Басня Крылова Богач и Поэт

С великим Богачом Поэт затеял суд,
И Зевса умолял он за себя вступиться.

Обоим велено на суд явиться.
Пришли: один и тощ и худ,
Едва одет, едва обут;
Другой весь в золоте и спесью весь раздут.
«Умилосердися, Олимпа самодержец!

Тучегонитель, громовержец! —
Кричит Поэт. — Чем я виновен пред тобой,
Что с юности терплю Фортуны злой гоненье?
Ни ложки, ни угла: и все мое именье

В одном воображенье;
Меж тем, когда соперник мой
Без выслуг, без ума, равно с твоим кумиром,
В палатах окружен поклонников толпой,
От роскоши и неги заплыл жиром». —

«А это разве ничего,
Что в поздний век твоей достигнут лиры звуки? —

Юпитер отвечал. — А про него
Не только правнуки, не будут помнить внуки.
Не сам ли славу ты в удел себе избрал?
Ему ж в пожизненность я блага мира дал.
Но верь, коль вещи бы он боле понимал
И если бы с его умом была возможность
Почувствовать свою перед тобой ничтожность, —
Он более б тебя на жребий свой роптал».

Пригласи друзей в Данинград
Данинград