Барборка и леденцы — Милош Мацоурек

Жила-была девочка, звали ее Барборка. И был у нее полный рот маленьких беленьких зубов, один краше другого.

По утрам она чистила их красной зубной щеточкой и приговаривала:

— Вот погодите, скоро сами увидите, что сегодня вкусненького я вам дам пожевать.

— Только, пожалуйста, не давай нам ни сдобных булочек, ни этих рогаликов, которые ты размачиваешь в кофе, — отвечали ей зубки.

Барборка в ответ смеялась:

— Ну как вам такое могло в голову прийти? Да ведь я их не ем! Это бабушка моя любит рогалики в кофе макать.

И Барборка давала зубкам жевать хлеб с маслом, телятину.

А маленькие беленькие зубки жевали и жевали, им это очень нравилось, потому что в самом деле — для того зубки и существуют, чтобы ими жевать. А по вечерам, прежде чем лечь спать, Барборка еще раз чистила зубки красной зубной щеточкой и спрашивала:

— Ну, как вам понравился сегодняшний день?

— Ты же сама знаешь, что он нам понравился, — отвечали зубки. — Хлеб был с хрустящей, пропеченной корочкой, мы ее с удовольствием жевали, поэтому и скучать нам было некогда.

— Ну, вот видите, как хорошо, — говорила Барборка, потом, глядя в зеркало, улыбалась зубкам, зубки улыбались ей, и они вместе шли спать.

Но однажды в гости пришла тетя Цецилия и принесла Барборке большой пакет леденцов.

Барборка поблагодарила ее:

— Спасибо, тетушка Цецилия, я очень рада.

Но когда тетушкины леденцы появились во рту, зубки нисколько не обрадовались и про себя подумали: «Как же теперь нам быть? Ведь леденцы не жуют, а сосут. Чем же нам теперь заняться, чтобы не скучать?»

И они договорились во что-нибудь друг с другом поиграть, в прятки, скажем.

— Только давайте сперва посчитаемся, — сказал один маленький зубик. Остальные с ним согласились:

— Правильно, давайте сперва посчитаемся.

Стали они считаться, и, как полагается в считалках, один вышел из игры: он выпал.

— Одного зубика не хватает, — заявила Барборка вечером, когда стала чистить зубы красной щеточкой, — один из вас выпал. Что бы это значило?

— То есть как это «что бы это значило?» — сказали зубки. — Ты целый день сосала леденцы, делать нам было нечего, вот мы и стали играть в прятки. Ты же знаешь — для этого надо считаться. Мы посчитались, и один из нас выпал из игры.

— Больше, пожалуйста, так не делайте, — сказала Барборка.

Но зубки вовсе не собирались слушать ее покорно, и один, тот, что находился сзади всех, сказал:

— Ладно, Барборка, только ты перестань сосать леденцы, а то нам опять нечего будет делать.

— Это еще что за грубости? — прикрикнула на них Барборка и сильно нахмурилась. — Леденцы очень вкусные, мне их принесла тетушка Цециленька, целый пакет. Я буду есть, покуда не съем все.

И она продолжала сосать леденцы один за другим. Зубкам делать было нечего, они опять стали играть в прятки, опять считались, и всякий раз какой-нибудь из них выпадал. Не успела Барборка доесть леденцы, как зубки вывалились почти все до единого и превратились кто в зубчик на ключе, кто в зубец гребенки. Во рту остался только один маленький беленький передний зубик, да и тот грустно смотрел на Барборку.

Барборка поглядела на него печально и сказала:

— Уж ты-то, надеюсь, не выпадешь?

— Нет, пожалуй, — ответил зубик, — мне теперь уже не с кем больше считаться.

— Это хорошо, — сказала Барборка, — у меня больше нет ни одного леденца, и я опять буду есть хлеб с маслом, телятину и капусту кольраби, сырую.

— Ну и глупая же ты, Барборка, — сказал зубик, — неужели ты думаешь, что я один со всем справлюсь? Надо, чтобы нас было много. Теперь тебе придется есть только сдобные булочки и рогалики, размоченные в кофе.

А Барборка подумала: «Ну и дела! Я же не люблю размоченные рогалики». А что поделаешь? И садилась теперь Барборка рядом с бабушкой, ела сдобные булочки и рогалики, размоченные в кофе.

Однажды в гости снова пришла тетушка Цецилия, остановилась в дверях и остолбенела:

— Уж не спятила ли я? — сказала она. — Откуда тут взялись две бабушки?