист. Он осторожно высунулся из ила и, увидев, что Судака здесь нет, подлетел к насмерть перепуганным рыбам и закричал:

— Кто храбр и смел, за мной! Сразимся с Судаком!

Но никто не откликнулся на его призыв. А самые степенные и благоразумные рыбы столпились вокруг трона и стали ждать, что скажет Золотая Рыбка.

— Я распускаю собрание! — возвестила королева. — Объявляю в омуте военное положение. Пусть здесь останутся старейшины племён. Остальные расходитесь по домам и ждите нашего решения.

— И готовьте оружие! — добавил дед Сом.

Вскоре в зале начался военный совет.

— Шею ему свернуть! — расхрабрился старый Сазан.

— Погоди, не спеши! — сказал дед Сом. — В таком деле нельзя принимать опрометчивых решений. Послушаем сначала, что скажут другие.

— Он нарушил закон! — заявил Окунь. — И заслужил смерть!

— Смерть! — согласился Голавль. — Он оскорбил тебя!

— Смерть! — сказал представитель щучьего племени. — Он угрожал нашей королеве!

— Смерть! — добавил старейшина усачей. — Он сам метит в короли.

— Смерть! — присоединился к остальным старый Рак. — Он слишком задаётся!

— Смерть, смерть, смерть! — загалдели все члены военного совета.

— Когда выступаем? — спросила Золотая Рыбка.

— На рассвете! — сказал дед Сом. — Щука, ты первая поведёшь свой отряд в атаку! Храбрости вам не занимать, да и вооружены вы лучше других.

— Слушаюсь, мой генерал! — сказал старейшина щучьего рода. — А тебе, моя королева, лучше на это время удалиться в стеклянный дворец, — посоветовал дед Сом Золотой Рыбке.

Потом члены военного совета разработали план сражения и разошлись по домам — немножко соснуть перед решительным боем.

БОЙ И ПОРАЖЕНИЕ

Рано утром Судак проснулся, взмахнул хвостом и отправился на охоту. Сначала он всплыл на поверхность реки, немного поплескался для разминки и нырнул в самое глубокое место под водопадом. Там он притаился в ожидании добычи. Ждать пришлось недолго. Вскоре совсем близко от него показалась какая-то рыбка. Судак раскрыл пасть и увидел перед собой целый отряд щук.

— Сдавайся, разбойник! — прогремел щучий старейшина. Но Судак только хвостом вильнул. Тогда старейшина смело пошёл на Судака, отряд двинулся за ним. Из груди разбойника брызнула кровь, но он был ещё очень силён. Мигом расправился он со старейшиной и всё его войско раскидал в разные стороны. Израненные, покалеченные щуки ни с чем вернулись в омут.

— А где ваш начальник? — спросил дед Сом.

— Пал смертью храбрых! — ответили щуки.

Дед Сом задумался. Как быть? Лучший его отряд потерпел поражение. Другим и подавно не одолеть Судака. Но, с другой стороны, у них целая армия, а Судак — один.

А пока дед Сом раздумывал, в атаку пошёл отряд голавлей. Судак с аппетитом доедал последнюю раненую щуку, когда вдруг услышал команду: «Вперёд!» Недолго думая врезался он в самую гущу противника и отчаянно заработал хвостом и зубами. Голавли храбро бились, но всё же не смогли победить Судака. Многие из них полегли, а те, что живы остались, вернулись в омут к своему главнокомандующему.

— Где ваш начальник? — устало спросил дед Сом.

— Пал в кровавой битве! — ответили голавли.

Дед Сом пригорюнился. Из глаз его закапали слёзы. Теперь черёд сазанов, но где им одолеть Судака, если такие смельчаки, как щуки и голавли, не справились с ним. Но, с другой стороны, в трудный час и малодушные становятся героями.

А пока дед Сом размышлял, отряд сазанов готовился к бою. Это был отборный отряд, составленный из превосходных крупных рыб. Старый Сазан с гордостью взирал на своё неповоротливое войско и говорил:

— Вести с войны не слишком утешительные, но что нам до этого? Мы ведь не какие-нибудь трусы?

— Не трусы! Не трусы! — закричали хором сазаны. — Разорвём Судака на части!

— Тогда за мной на смертный бой! — воскликнул Сазан и повёл свою армию на Судака.

Но и сазанов постигла та же печальная участь. В смертельном страхе примчались они обратно в омут и запричитали:

— Конец нам, конец!

— А где ваш начальник? — озабоченно спросил дед Сом.

— Пал смертью храбрых!

Крепко задумался дед Сом. Судак непобедим. Армия разбита. Остаётся самому сразиться с этим разбойником.

Взял Сом двух своих внуков и повёл их на бой с Судаком.

Судак как раз отдыхал после битвы, когда вдруг увидел нового противника. В первую минуту он хотел удрать, но вместо этого встрепенулся и стрелой полетел на юного Сома.

Схватил его за жабру и вырвал её прочь. Бедный Сом залился кровью и поплыл брюхом кверху. Несчастный брат его погиб следом за ним. Теперь старому Сому стало ясно, что Судак намного сильнее его и что сейчас ему лучше отступить. Ведь если он погибнет, то престол наверняка достанется Судаку, а Юрий никогда не найдёт жемчужину-слезу. Поразмыслил так дед Сом, взмахнул хвостом и поплыл вверх по реке.

— Ага, удрал, старый плавник! — смеялся вслед ему Судак. — Отныне я хозяин омута, и всё, что там есть, моё!

А дед Сом всё плыл да плыл. Он решил во что бы то ни стало найти Юрия.

КАК ЛЯГУШКА ИСКАЛА ЮРИЯ

Зелёная Лягушка из последних сил доплыла до зарослей тростника, села на кувшинку и залилась горючими слезами. Кругом была вода, под ней проплывали зубастые щуки, юные раки опасливо таращились из своих нор, возле цветка резвился чёрный нырок. Францка глянула вниз и обомлела — из воды на неё смотрела Лягушка. Не успела она прийти в себя, как над ней нависла новая беда — прямо на неё, раскрыв свой длинный клюв, летел Аист. Недолго думая Лягушка спрыгнула в воду и зарылась в ил.

Так и жила она в воде и иле и с каждым днём всё больше тосковала по Юрию.

Сидела она как-то на кувшинке и горько плакала.

— Не плачь, моя милая Лягушка, — сказал Нырок, которому она очень нравилась. — Сердце моё разрывается на части, когда я вижу тебя печальной.

— Если б ты только знал, как мне тяжело! — отвечала безутешная Лягушка.

— Я тебя вполне понимаю. У меня тоже большое горе — моих милых деток сожрал водяной. Но больше он никому не причинит зла.

— Он умер? — радостно воскликнула Лягушка.

— Не своей смертью. Его убил Юрий, и о нём говорят теперь повсюду.

— Уж не тот ли это Юрий, который служил на мельнице?

— Да, да, он самый! Красив, как горный цветок, силён, как зелёный дуб, добрый, как майское солнышко. Все девушки глаз от него не отводят.

— А он уже выбрал себе невесту?

— Кажется, ещё нет. По крайней мере, так говорит старый Рак, а он это слышал от Ракушки, что живёт в озере, а ей сообщил Аист. А ещё она говорила, что по всей стране ищет он дочку мельника Францку. Никак не пойму, на что ему эта гордячка.

Лягушка зарыдала ещё громче. «Поделом мне, поделом! — лепетала она, глотая слёзы. — За свою спесь и чванство стала я гадкой лягушкой». И решила она с горя утопиться. Но только она об этом подумала, как в воде сильно зашумело и возле кувшинки показалась толстая голова деда Сома.

— Доброе утро, зелёная Лягушка! — поздоровался дед Сом.

— Доброе утро, — дрожащим голосом ответила Лягушка.

— Не бойся меня, милая Лягушка! Скажи мне только, не хочешь ли ты на всю жизнь остаться лягушкой?

— Нет, нет, нет!

— Я тоже не хочу доживать свой век в изгнании.

И дед Сом поведал ей, как Судак прогнал его из родного омута.

— Один Юрий может победить Судака! — воскликнула Лягушка.

— Я тоже так думаю. Только как нам его найти…

— Будем искать и найдём!

— Ладно, будь по-твоему. Только учти, путь нам предстоит неблизкий.

— А ты повезёшь меня?

— Конечно! Будешь разъезжать в моей пасти, как в карете. Садитесь, прекрасная Лягушка! — И дед Сом открыл свою широкую пасть.

Лягушка прыгнула туда, устроилась поудобнее за зубами и поехала.

— Куда прикажете? — спросил дед Сом.

— Сперва к раку Всезнайке. Может, он подскажет, где сейчас Юрий.

Недалеко отсюда, чуть вверх по реке, жили раки. Питались они всякой мелкой рыбёшкой да объедками, какие люди то и дело бросают в воду, и потому рыбы относились к ним свысока. Самым почтенным среди них был старый Рак, который уже много раз менял свой панцирь. Он жил на илистом дне речной впадины и слыл великим мыслителем. Едва завидев Сома, Рак на всякий случай забрался в свою нору, но когда из пасти Сома выпрыгнула совершенно очаровательная Лягушка, вокруг гостя мигом столпились все жители рачьего посёлка.

— С чем пожаловал, дед Сом? — спросил Рак. — И что привело к нам прекрасную Лягушку?

— Мы ищем Юрия, — ответила Лягушка. — Он один может победить Судака. Может быть, вам известно, где он сейчас?

— Давно, в дни молодости, слышал я о нём от Ракушки, что живёт в озере. Поймал я её как-то и хотел съесть, но она была такая твёрдая, что я только обломал ей края. Вот тогда-то она и пригрозила мне, что в один прекрасный день Юрий вытащит меня из норы и бросит в кипящий горшок… С тех пор я о нём ничего не слышал.

Поблагодарил дед Сом Рака и отправился вместе с Лягушкой на озеро, где жила Ракушка.

— Здравствуй, тётушка Ракушка! — поздоровался дед Сом. — Не знаешь ли ты случаем, где сейчас Юрий, который победил водяного?

— Слышала я о нём когда-то от Белой Цапли. Поди спроси у неё.

— А где теперь Цапля?

— Ступайте вверх по реке, там сейчас рыба мечет икру. Где ж ей и быть, как не там? — сказала Ракушка и захлопнула дверь.

Делать нечего, поплыл дед Сом вверх по реке.

— Погоди, дедушка, — сказала вдруг Лягушка. — Я выплыву на поверхность и посмотрю, где мы сейчас.

Но только она высунула из воды голову, как над ней заколыхалось белое облако, потом раскрылся большой клюв и цапнул её.

— Отпусти её! — загремел дед Сом, схватил Цаплю за ногу и потащил в реку.

От страха Цапля раскрыла клюв, Лягушка упала в воду и сразу прыгнула в пасть Сома. А дед Сом всё ещё держал Цаплю за ногу. В смертельном страхе хлопала она крыльями и молила:

— Прости меня, дед Сом, отпусти… Не знала я, что эта милая Лягушка — твоя знакомая. Ты прощаешь меня, дорогая Лягушка?

— Прощаю, прощаю, скажи только, где сейчас Юрий, который победил ястреба Остроклюва.

— Он совсем близко отсюда. Проплывите ещё немножко вперёд и там на берегу увидите рыбацкий домик. Часу не прошло, с тех пор как я его там видела. Он дерётся с королевскими слугами, уже весь в ранах, а мать его умирает.

— Вперёд, вперёд! — воскликнула Лягушка.

Дед Сом поплыл так быстро, что по всей реке пошли большие круги.

КАК КОРОЛЕВСКИЕ СЛУГИ НАПАЛИ НА МАТЬ ЮРИЯ

Никак королю не удавалось поймать Юрия, и решил он тогда схватить его мать. Призвал он к себе своих самых лютых слуг, помахал перед ними кошельком, набитым дукатами, и сказал:

— Если приведёте сюда мать Юрия, я вас щедро награжу. А вернётесь без неё — головы ваши покатятся в придорожную канаву.

Испугались слуги и со всех ног бросились разыскивать мать Юрия. Искали они её по всей стране, обшарили все леса, дома и подвалы, но её нигде не было. Тогда главный слуга, по прозвищу Кривой, объявил по всем сёлам, что король освободит от налогов и даст в придачу кошель дукатов тому, кто поможет им найти мать Юрия. Но никто не польстился на эти посулы. Слуга увеличил награду до трёх кошельков. И тогда нашёлся предатель. Был это брат мельника, богатый торговец лошадьми и заядлый картёжник. Приклеил он себе усы, чтоб его никто не узнал, и пошёл к Кривому.

— Веди нас, собачий сын! — рявкнул на него Кривой.

И торговец повёл королевских слуг тайными тропинками через леса и чащи, через горы и долины, и когда настал третий день, привёл их к истоку реки и показал маленький рыбачий домик на другом берегу.

— Там она живёт! Давайте деньги! — сказал он и протянул руку.

Но Кривому жаль было расставаться с дукатами. Подмигнул он своим подручным, и те отрубили предателю голову.

Королевские слуги потихоньку перешли через речку, окружили сад, а Кривой вошёл в дом. Увидел их Соловей со сломанным крылом, выпорхнул из кустов и полетел навстречу Юрию. А Юрий в то время спал под тенистым деревом. Соловей подлетел к нему, сел на лицо и клюнул в нос. Юрий тотчас проснулся.

— Скорей, скорей! — защебетал Соловей. — Мать твоя в большой опасности!

Вскочил Юрий на ноги и что было духу побежал домой. Ещё издали услышал он крики матери и побежал ещё быстрей. Вот подбегает он к дому, а королевские слуги уж волокут его мать к лодке. Недолго думая взмахнул он острогой и стал расшвыривать слуг в разные стороны. Уж отступились они от матери и бегут к лодке, а он всё знай себе размахивает острогой. Вдруг в глазах у него потемнело, он пошатнулся и чуть не упал. «Умираю!» — в отчаянии подумал Юрий, но в эту самую минуту лодка отошла от берега и скрылась в волнах. А ещё через минуту наскочила она на пороги и разбилась в щепы. И все, кто был там, пошли ко дну.

Юрий собрал последние силы, взял на руки мать, отнёс её в дом и уложил в постель. И тут же сам упал на земляной пол.

— Мы прибыли в самое время! — сказал дед Сом. — Если б я не перегрыз верёвку, которой лодка была привязана к берегу, не знаю, чтоб тут было.

— Юрий ранен и истекает кровью! — застонала Лягушка.

— Не беспокойся. У меня есть для него лекарство, — сказал дед Сом и вырвал со дна реки какую-то былинку.

— На, приложи к его ранам, и он опять будет здоров и крепок, как дуб.

Лягушка вылезла из пасти Сома, выбралась на берег и, спрятавшись в зарослях ириса, стала ждать вечера. А когда настал вечерний час и Соловей запел свою жалобную песню, она покинула своё укрытие, подбежала к дому, перепрыгнула через порог и встала как вкопанная.

На полу лежал израненный Юрий. Больная мать заботливо перевязывала ему раны.

А Лягушка смотрела на них и вспоминала свой дом, где всё было по-другому. Поняла она, что такая любовь дороже всякого богатства. Она же, глупая, променяла её на дукаты. И вот что из этого вышло. И Лягушка громко заплакала с горя.

— Кажется, здесь кто-то вздохнул? — спросил Юрий.

— Это ветер задул над рекой, — ответила мать.

Лягушка зарыдала пуще прежнего.

— Здесь кто-то есть, — сказал Юрий и хотел встать, но не смог.

Мать погладила его по лицу, а Соловей взлетел на подоконник и запел колыбельную. Юрий уснул, мать тоже прилегла отдохнуть.

Лягушка подбежала к Юрию и начала прикладывать к его ранам целебную траву. А потом выбежала из дома и горько заплакала.

— Скажи, Францка, чем я могу тебе помочь? — спросил её Соловей.

— Ох, малая птаха, если б ты научила меня, как освободиться от злых чар.

— Для этого Юрий должен полюбить тебя в образе лягушки! — прощебетал Соловей и улетел.

А Францка вернулась в реку.

ВСТРЕЧА ЮРИЯ С ДЕДОМ СОМОМ

Всё вышло так, как предсказывал дед Сом. Юрий спал всю ночь и весь день, а когда на небе зажглись первые звёзды, он проснулся здоровым и бодрым. Раны его зажили, он вскочил на ноги, сладко потянулся и подошёл к матери.

— Ну, мать, пора мне в путь-дорогу! Только припасу тебе еды, полью сад да новую лодку слажу — старая разбилась в щепы. Вот если б найти деда Сома, он бы мне помог.

Взял Юрий топор и пошёл к реке лодку тесать. А Лягушка вылезла на берег, взобралась на горбатую иву и стала смотреть, как Юрий работает.

Всю ночь возился Юрий с лодкой, а когда птицы запели свою утреннюю песнь, он столкнул её в воду. Потом умыл росой лицо, осушил его солнечными лучами и побежал в дом. А Лягушка вернулась к деду Сому, разбудила его и стала рассказывать про всё, что видела и слышала в избушке Юрия. И про свой разговор с Соловьем поведала. Дед Сом задумался.

— Потерпи немножко, — сказал он наконец. — Мы нашли Юрия. Теперь надо, чтобы и он нас нашёл. Наверное, он потерял мой зуб. А без него мы не можем встретиться.

— Ох, дедушка, может, у тебя найдётся ещё один качающийся зуб? — спросила Лягушка.

— А ну погляди! — прошамкал дед Сом и широко разинул пасть.

Лягушка ощупала каждый зуб и радостно воскликнула:

— Нашла!

— И как я, старый дурак, раньше об этом не подумал! Теперь всё пойдёт как по маслу. Юрий одолеет Судака, вылечит мать…

— А как же я? — жалобно спросила Лягушка.

— Не горюй. Всё уладится. Ступай назад, а когда Юрий отчалит от берега, плыви впереди.

Лягушке ничего не оставалось, как послушаться деда Сома.

Юрий тем временем испёк хлеба на три дня, поцеловал мать, взял острогу и свежих лепёшек и пошёл к реке.

Прыгнул он в лодку, и тут ему показалось, будто под носом её какой-то огонёк светится. Не знал он, что это глаза Лягушки поблёскивали. Огонёк так и манил к себе, и он грёб туда, куда вёл его огонёк. А под лодкой плыл дед Сом, и был он в самом отменном расположении духа.

Едет Юрий на лодке и всё на берега смотрит. Такая там красота, что и сказать нельзя. Смотрел Юрий, смотрел и не заметил, как очутился у водопада. Ещё секунда — и лодка разбилась бы о скалу. Но чудо! Она вдруг остановилась и сама пошла назад! Вот она свернула в протоку, огибавшую водопад, и снова вышла на тихую, спокойную воду.

Юрию и невдомёк, что это дед Сом схватил кончик верёвки, свисавший с кормы, и вывел лодку на спокойную воду.

Опять Юрий по сторонам смотрит. А лодка незаметно свернула с глубокого места и застряла между порогами. Огонёк в воде погас. Пригорюнился Юрий, не знает, как быть. И новое чудо! Лодка сама собой приподнялась и вышла на середину реки. И опять засиял огонёк, указывая Юрию путь.

Долго Юрий грёб и наконец почувствовал сильную усталость. Подъехал он к берегу, привязал лодку к дереву и сел на траву-мураву. Вытащил из торбы хлеб, крошки бросил в воду и стал смотреть, как вокруг них бегают вперегонки маленькие серебристые рыбки.

— Пора! — сказал дед Сом. — Влезь ко мне в рот и выдерни зуб!

Лягушка так и сделала.

— А теперь быстро на берег!

Лягушка вылезла из воды, осторожно подобралась к Юрию, сунула зуб ему в карман и снова нырнула в реку.

Юрий смотрел на рыбок и думал: «Вот если б сейчас приплыл дед Сом!» А Сом уж высунулся из воды и весело закричал:

— Здесь я! Здравствуй, Юрий!

Юрий очень обрадовался.

— Это ты остановил лодку у водопада?

— Я.

— И вызволил меня из каменных тисков?

— Тоже я!

Поблагодарил Юрий своего спасителя, а дед Сом рассказал, что случилось в омуте и как они с Лягушкой ищут его по всем большим и малым водам.

— Где же эта сметливая Лягушка? — весело спросил Юрий.

— Я здесь, — робко проговорила Лягушка. Она сидела на листке лютика и стыдливо опускала глаза.

Лягушка была такая крохотная, что Юрий едва разглядел её. А как увидел, на сердце у него сразу потеплело. Каких он только лягушек не перевидел, но эта была какая-то особенная. Взял он её в руки и стал играть, как с игрушкой. А наигравшись, подумал: «Возьму-ка я её домой. Посажу в стеклянную банку и сделаю маленькую лесенку, и будет она мать веселить и погоду предсказывать».

— Это моя верная подруга! — сказал дед Сом.

— Если так, то и моя! — воскликнул Юрий. — Теперь нас трое, и сам чёрт нам не страшен. Живо в путь, к Судаку!

БОЙ И ПОБЕДА

Дед Сом остановил лодку. Юрий вышел на берег, достал из мешка лепёшки и только присел на траве, чтоб хорошенько подкрепиться, как на колени ему вспрыгнула Лягушка. Взглянула она Юрию в глаза да и говорит:

— Возьми меня с собой!

— Бой будет жестокий, милая Лягушка. Судак только пасть разинет — и тебя как не бывало, — предостерёг её Юрий.

Но Лягушка так упрашивала, что он согласился.

Дед Сом спрятался под лодку, а Юрий с Лягушкой на плече пошёл искать Судака.

Вода в реке была такая чистая, что виден был каждый ка мушек на дне. Там, в углублении под скалой, сидел Судак. Едва он завидел Юрия, как сразу понял, зачем тот сюда пожаловал. Недолго думая выплыл он наверх, стрелой пронёсся перед самым носом Юрия, вильнул хвостом и был таков. Юрий метнул в него острогу, но она лишь воду рассекла.

Юрий бродил по берегу, карабкался по прибрежным скалам, всматривался в воду, но Судака и след простыл. Так прошло полдня. Юрий уже с ног валился от усталости. Сел он на берегу и стал думать про свою больную мать, которая напрасно ждёт его с жемчужиной-слезой. И вдруг услышал шёпот над самым своим ухом: «Не печалься, Юрий. Ты смелый и отважный, но выманить Судака из пещеры можно только хитростью…»

Не успела Лягушка договорить, как над головой Юрия закружилась Ласточка.

— Матери плохо! — прощебетала птичка.

Юрий вскочил на ноги.

Положись на меня! — крикнула Лягушка и прыгнула в реку.

— Судак рванулся из пещеры, потянул ртом воду и проглотил Лягушку. А Юрий взмахнул острогой и вонзил её в разбойника. Потом вошёл в воду, вытащил Судака на берег и вспорол ему брюхо. И глядь: Лягушка выпрыгнула оттуда живая и здоровая. Только на голове небольшая царапинка. Взял Юрий Лягушку на ладонь и благодарно зашептал:

— Милая моя Лягушка, ты хотела отдать свою жизнь за моё счастье!

— Ох, дорогой мой Юрий, — жалобно проговорила Лягушка, — вырежи у Судака печень. Она тебе пригодится!

Вырезал. Юрий печёнку, завернул её в лист лопуха и бросил в торбу.

Наступила ночь, из-за облаков выглянул краешек луны.

ЖЕМЧУЖИНА-СЛЕЗА

В подводном царстве шло великое веселье. Весть о победе над Судаком с быстротой молнии разнеслась по реке, и все рыбы тотчас заспешили в омут на праздник. А пока они собирались, дед Сом приплыл в стеклянный дворец, где его ждали заколдованные дети и Золотая Рыбка, и торжественно объявил о бесславном конце Судака. Во дворце началось бурное ликование, а когда стихли радостные крики и возгласы, Золотая Рыбка сказала:

— Дорогие мои, стеклянный дворец очень красив, но всё его богатое убранство награблено. Поэтому я и хочу вернуться в омут, в свой маленький, скромный дворец. Там жили мои родители, деды и прадеды, там нет ничего краденого. А на стенах его высечены наши законы.

— Да здравствует наша королева Золотая Рыбка! — закричали все, кто был здесь. — Да здравствует первый министр дед Сом!

А потом все гурьбой высыпали из дворца и поплыли в омут.

Прибыв на место, они так и замерли от восхищения. И Золотая Рыбка просто не узнавала своё жилище. Кругом сверкали перламутровые ракушки и пёстрые домики крохотных улиток. Наверху, над залом, плавали белые кувшинки. Такого великолепия здесь ещё не бывало.

Наконец в зале воцарилась тишина, и дед Сом сказал:

— Кажется, все мы в сборе, и потому я позволю себе пригласить к нам Юрия, который освободил нас от наших притеснителей.

Юрий стоял на берегу. Услышал он приглашение деда Сома и сразу бросил в омут его зуб. Вода тотчас расступилась, и перед ним появилась лестница. Взял он в руки Лягушку и стал спускаться вниз.

— Спасибо тебе, Юрий! — хором закричали рыбы, лишь только он ступил в палату Золотой Рыбки.

— Не за что! — ответил Юрий. — Я выполнил свой долг, помог тем, кто был в беде.

— За это ты будешь самый счастливый на свете! — сказал дед Сом. — А теперь пойдём за жемчужиной-слезой. По реке идёт слух, что матери твоей совсем плохо.

Вот пришли они в стеклянный дворец, спустились в подвал, отыскали сокровищницу, но каменной шкатулки там не было — она хранилась глубоко под землёй. Тогда дед Сом кликнул раков и угрей. Они быстро откопали шкатулку, Юрий вставил в неё ключ из моржового клыка, повернул его трижды, и шкатулка открылась. На дне её лежала большая жемчужина. Едва Юрий дотронулся до неё, как на реке поднялись огромные волны, подхватили стеклянный дворец и разбили его на тысячи мельчайших осколков. А река унесла их в море, и не осталось от дворца даже крошечного стёклышка. Рыбы-прислужницы освободились от злых чар и стали юношами и девушками. Один из юношей побежал к Юрию, обнял его и сказал:

— Я Тине, сын Тилена Пищалы!

— Значит, ты мой брат! — радостно воскликнул Юрий. — Ну, а раз ты из рода Пищал, то знаешь, что тебе делать: собирай своих друзей и веди их на тех, кто повинен в нашем несчастье!

Послушался Тине брата, собрал парней и девушек, которые вместе с ним томились в рабстве у водяного, и повёл их на бой с богачами, королевскими правителями и слугами. Матери обнимали их, прижимали к сердцу, и по всей стране зазвенела юнацкая песня.

Юрий простился с собравшимися.

— Счастливого пути! И передай привет своей матери! — оказала ему на прощание Золотая Рыбка и обратилась к Лягушке: — Тебе я подарю золотую чешуйку. Если будет у тебя нужда в деньгах, положи её на землю. Но запомни: воспользоваться ею можно только раз!

Дед Сом пошёл провожать Юрия.

Вода в омуте опять расступилась, Юрий вместе с Лягушкой вышел на берег и сел в лодку. Только он взялся за вёсла, как над ним пролетел Жаворонок и прощебетал:

— Поспеши, мать твоя умирает!

БОЙ С КОРОЛЁМ СНЕСИГОЛОВОЙ

В тот самый час, когда Юрий спрятал на груди жемчужину-слезу, птицы разнесли весть о ней по всей стране.

Прослышал о ней и король Снесиголова. Схватил он свисток и засвистел во всю мочь.

— Немедля в путь! — зарычал он, когда сбежались его последние слуги. — Разбейтесь пополам. Одни пусть едут по правому берегу, другие — по левому. Догоните Юрия! Он едет на лодке, на груди у него драгоценнейшая жемчужина! Без неё лучше не возвращайтесь.

Разбойники вскочили на лошадей и быстрее ветра помчались по обоим берегам реки.

А Юрий грёб и грёб. Лягушка сидела у него на плече и указывала на пороги и мели. Вдруг Юрий услышал сзади шум и обернулся.

— Стой! Сдавайся, не то мы изрубим тебя на куски! — закричали разбойники и выхватили из ножен сабли.

Испугался Юрий. Не одолеть ему такую силищу с одной острогой.

И тут на помощь ему пришла Лягушка. Взяла она золотую чешуйку и положила её на дно лодки. И сразу из неё стали расти дукаты. И становилось их всё больше и больше. Вот они заполнили всю лодку.

— Брось им горсть дукатов! — сказала Лягушка.

Юрий взял горсть монет и бросил их на левый берег. Потом взял ещё горсть и бросил на правый берег. Разбойники попрыгали с лошадей и как безумные кинулись к дукатам. И такая тут пошла потасовка, что никакими словами не опишешь.

— Брось ещё! — сказала Лягушка.

Юрий только успевал швырять во все стороны дукаты. И чем больше он их швырял, тем сильнее слуги лупили друг друга. На земле уже лежало несколько мертвецов. Когда Юрий бросил последний дукат, слуги так передрались, что в живых остался только один. И такой его забрал страх, что он мигом вскочил на коня и умчался восвояси.

Снесиголова стоял на холме, поджидая своих слуг с волшебной жемчужиной. И вдруг подъезжает к нему единственный всадник, да и тот весь в синяках и кровоподтёках. Спрыгнул он с лошади, бухнулся королю в ноги и рассказал всё без утайки. Обозлился король, выхватил из ножен меч и отсек ему голову. Потом выпустил из псарни своих злющих-презлющих псов и погнал их к реке.

А Юрий грёб и грёб. И не жаль ему было дукатов — главное, сберёг он жемчужину, лежавшую у него на груди. Он уж проехал полпути и хотел немного отдохнуть, но тут пролетела над ним Синичка и прощебетала:

— Скорей, Юрий, твоя мать умирает!

Юрий собрал последние силы и опять налёг на вёсла. Вдруг сзади послышался сильный шум. Юрий оглянулся и увидел подбегавших к воде огромных псов. Бегут они, земля дрожит, из очей пламя пышет, из ноздрей дым валит. Вот-вот вплавь доберутся до лодки и разорвут его на части.

— Брось им печёнку Судака! — крикнула Лягушка. — Она ядовитая.

Юрий достал из торбы печёнку, отломил от неё кусок и бросил на берег. Собака, возле которой он упал, проглотила его и тут же околела. Другие подскочили к издохшей, но едва вонзили в неё свои клыки, как тут же протянули все четыре лапы. Остальные по очереди подбегали к воде, но Юрий бросал им ядовитую печёнку, и они дохли одна за другой. Только одна собака не притронулась к печёнке; повернулась она и умчалась назад, к своему хозяину.

Увидел Снесиголова собаку — в глазах испуг, ноги дрожат, хвост поджат, — схватил пистолет и застрелил её. А потом прыгнул в свой чёлн и стрелой поплыл вдогонку за Юрием.

А Юрий уже к дому приближался. Ещё полдня пути — и мать будет здорова! Совсем он выбился из сил и опять пристать хотел к берегу и отдохнуть, но тут пролетела над ним Зорянка и прокричала:

— Поспеши, твоя мать умирает!

Опять Юрий изо всех сил налёг на вёсла. Вдруг сзади послышался окрик, очень похожий на завывание ветра. Юрий обернулся и увидел догонявший его чёлн. В челне стоял король Снесиголова, размахивал мечом и рычал так, что деревья на берегу дрожали от его рыка.

— Отдай мне жемчужину, и я подарю тебе жизнь! — кричал король.

Юрий положил вёсла в лодку и взял острогу. Но Снесиголова силён и могуч. Одной рукой вырывает он дерево вместе с корнями. И был он уже совсем близко от Юрия. Ещё немного — и между ними закипит смертный бой.

Побледнел Юрий и в отчаянии взглянул на Лягушку. Она посмотрела в воду и сказала:

— Гляди, дед Сом спешит нам на помощь!

И впрямь, вода вдруг забулькала, вспенилась, и тысячи рыб запрудили реку. Чёлн короля остановился — теперь он не мог двигаться ни вперёд, ни назад. Снесиголова в страхе заметался по челну. Юрий взмахнул острогой и запустил её в короля. Острое железо со свистом разрезало воздух и вонзилось королю прямо в сердце. Брызнула из него чёрная кровь, живая стена раздалась, и Снесиголова рухнул в воду.

Дед Сом подплыл к лодке. Юрий поблагодарил его, и Сом опять отправился в свой омут, крикнув на прощание:

— А теперь скорей к матери!

ПОСЛЕДНЯЯ ГЛАВА

Юрий грёб и грёб. Наконец завидел он вдалеке свой дом и ещё сильней налёг на вёсла. Вскоре он пристал к берегу и со всех ног бросился к дому.

— Матушка, я вернулся! — закричал он, вбегая в комнату.

Мать приподнялась на постели и протянула к нему руки. Юрий упал перед ней на колени, вынул из-за пазухи жемчужину, и сразу по комнате разлилось чудесное сияние. Мать глубоко вздохнула и заговорила тихим, усталым голосом:

— Сынок, ты спас мне жизнь! Этот свет возвращает мне радость. Сейчас я немножко подремлю, а когда проснусь, то буду опять здорова.

Мать откинулась на подушки и заснула крепким сном.

Юрий положил жемчужину ей на грудь и вдруг услышал над самым ухом какие-то всхлипывания. Он огляделся по сторонам и увидел на своём плече Лягушку.

— Не горюй, милая моя Лягушечка, — сказал Юрий. — Ты будешь жить у меня, как царица. Забудешь про своё болото.

Юрий нашёл большую банку, сорвал на реке кувшинку, из лесу принёс немного моха и соорудил для своей Лягушки прекрасное жилище. Он даже вырезал из щепки маленькую лестничку, чтоб Лягушка могла подниматься наверх, когда ей надоест сидеть в воде.

Но Лягушка была по-прежнему печальна. Видать, вся жизнь её пройдёт в этой стеклянной банке. Разве об этом она мечтала? Ведь всего несколько слов могут расколдовать её. Но Юрий их не произносит. Думает только о матери. Сидит у её постели и смотрит, как свежеет её лицо и как уменьшается жемчужина на её груди. А когда мать вновь открыла глаза, от жемчужины совсем ничего не осталось.

— Матушка, жемчужины больше нет! — горестно воскликнул Юрий.

— И не должно быть, — сказала мать, обнимая сына. — Ведь это была жемчужина-слеза. Вот она и перелилась в сердца всех матерей, вернув им слёзы, которые они выплакали по своим детям. Посмотри, сынок, что это там за окном?

С улицы послышалось громкое пение. Юрий выглянул в окошко и увидел, как к их дому приближаются матери, которые отрезали свои волосы, и все те, кто отдал последнюю серебряную монету. Все в праздничной одежде, а с ними расколдованные юноши и девушки во главе с Тине и Дане. И Яка Натянимех тут со своими храбрецами и с неразлучной своей гармошкой.

Мать взяла Юрия за руку и вывела из дома.

— Слава юнаку, освободившему нас! — кричали все, кто был здесь.

Дане и Тине подбежали к матери. А прекрасные девушки осыпали Юрия цветами и венками. Яка Натянимех тоже подошёл к Юрию, молодецки хлопнул его по плечу и весело сказал:

— А теперь пора и свадьбу сыграть! Выбери себе невесту!

И тут вспомнил Юрий Францку, и сердце его заныло от тоски. Он пригласил всех в дом и принялся потчевать дорогих гостей. А Яка Натянимех заладил про свадьбу, не отступается.

— Он прав, сынок, — сказала мать. — Пора тебе выбрать жену.

Юрий посмотрел на девушек, но ни одна не нравилась ему так, как Францка. Пригорюнился он, погладил свои курчавые волосы, потом взглянул на Лягушку, которая сделала ему столько добра в тяжёлые дни, и сказал шутки ради:

— Вижу я, хочется вам на свадьбе погулять. Вот вам моя невеста!

И только произнёс он эти слова, как стеклянная банка треснула и разлетелась на мелкие осколки. А из осколков встала прекрасная девушка, милая и пригожая, словно весенняя заря. На лице смущение, глаза долу опущены.

Юрий закричал от счастья. Подвёл Францку к матери, и она обняла жениха и невесту. Яка Натянимех заиграл свою лучшую песню, и пошёл тут пир на весь мир.