Братья Гримм  Ранец, шапочка и рожок

Жили когда-то три брата. Стали они всё беднеть и беднеть, и, наконец, так обеднели, что пришлось им совсем голодать, – не было у них даже и куска хлеба на пропитание. Вот они и говорят:

– Так жить больше нельзя; уж лучше мы пойдём по свету счастья искать.

Собрались они в путь и прошли уже далеко, много дорог и тропок поисходили, но счастья нигде так и не нашли. Вот попали они раз в дремучий лес, а посреди него стояла гора; подошли ближе, видят – а гора-то вся из серебра. И говорит старший:

– Ну вот я и нашёл своё счастье желанное, а большего я не хочу. – Набрал он серебра столько, сколько был в силах нести, повернул назад и домой воротился.

А двое других говорят:

– От счастья мы хотим большего, чем одно лишь серебро, – и они не взяли его и двинулись дальше.

Шли они несколько дней и пришли к горе, была она вся золотая. Остановился второй брат, подумал и не знал, как ему поступить.

– Что мне делать? – говорит он. – Взять ли мне золота, чтоб на всю жизнь хватило, или дальше идти?

Наконец он решился и набил все карманы золотом; простился со своим братом и домой воротился.

А третий сказал:

– Что мне серебро да золото! Не хочу я отказываться от своего счастья, – может, выпадет мне на долю что-нибудь получше.

Он двинулся дальше, прошёл ещё три дня и попал в лес, был он куда побольше, чем прежние, и не было ему ни конца, ни края; и не мог он там ничего найти, чтоб поесть и попить, и начал уже из сил выбиваться.

Тогда он взобрался на высокое дерево – поглядеть, не будет ли видно сверху, где тому лесу конец; но куда он ни смотрел, видны были одни лишь вершины деревьев. Тогда он спустился с дерева, но его мучил голод, и он подумал: «Ах, если б поесть мне ещё хоть разок». Только он слез с дерева, видит, что стоит под деревом стол, и на нём поставлены разные кушанья, и поднимается от них пар.

– Ну, на этот раз, – сказал он, – моё желанье исполнилось вовремя, – и, не допытываясь, кто это принёс еду, кто её приготовил, он сел за стол и ел с удовольствием, пока не утолил голод.

Кончил он есть и подумал: «Жаль, что такая хорошая скатёрка пропадает здесь в лесу», – он сложил её и сунул в карман.

Он пошёл дальше, и к вечеру, когда он опять почувствовал голод, ему захотелось испробовать свою скатерть. Вот разложил он её и говорит:

– Хочу, чтоб ты была опять вся уставлена хорошими кушаньями!

И только он вымолвил своё желанье, как появилось на ней множество блюд с прекраснейшими кушаньями, сколько места хватило.

– Теперь я вижу, – сказал он, – в какой кухне варят мне пищу; ты мне дороже, чем целая гора серебра и золота. – Он понял, что это скатерть-самобранка.

Но чтоб вернуться домой спокойно, скатерти-самобранки ему было мало: ему хотелось постранствовать ещё по белу свету и попытать счастья.

Встретил он раз вечером в дремучем лесу чумазого угольщика; тот обжигал уголь, и варилась у него на огне к ужину картошка.

– Добрый вечер, чёрный дрозд, – сказал он, – как ты тут один живёшь-поживаешь?

– Да изо дня в день одно и то же, – ответил угольщик, – каждый вечер – картошка; хочешь со мною поесть – будешь гостем моим.

– Спасибо, – ответил странник, – но я не хочу отнимать у тебя твоего ужина: на гостя ты не рассчитывал; а вот, если тебе угодно, то я тебя приглашаю на ужин.

– А кто же тебе приготовит ужин? – спросил угольщик. – Я вижу, что у тебя с собой ничего нету; а тут и два часа пройдёшь – никого не встретишь, кто мог бы дать тебе что-нибудь поесть.

– А еда всё-таки будет, – ответил странник, – да ещё такая вкусная, какой ты ни разу не пробовал.

И вот достал он из ранца свою скатерть, разложил её на земле и говорит:

– Скатерть, накройся! – И тотчас появилось жареное и вареное, и было оно горячее, словно только что из кухни принесено.

Угольщик вытаращил глаза, но долго просить себя не заставил, подсел к еде и стал запихивать в свой чёрный рот куски, какие побольше. Когда они поели, ухмыльнулся угольщик и говорит:

– Послушай, а скатёрка-то твоя мне нравится; она была бы мне в лесу подходящей, ведь тут никто не сварит тебе никогда чего-нибудь вкусного. Давай меняться. Вон висит у меня в углу солдатский ранец; хоть он и старый и на вид неказистый, зато таятся в нём чудесные силы; мне он, пожалуй, больше не нужен, и я готов обменять его на скатёрку.

– Но сперва мне надо узнать, какие в нём чудесные силы таятся, – сказал странник.

– А я тебе расскажу, – ответил угольщик: – вот как ударишь ты по нему рукой, то явится тотчас ефрейтор с шестью солдатами, вооружёнными с ног до головы, и что ты им ни прикажешь, то они и сделают.

– Что ж, – сказал странник, – я, пожалуй, готов поменяться, – и он отдал угольщику скатерть, снял со стены ранец, повесил его себе на спину и попрощался.

Прошёл он часть пути, и захотелось ему испытать чудесную силу своего ранца, он хлопнул по нему рукой, и вмиг перед ним явилось семеро воинов, и ефрейтор сказал:

– Что прикажете, мой сударь и господин начальник?

– Отправляйтесь ускоренным маршем к угольщику и потребуйте у него назад мою скатерть-самобранку.

Они сделали «налево кругом» и вскоре принесли то, что он приказал, – они отобрали у угольщика, не долго спрашивая, скатерть-самобранку.

Затем он приказал им вернуться назад в ранец и отправился дальше, надеясь, что счастье ему улыбнётся ещё больше. На заходе солнца пришёл он к другому угольщику, который готовил себе на костре ужин.

– Хочешь поужинать вместе со мной, – спросил его чумазый парень, – с солью картошки, а сала ни крошки, так подсаживайся ко мне ближе.

– Нет, – ответил странник, – уж будь ты у меня на этот раз гостем, – и он разостлал свою скатёрку; и появились на ней тотчас самые прекрасные кушанья. Сели они рядом, стали пить, и развеселились.

Поел угольщик и говорит:

– Да, вот лежит у меня наверху на полке старая, поношенная шапка, но у ней чудесные свойства: стоит её надеть да повернуть на голове, и вмиг явятся пушки, и будет наведено их целых двенадцать в ряд, и они всё перестреляют, – никто перед ними не устоит. Шапка-то эта мне не нужна, а за твою скатерть я бы охотно её тебе отдал.

– Что ж, это, пожалуй, подходит, – ответил парень, взял шапку, надел её, а угольщику оставил свою скатёрку.

Прошёл он часть дороги и ударил о свой ранец, и его солдаты доставили ему назад скатёрку. «Одно к одному подходит, – подумал он, – но мне кажется, что счастье моё ещё впереди». И надежды его не обманули.

Прошёл он ещё день и пришёл к третьему угольщику; этот тоже пригласил его, как и те, отведать его картошки без сала. Но он пригласил его поесть с ним на скатерти-самобранке, и это так пришлось угольщику по вкусу, что он предложил ему рожок, который обладал совсем иными свойствами, чем шапочка. Если на этом рожке заиграть, то рухнут все стены и крепости и обратятся все города и деревни в развалины. И вот, хотя он и отдал угольщику за рожок скатёрку, но тотчас велел своим солдатам её снова вернуть. Наконец оказались у него и ранец, и шапочка, и рожок.

– Теперь, – сказал он, – у меня, пожалуй, есть всё; пора и домой возвращаться и поглядеть, как моим братьям живётся.

Воротился он домой, а братья тем временем выстроили себе за серебро и золото прекрасный дом и жили в нём припеваючи. Вошёл он к ним в дом в потрёпанной куртке, на голове старая, поношенная шапчонка да старый ранец за плечами, – они его и за брата своего признать не хотели. Стали над ним насмехаться и говорят:

– Ты вот себя нашим братом считаешь, а серебром да золотом пренебрёг и пожелал себе бо́льшего счастья. Нет, наш брат явится окружённый пышностью и богатством, уж наверняка могущественным королём, а не каким-то нищим, – и прогнали они его со двора.

Тут разгневался он и начал бить по своему ранцу до тех пор, пока не стали перед ним в шеренгу сто пятьдесят солдат. Он велел им окружить дом своих братьев, а двум солдатам приказал взять прутья и начесать кожу двум гордецам, пока те не признают, кто он такой. Поднялась сильная суматоха, посбежались люди, чтобы помочь братьям в беде, но с солдатами никак не могли справиться. Наконец доложили о том королю, и был король недоволен и велел выслать своего начальника с отрядом солдат, чтобы выгнать из города нарушителей порядка; но у человека, обладавшего ранцем, оказался вскоре куда больший отряд, и он заставил отступить королевского начальника и его солдат с разбитыми носами назад. И сказал король:

– Этого беглого вора надо, однако, поймать.

На другой день он выслал против него бо́льший отряд, но успех был ещё меньший. Тот выставил против него солдат ещё больше, и чтобы поскорее покончить с королевским отрядом, он повернул на голове раз-другой свою шапчонку – и начали палить тяжёлые пушки, и королевские солдаты были разбиты и обращены в бегство.

– А теперь я не заключу мира, – сказал он, – пока король не отдаст мне дочь свою в жёны и пока не буду я управлять всей страной.

Об этом он и велел известить короля, и тот сказал своей дочери:

– Что теперь делать? Придётся выполнить то, что он требует. Если желать сохранить мир и корону на голове, то мне ничего не остаётся другого, как выдать тебя за него замуж.

И вот отпраздновали свадьбу; но молодой королеве было обидно, что муж у неё простой человек, носит потрёпанную шапчонку, за плечами старый ранец. Ей очень хотелось от него избавиться, и она думала день и ночь, как бы это ей сделать.

И вот она надумала: «А не в этом ли ранце кроется вся его чудесная сила?» – и она притворилась такой ласковой, разжалобила его и говорит:

– Снял бы ты свой старый ранец, он тебя так безобразит, что мне приходится за тебя краснеть.

– Моя любушка, – ответил он, – этот ранец и есть самое моё большое сокровище; пока он у меня, я не боюсь ничего на свете, – и он объяснил ей, какой волшебною силой тот обладает.

Тут бросилась она ему на шею, будто желая его расцеловать, а в это время ловко сняла у него с плеч ранец и, схватив его, убежала.

Когда она оказалась одна, она ударила по ранцу и приказала солдатам схватить и связать их прежнего хозяина и выгнать его из королевского дворца. Они повиновались, и тогда коварная жена вызвала ещё солдат, чтобы прогнали они его вовсе из королевства. И пришлось бы ему погибнуть, если б не осталось у него шапочки. Только удалось ему освободить руки, повернул он на голове несколько раз шапочку, – и тотчас начали громыхать пушки, всё было разгромлено, и пришлось самой королеве идти к нему и просить у него пощады. Она так ласково его просила и обещала исправиться, что, наконец, уговорила его заключить мир. И притворилась она такой любящей, что сумела вскоре его одурачить, и он рассказал ей, что если кто и захватит у него ранец, то всё же его одолеть нельзя до тех пор, пока находится у него эта старая шапочка.

Узнав эту тайну, она выждала, пока он уснул, забрала у него шапочку и велела вытолкать его на улицу. Но остался у него ещё рожок; и вот, сильно разгневавшись, стал он дуть в него изо всех сил. И вмиг рухнуло всё – стены и крепость, города и деревни, и были убиты при этом король с королевой. И не перестань он дуть в свой рожок, обратилось бы всё в развалины и не осталось бы и камня на камне.

И вот с той поры никто уже больше не осмеливался выступать против него, и стал он королём над всею страной.

Сказки братьев Гримм 
здесь вы найдете все истории сказочников.

Если вам понравилось, не забудьте поделиться ссылкой с друзьями.

Пригласи друзей в Данинград
Данинград